Февраль оказался сложным месяцем для колонии. Антон Семёнович обнаружил пропажу денег из своего ящика. Украли немало - полугодовую зарплату заведующего. Вызвав всех своих подопечных он потребовал, чтобы тот кто украл деньги сознался. Но этого не произошло. Однако двое из ребят - Таранец и Гуд, подойдя во дворе к Макаренко сказали, что знают кто совершил преступление,но при всех назвать его имя было опасно.
Гуд говорил, что надо этому парню "бубну выбить", Таранец же был против, полагая что нужно действовать хитрО. Как ни уговаривал их Антон Семёнович, они ни в какую не выдали вора. Утром же, в конюшне маленький Гуд нашёл пропавшие деньги. Ребята были очень счастливы.
Вроде хорошо, но спустя ещё два дня из погреба утащили сало, конфеты и колесная мазь были украдены из кладовой. В обоих случаях произошли грабёж со взломом - с погреба сбили замок, а в кладовой выставили окно.
Калина Иванович был расстроен больше всех и даже похудел, он никак не мог понять, почему кто-то ворует "у себя"? Таранец определённо что-то знал, но делиться информацией ни с кем не собирался. Крики Антона Семёновича никак не помогали в сложившейся ситуации, и это натолкнуло его на мысль о том, что воровством занимается кто-то из старших, кого остальные очень боятся.
Выхлопотав новую долю сала и даже конфет, на следующий же день их украли. Потом был украден хомут из конюшни, затем пила, простыни, посуда. Крали каждую ночь. Макаренко несколько ночей дежурить с револьвером, но все без толку. Преступник зал, что он дежурит и не рисковал.
Многие колонистов, в том числе и Задоров говорили, что нужно бы нанять на работу пару сторожей и выдать им винтовки, чтобы ворам страшно было. Но Антон Семёнович был против этой затеи, прямо говоря колонистам, что хозяевами здесь должны быть они сами.
Когда пришёл день выезда старушки - экономики (её первели работать в больницу),
все её богатства были разграблены, причём теми самыми воспитанниками, которые так задушевно пили у неё чай. Найдя улики - попрятанные в разных углах колонии, тюки и свертки - был раскрыт и главный грабитель. Им оказался Бурун.
По решению Макаренко над ним в колонии организовали народный суд. Он во всех красках описал то, насколько жалким было совершенное Буруном преступление, насколько бесчеловечно он поступил, обобрав беспомощную старушку. Тут колонисты обрушились на Буруна не только за старушку - экономных, но и за воровство у колонистов, и за деньги, украденные у Антона Семёновича.
Последний факт Бурун отрицал до последнего. Точку здесь поставил Таранец. Он же предложил не выгонят Буруна а лишь набить ему морду. Вот это предложение было принято очень радостно остальными воспитанниками, они прямо бросились к провинившемуся, в надежде наказать его. Однако Антон Семёнович с Задоровым предотавратили самосуд и дали слово Буруну.
Тогда он ответил, что согласен с колонистами, но наказывать его должен только Антон. Они вышли во двор, на душе у Макаренко было скверно, он не знал что делать с этим "отбросом человеческой свалки", была даже мысль запустить в него чем-нибудь тяжёлым. Было страшно выслушать исповедь этого большого внешне, но совершенно маленького человека по своей сути.
Он всё-таки нашёл силы обратиться к Макаренко, едва сдерживая слезы" Я.... БОЛЬШЕ... НИКОГДА... КРАСТЬ НЕ БУДУ.
Антон Семёнович, конечно, не сразу поверил, но Бурун сказал, что в колонии ему нравится, особенно то, что здесь занимаются, он очень хотел учиться. Воровал же он по причине голода -"потому что всегда жрать хочется"
Приговор был следующим - три дня под арестом, на воде и хлебе. На деле же Буруна никто не заперал, он дал честное слово, что не выйдет из маленькой комнаты, да и хлебом с водой его кормили только в первый день, потом принесли полноценный обед. Арестованный было попытался отказаться и гордо продолжить голодать, но Макаренко быстро вправил ему мозги.
Бурун сдержал слово и никогда нигде ничего больше в жизни не украл!