Продолжение перевода космической мыльной оперы галактического масштаба с интересной идеей и неожиданными поворотами сюжета.
Начало здесь
***
4. Боб – 15 июля 2133 года
И снова меня рывком вернули в сознание.
— Слушайте, доктор Ландерс, это уже становится заезженной шуткой. Когда это закончится?
— Извини, Боб. Но это стандартная процедура – переводить репликантов в режим ожидания, когда они не принимают активного участия в обучении. Когда ты взаимодействуешь со мной, тебе кажется, что ты работаешь с нормальной человеческой скоростью, но когда репликанты предоставлены самим себе, они обнаруживают, что воспринимают время с гораздо более высокой субъективной скоростью. Восемь часов могут превратиться в вечность. В моей практике были репликанты, у которых, как казалось, все было в порядке, и, тем не менее, у которых вдруг, в одночасье, начался психоз.
Доктор на мгновение опустил взгляд на свои ботинки:
— Более того, за последние двадцать четыре часа мы потеряли одного из твоих конкурентов. Она зациклилась, и у нас не получилось вывести ее из этого цикла. Мы восстановили ее из резервной копии, но резервная копия зависла на том же самом моменте. Поэтому теперь вас четверо.
Я вздохнул и с легким удовлетворением отметил, что вздох прозвучал по-настоящему. Было совершенно очевидно, что во время работы меня максимально загружали, не давая времени уединиться в своих мыслях. Вероятно, это была попытка избежать проблем с психикой. Мне было стыдно признаться, но я скорее был рад, чем огорчен потерей одного из репликантов. На одного конкурента меньше.
И я оценил честность доктора Ландерса, хотя, рано или поздно мне придется встретиться лицом к лицу с этим экзистенциальным кризисом. И мне все еще нужно было время, чтобы погоревать о своей семье.
— Жаль слышать такое, – сказал я, – Но, если предположить, что с нами всеми обращаются одинаково, и у вас все равно возникают такие эксцессы, может наше выключение не является решением этой проблемы. Как насчет того, чтобы вместо этого загрузить меня интеллектуальной деятельностью? Как насчет времени на учебу? Может быть, даже с доступом к тому, во что сейчас превратился интернет? Я бы хотел увидеть что я пропустил за последние сто с лишним — [117]. Я не спрашивал! — лет.
— Э-э. Ну, Интернета больше не существует, по крайней мере, в нашей стране. Он слишком анархичный, его слишком сложно контролировать. И слишком много возможностей для греха, неправильного мышления и искушения. Однако у нас есть онлайн-библиотеки, и часть истории в них может быть даже относительно точной. Я посмотрю, смогу ли я подключить тебя к лучшим из них.
— Существуют ли генеалогические записи? Возможно, у меня еще живы родственники. Мне бы было очень интересно...
— Боб, в соответствии с политикой компании мы не поощряем такой интерес репликантов. В любом случае, такая информация не является общедоступной. В границах Свободной Американской Независимой Теократической Гегемонии информация вообще не является свободно доступной по умолчанию. Прости.
В тот момент я был рад, что у меня нет лица. Это был последний удар, отрезавший меня от человеческого рода, к которому я когда-то принадлежал. Мало того, что мои ближайшие родственники умерли, я даже не смогу воссоединиться ни с кем из потомков. Я был действительно совершенно один.
Затем включился этот проклятый контроль моей эндокринной системы, и моя хандра превратилась в легкую грусть. Если я когда-нибудь получу контроль над своим оборудованием и программным обеспечением, это будет первое, что вылетит в окно. Для скорби нужно грустить, а меня лишили этой возможности.
Мне определенно не нравиться быть чьей-то собственностью. В данный момент я не мог ничего с этим поделать, но если ситуация изменится, то, можете быть уверены, я внесу кое-какие изменения. Тем временем я заткнусь, и буду слушать, учиться и вообще, буду хорошим маленьким роботом. Главное было не дать им ни малейшего повода для беспокойства.
И оставаться в здравом уме.
И победить всех конкурентов.
И, конечно же, не давить на себя, ага.
***