Был такой поросенок, не очень большой, не очень маленький. Если еще что про него сказать, то — приметно розовенький. И ко всему этому обязательно хочется добавить: был он такой сластена, что похожих поискать и поискать.
Во всяком случае, пятачок у него всегда был в шоколаде. Почему так? Ой, да ведь по простой причине. Иначе и быть не могло, если ничего, кроме любимого лакомства, он есть не желал.
Умнет коричневую плиточку с орехами, довольно похрюкает, потом новенькую плиточку — со сладким изюмом — умнет и добавки попросит. С маленькй сестренкой, тоже розовенькой, делиться ему было недосуг. Возьмет и скажет ей: зачем тебе моя коричневая плиточка с изюмом? кушай лучше компот из сушеных груш!
Та, пусть не сомневается никто, послушается, но глаза у нее подозрительно заблестят. Уронит по причине разобиженности малышка, красновато розовенькая, одну или две прозрачных капельки из под ресниц в свой компот. А старший брат… ничего нет удивительного в том, что вскоре у него не только пятачок оказался коричневым. Толстенькие бока, уши-лопушки, тонкий хвостик крючком — всё, всё, всё у него стало шоколадным.
Тогда — что здесь поделаешь? — взяли его, отнесли в кондитерскую. Там был умелый мастер сладких изделий. Он сделал из клубничного крема цветок, и поросенок с красивым изделием на макушке оказался в темноте. В коробке, на которой написали ОЧЕНЬ ВКУСНЫЙ ТОРТ.
«Не сложилась у меня судьба. Лучше бы я позабыл про шоколадные плиточки, налегал почаще на компот из сушеных груш», — подумалось ему. После чего капельки посыпались из глаз поросенка, не сумевшего в свое время оценить большую пользу правильного питания.
К счастью, капельки так быстро начали сыпаться, что весь шоколад растаял. Поросенок вылез из коробки, побежал поскорей домой, чтобы угостить младшую сестренку шоколадной плиточкой. Также и компотом угоститься, наконец, самому.
Так вот получилось: был ОЧЕНЬ ВКУСНЫЙ ТОРТ, а потом — нате вам! — напрочь исчез. Жалко или не жалко, но произошло то, что произошло: не осталось от него ничего. И единой капельки для нее, для красновато розовенькой малышки, не осталось — ничего совершенно, за исключением ежедневно доброго кусочка от шоколадной плиточки.