Новелла «Кавказ» увидела свет в 1937 году, именно с нее началась история создания цикла «Темные аллеи», работа над которыми И. Буниным продолжалась, хоть и с перерывами, но практически двенадцать лет. Закончен он был только в марте 1949 года. В цикл вошло сорок рассказов, из которых 35 сюжетных.
Женщины в рассказах самые разные (исследователи насчитывают 44 героини), у каждой своя судьба, свой характер, различные жизненные реалии и окружающая действительность, моральный облик, духовные ценности, но всех героинь объединяет некая общность — удивительно мастерски созданный литературный образ.
Рассмотрим образ возлюбленной в цикле на примере рассказа «Темные аллеи», не зря именно он стоит во главе угла, именно его название послужило отправной точкой для всего бунинскому сборника. Есть в нем истории более трагичные, есть менее, есть по-настоящему жизненно-жестокие, есть почти со счастливым финалом. Но автор выделил этот.
В рассказе «Темные аллеи» сюжет по-бунински обычен и прост и сводится к случайной встрече «ее» и «его». Она — хозяйка постоялого двора Надежда, бывшая крепостная: «вошла темноволосая, тоже чернобровая и тоже еще красивая не по возрасту женщина, похожая на пожилую цыганку, с темным пушком на верхней губе и вдоль щек, легкая на ходу, но полная, с большими грудями под красной кофточкой, с треугольным, как у гусыни, животом под черной шерстяной юбкой». Он — из другого сословия, барин, Николай Алексеевич, бывшие тридцать лет назад любовниками, после чего их судьба развела в разные стороны. Если мужчина вскоре полюбил другую, то женщина так и оставалась верна своей любви на протяжении тридцати лет жизни[1].
О сегодняшней и прошлой красоте Надежды мы можем судить только по впечатлениям мужчины, именно с его точки зрения даются нам портретные зарисовки: «Ах, как хороша ты была! -- сказал он, качая головой. -- Как горяча, как прекрасна! Какой стан, какие глаза! Помнишь, как на тебя все заглядывались?», «Да, как прелестна была! Волшебно прекрасна!». Дав в самом начале встречи яркое, но не четкое описание писатель следует своей традиции, не описывает скрупулезно и тщательно каждую деталь, и в этом есть свой шарм, свое очарование. Потому что у каждого человека представление о красоте свое, оно трансформируется из эпохи в эпоху, изменяется, и в этом случае читатель может представить себе именно тот образ, скорректированный начальной предпосылкой, который и соответствует его понятиям о красоте.
Да и имя «Надежда» выбрано И. Буниным не случайно, толкование которого говорит о сильной натуре, влюбчивой. В отношениях с мужем способна проявить эмоциональность, но душевные порывы хранит внутри себя[2]. Организованна, любит вести домашнее хозяйство. А вкупе с ее репликой: «Раз разговор наш коснулся до наших чувств, скажу прямо: простить я вас никогда не могла. Как не было у меня ничего дороже вас на свете в ту пору, так и потом не было. Оттого-то и простить мне вас нельзя. Ну, да что вспоминать, мертвых с погоста не носят». И общим поведением, которое все приписывают вдовству, можно понять, что она вдова не по статусу, а по душевному настрою.
Вся история той любви и тридцатилетней жизни проносится у читателя перед глазами. Как и трансформация из доверчивой, чистой девушки, которая могла поверить в стихи «про всякие «темные аллеи»», в сильную женщину, способную справиться с эмоциональными порывами, но при этом глубоко в душе хранящую любовь к одному человеку, которая хоть и понимает, что вернуть и изменить прошлое невозможно, которая была на грани — хотела покончить жизнь самоубийством, но смогла справиться с собой и жить дальше.
Окончательный штрих в образе хозяйки постоялого двора подводит диалог с кучером, где он говорит о том, что она дает деньги «в рост»: «Если с совестью давать, худого мало. И она, говорят, справедлива на это. Но крута! Не отдал вовремя — пеняй на себя».
Для того, чтобы быть хозяйкой подобного заведения, при этом суживая деньги нуждающимся, необходимо иметь соответствующий характер, и он далек от робкой застенчивости, от юной простодушности.
Образ Надежды целостен и логичен, и претерпевает в небольшом рассказе удивительную эволюцию, отправные точки которой и прослеживает читатель. Сильная женщина, верная себе, не готовая идти на компромисс, когда дело касается чувств, однолюбчивая, не простившая своего возлюбленного, но ««похоронившая» его.
Совершенным контрастом не только образа возлюбленной, но и общей составляющей служит рассказ «Кавказ». Суть которого заключается в том, что жена офицера едет с безликим любовником на Кавказ, предается страстям, а в это время обманутый муж, не найдя ее в местах, где та должна была находиться, заканчивает жизненный путь самоубийством.
И опять портретные характеристики возлюбленной даются с точки зрения ее спутника: « Она была бледна прекрасной бледностью любящей взволнованной женщины, голос у нее срывался, и то, как она, бросив куда попало зонтик, спешила поднять вуальку и обнять меня, потрясало меня жалостью и восторгом».
Поведенческая характеристика тоже мастерски показана действиях и диалогах: «и каждый раз входила поспешно, со словами: - Я только на одну минуту...», как читатель видит из дальнейшего, кратким промежутком времени встреча не ограничивалась. Но образ суетливой, поверхностной особы, немного романтичной, готовой ради плотских утех поставить на кон многое, если не все, не думающая о том, как ее действия могут повлиять на окружение. То есть, эгоизм, замешанный на жалости к самой себе, которое и служит оправданием всех поступков.
Сцена прощания с мужем добавляет еще один штрих — неприспособленность к жизни, привычка к тому, что окружающие заботятся о ней, продумывая за нее каждый шаг: «оглянулся, — хорошо ли устроил ее носильщик, — и снял перчатку, снял картуз, целуясь с ней, крестя ее...». Данный образ дополняют и ее неуклюжие попытки скрыть измену и обман, отправкой двух телеграмм.
Неудивительно, что итог истории столь печален. Однако автор никого не учит моральным нормам и принципам, никак не показывает своего отношения к происходящему, он беспристрастно рассказывает о событиях. При этом как всегда, изображая удивительный и непостижимый образ ветреной женщины, а трагический конец служит не для того, чтобы дать волю чувств и эмоциям представителям традиционной моральной ценностной шкалы, сколько показать еще один штрих натуры героини, который позволяет с легкостью дорисовать образ — взрослая телом, но с детским мировоззрением, так как она не задумывается о последствиях своих поступков.
[1] Такташова, Т. В. Загадочная русская душа: произведения русских писателей ХIХ-ХХ вв. с комментариями и заданиями [Электронный ресурс] : учеб. пособие / Т. В. Такташова, Е. Я. Загорская, Л. А. Ветошкина. - 2-е изд., стер. - М.: Флинта, 2012. – С.113
[2] Сигов В. К. Русская и зарубежная литература: Учебник / Под ред. Сигова В.К. - М.: НИЦ ИНФРА-М, 2015. – С. 316