Вскоре вернулись в лагерь и охотники из второй группы. Их охота так же была очень удачной. Воины принесли на своих плечах двух убитых благородных оленей с величественными ветвистыми рогами и несколько видов лесных птиц.
Солнце стояло высоко над деревьями и уже начинало постепенно клониться к закату. День выдался жаркий, и усталые охотники легли отдохнуть у узловатых, толстых корней, растущих на краю поляны деревьев. В отбрасываемой ими тени царила приятная прохлада, тихо звенели ставшие уже не многочисленными комары, и сверху доносилось разноголосое пение птиц.
Пока охотники отдыхали, те воины, которым была поручена забота о лагере, быстро и ловко освежевали принесенные туши, и вскоре, на поляне заполыхало несколько больших костров, на которых, шипя, жарилось мясо.
Остаток дня и незаметно опустившийся вечер очень быстро прошли за дружеской пирушкой веселившихся воинов. Дружинники пили пиво, ели добытое на охоте мясо и вспоминали минувшие битвы, походы и подвиги: свои и предков. Особенно жадно слушали немногословные рассказы Арминия о битвах на далеком Востоке, о странных чужих странах, неизвестных народах и непонятных обычаях. Не раз воздух над поляной начинал дрожать от дружно затягиваемых воинами древних песен о богах и героях.
Солнце скрылось за лесом на северо-западе. В безлунном, черном как уголь, бесконечном небе засияли волнующие и величественные, далекие, яркие и совсем едва различимые звезды.
Арминий покинул круг сидящих вокруг костра воинов и отошел чуть в сторону. За собой он позвал Сегимунда и еще пятерых воинов. Оставив остальную дружину мирно пировать под светом звезд, Арминий велел этим немногим воинам взять своих коней и следовать за ним.
И уже вскоре небольшая кавалькада неслась по узкой лесной тропе вслед за своим вождем. Привыкшие к лесам, выросшие среди древесных стволов лошади, уверенно несли своих седоков через молчаливый сумрак ночного леса, заранее чутьем чуя все малейшие неровности почвы, все выступающие корявые корни, они не могли споткнуться, и ни одна чистокровная римская лошадь не смогла бы превзойти в здешних лесах в скорости этих низкорослых, лохматых германских коней.
Вскоре, всадники оказались на краю освященной Донаром рощи. Дальше можно было идти только пешком. Арминий оставил коней на попечение пятерых своих воинов, а сам, с одним лишь Сегимундом, отправился дальше.
(Варичев А. И. "Конунг" стр.28-29)