Они заходили в церкви и делово поплевав на ладони, топорами крушили алтари. Они плохо знали Писание, но хорошо запомнили, зазубрили слова фанатиков Ульриха Цвингли, Жака Кальвина, Амбруаза Вилье и других адептов иконоборческого движения в Европе XVI в. По мнению революционеров, мир обязан быть простым и понятным, таким как они, и все отклонения от нормы должны строго наказываться унижениями и смертью. Так в конвульсивных, кровавых судорогах следующие «новые люди» пытались установить новый, на этот раз по-настоящему новый мировой порядок, разрушая всё, что отвлекало их от этой «святой» миссии.
«Снятие с креста». Рогир ван дер Вейден. В биографии этого алтаря нет ни плевков на меткость, ни омовения фекалиями, ни унизительного выкупа из плена протестующих барыг. Всё просто и почтенно, почти без приключений. Примерно в 1440 г. алтарь был заказан мастеру Рогеру ван дер Вейдену гильдией арбалетчиков города Лёвена. Далее, в 1548 г., через несколько месяцев после принятия в передовой, мускулистой Британии акта «об уничтожении всех оскорбительных изображений, способствующих идолопоклонничеству и предрассудкам», эту часть алтаря, уже как картину, выкупила у муниципалитета города Лёвена Мария Австрийская, справедливо полагая, что бодрая инициатива англичан скоро будет подхвачена протестантами континента. Так дом Габсбургов сохранил этот алтарь от возможного уничтожения в кострах дикого «иконоборческого восстания» 1566 г. Католическая аристократия понимала, что слова и слюни вождей нового движения когда-нибудь вспыхнут пламенем. Створки алтаря были утрачены. Были утрачены тысячи произведений великого европейского духовного напряжения. Стоит ли после случившегося искать виноватых среди требующих ясности протестантов или погрязших в валтасаровой роскоши и сперме католиков? Люди подражают людям в попытке вырваться из круга подражающих. Ещё Савонарола во Флоренции, в столице Возрождения, кричал об этих противоречиях и тупике гуманизма в стены которого и врубились топоры 16-го века.
Что мы видим — снятие с креста Иисуса Христа и матери его Девы Марии. Какой потрясающий, мощный, волевой и в тоже время щемящий сюжет. Здесь сострадание изображено в самом высоком своём проявлении и переходит в сораспятие. Богородица сейчас умерла в муках вместе с Сыном, но Она точно воскреснет вместе с Ним в третий день. Сюжет находится за новозаветным каноном, но полностью одухотворён смыслом, сутью христианства. Дева Мария проходит тот же крёстный путь что и Спаситель, и становится Богородицей не только по родству, но в Духе Святом.
У Иоана Златоуста в его толкование Евангелия от Матфея есть место, где он объясняет резкие слова Христа в сторону своей Матери и братьев: «Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобой. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукой Своей на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои». Златоуст в своём толковании указывает, что здесь родные Иисуса смотрят ещё на него не как на Спасителя, но как на некую знаменитость, требуя в этом положении особого внимания к себе и ещё не воспринимают всю полноту Его учения. Златоуст пишет: «В самом деле, поступок ее происходил от излишней ревности к правам своим. Ей хотелось показать народу свою власть над Сыном, о Котором она еще не думала высоко; а потому и приступила не вовремя». Итак, там простое, человеческое ещё в природе Девы Марии. Но здесь, у ван дер Вейдена, Богородица ученица своего сына Христа, первая которая прошла вслед за Спасителем крёстный путь апостолов. Здесь собственные мистические переживания мастера. Присутствующие плачут по-настоящему и оплакивают двоих распятых. Сораспятие. В последствии этот сюжет попытается повторить Перуджино в своём «Снятии с креста». Его попытка стоит отдельного письма.
То, что одухотворяет человека сочувствием, состраданием, всегда очень опасно для любой социальной истерики, революции. Вожди марширующих вооружённых фанатиков знали и знают это. В своём стремлении к плоскому, подчинённому, чёрно-белому миру они решают вопросы метафизики простым и эффективным способом — производством усреднённых людей, простых и понятных как лозунг, как топор. Но так ли они просты и идеальны? Ведь их мир можно только приказать называть счастливым, а это значит, что, отрыгиваясь отлично сваренным траппистским пивом и они сомневаются.
Именно поэтому несмотря ни на что, история человека и человечества всегда прорастает отвлечённым от реальности и реалий стремлением к высшему, неосознанному. Уже во времена погромов родятся новые странные мальчики, через 20-30 лет в ободранные, голые стены протестантских кирх зайдут Иоганн Пахельбель, Дитрих Букстехуде, и другие, и далее Иоганн Себастьян Бах. Они возведут новые, звучащие алтари, и здесь снова всё закружится и оживёт неземным присутствием Духа.
#революция #реформация #иконоборчество #библия #рогир ван дер вейен #снятие с креста