"Святой Пётр" 2 / 1
Без смеющегося солдата стало совсем тоскливо. Исчезли шутки, песни. Каждый молча думал о своём. Даже солдат-ковёр тихонько лежал на своей койке, и когда к нему подошла Раечка, поздоровался тихо-тихо.
Петру было не по себе. Он украдкой рассматривал свою спасительницу. Темноволосая Раечка-Рябинушка умело делала перевязки бойцам. Всё в её руках получалось быстро.
Пётр вспоминал свои беседы с ней. Не мог выдержать её пронзительного взгляда, всё время отводил глаза, и с каждым разом делать это было сложнее. Она какой-то неведомой силой приковывала к себе.
Сердце Петра тревожно билось при ней, но не от того, что Рая ему нравилась, а от того, что он боялся её. Когда медсестра делала массаж его руки, Пётр всё чувствовал, а когда уходила, чувствительность пропадала. И как Пётр не пытался ущипнуть себя, как не пытались другие, ничего не выходило. Пётр не мог объяснить всё это. Ждал, когда же наконец-то его выпишут, и он сможет сбежать от этого взгляда.
А потом она стала сниться ему ночами. Сон был всё время один и тот же. Сидит Рая на старом деревянном мостике, опустив ноги в реку. Болтает ногами, брызги летят во все стороны. А река цвета какого-то странного: ни чёрная, ни зелёная, ни синяя. Всё как будто вперемешку. А рядом он стоит, Пётр. Она ему говорит:
— Петенька, ну садись рядышком, чего ты воды боишься?
А Пётр отвечает:
— А чего мне её не бояться, если она забрала тебя?
— Да как же забрала? Вот я сижу рядышком, подходи.
Пётр подходит, Рая брызгает на него водой, и вдруг набегает огромная волна и смывает Петра с моста. Он несётся как будто уже не по реке, а по морю, и слышит, как грохочут взрывы.
Пётр просыпается. Вокруг темно. Озирается по сторонам. Рядом кто-то стонет. Пётр жадно глотает воздух. Хочется кашлять, но боится разбудить остальных. Все вокруг спят. А он уже не спит.
Неспокойно на сердце, тревожно. И молитва не помогает. Как будто все слова позабыл. Строки в голове путаются, местами перемешиваются. Как Раю встретил, так ни разу нормально и не помолился.
Отец Петра был священником. В 1934 году церковь, которую он построил, забрали под детский дом, а отца сослали в Сибирь. Его жену и семерых детей оставили в городе. Пётр был самым старшим сыном. Ему на тот момент был 31 год.
Все его братья и сестры были младше намного. После Петра мать родила 11 детей, вот эти семеро только и выжили. Все погодки остались от двух до десяти лет. И старший брат Пётр стал отцом большого семейства. Мать вскоре умерла. А вслед за ней по одному умерли и все братья. Остался Пётр один.
Работал на заводе. Приходил в пустой дом, да молился до утра, а потом опять на работу. А потом началась война. И понесла она Петра по России матушке. Сделала сына священника воином. Пётр ненавидел себя.
Радовался только тому, что семьи у него нет, горевать не о ком. А бывало и наслушается от сослуживцев про семьи, а некоторые и письма читать давали, так ныло сердце, что один он на этом свете, что никто не ждёт.
Но грусть быстро проходила. То в атаку, то в бой… И не было окончания этому ужасу, что творился на глазах. Поначалу пули обходили стороной, а потом как будто и его война заметила. То одно ранение, то другое, а третье уже почти лишило его жизни, но Рая не отдала его в цепкие лапы смерти. Хотя сам Пётр был уже и не против на тот свет отправиться. Устал за два года так, как не уставал на заводе, отработав три смены подряд.
И не знал теперь, как дальше будет. В бой уже не хотелось. Остальные рвались на фронт. Выписывались раньше. Хворые, забинтованные, недолеченные убегали прямо из госпиталя. За Родину свою ненаглядную, за семьи свои одинокие, за Сталина спешили они занять боевые позиции. А Пётр не спешил.
Пока думал о своём, не заметил, как Рая присела рядом с ним. Взяла по привычке за руку и начала рассказывать:
— Матушка меня под рябиной родила. Я у неё единственная выжила. Всех под рябиной рожала, так бабушка ей наказала. Сказала матушке, что под рябиной девочка родится и имя ей дать по названию дерева. Матушка таких Рябин как я пятерых родила. И все померли. А я живучая оказалась. Бабушка моя колдуньей была. Казнили её за это. Нечестные люди за помощью обратились, а она как-то не углядела умысла.
Я думаю, просто время её пришло. Бабушка меня часто к себе звала, матушка не разрешала, запирала меня. Винила она бабушку в своих несчастьях. Очень винила. Но стоило бабушке прийти к нам в дом, матушка тотчас забивалась в угол и дрожала. Я не знаю, что между ними было. И сейчас мне это неведомо. У меня другой путь. Я тебя ведь не зря спасла.
Петру всё время хотелось перекреститься, но Рая так крепко держала его руку, что он мог сделать это только мысленно.
Продолжение тут
Другие мои рассказы по главам тут
Дорогие читатели, как я и думала, возникла путаница на моём канале. Публикую сейчас два рассказа и не все могут найти нужный. Подписывать в заголовках не могу, забанят за одинаковые названия. Решила "Святого Петра" перенести на другой канал. Как сделаю это, сообщу вам. Спасибо, что вы со мной!