Эон нашла Андрея в дальней лаборатории, которая находилась рядом с малым аквариумом, размер аквариума был с небольшой трехэтажный дом. Он сидел за столом и листал журнал...
Автор: Борис Петров
Читайте Часть 1 романа "Вальс Эон" в нашем журнале.
2
Эон нашла Андрея в дальней лаборатории, которая находилась рядом с малым аквариумом, размер аквариума был с небольшой трехэтажный дом. Он сидел за столом и сосредоточенно листал страницы электронного журнала, поминутно делая пометки в своем планшете, как всегда разложенном на половину, ее это всегда раздражало.
– Почему ты меня не дождался? – она взяла его планшет и развернула полностью. – Что это ты такое записываешь?
– Я тебя ждал, за мной пришел Борисыч и сказал сделать сводку за эту ночь по астоунам, – Он показал на стену аквариума, где повис в воде здоровенный полупрозрачный кальмар, смотревший на них немигающим взглядом терпеливого охотника и думающий, что его никто не видит.
– Ой, какая милашка, – Эон подошла к стене и пристально посмотрела ему в глаза.
Кальмар заметил ее присутствие, но не подал вида, только левые четыре глаза синхронно мигнули.
– Не приставай к Альберту, он заболел, – Андрей перестал листать журнал, в матрице цифр сильно выделялись несколько экстремумов, заботливо подсвеченных программой. – Подойди, это интересно.
– Да, что там такое, – она перестала гипнотизировать астоуна и отошла, кальмар замигал всеми восемью глазами, будто бы сбрасывая с себя внезапно накатившееся наваждение. – Он такой милый, мне кажется, что мы с ним подружимся.
– Это вряд ли, дружить с астоунами не получится, мы для них лакомство.
– Не-а, это чушь! Они больше любят падаль.
– Ладно, вот, посмотри, – он вывел график мозговой активности астоуна Альберта. – Ничего не напоминает?
– Хм, дай подумать. Эм, я это уже видела. Да, точно, видела! Вот только не могу вспомнить где.
– Я вот тоже не могу вспомнить.
– Так давай у Борисыча спросим?
– Нет, не хочу.
– Ну давай я спрошу, я не гордая, и вообще, память у меня девичья, имею права! – она села рядом с ними стала листать график. – А вот еще, и еще, у других астоунов тоже самое, но только позже.
– Да, и это все началось в синюю фазу Луны, заметила?
– Не-а, а где посмотреть?
– Сейчас покажу, – он дал команду, и временной график расцветился разными цветами, отмечая переходы лунных фаз красным и синим цветом.
– А как ты сам определяешь, где какая фаза?
– В уме считаю, помнишь, я тебе объяснял формулу?
– Помню, что я ничего не поняла. Ты мне это показывал тогда, когда у нас дьяволы стали выбрасываться из большого аквариума на дамбу, – глаза ее широко раскрылись, она вспомнила. Она скрыла журнал и стала лихорадочно вбивать в поиск данные. – Да где же это, черт возьми!
– Ты что-то вспомнила?
– Да, мне кажется, что это было у морских дьяволов два земных года назад. Нашла! Точно оно! – Эон вывела график и ткнула пальцем в стол.
– Да, похоже. Думаешь, они тоже станут выбрасываться из аквариумов?
– Мне кажется, что да. Видишь, у дьяволов сигнал такой же силы?
– Да, амплитуда большая, думаешь их кто-то встречает снаружи?
– Да, именно. Вот, это их внутренние разговоры, а это уже внешний контакт. Все сходится.
Андрей задумчиво постучал пальцем по столу, глядя в аквариум.
– Надо выпускать, – наконец ответил он. – Незачем гробить животных.
– Тебе жалко астоунов?
– Да, жалко. Не вижу смысла в этой бессмысленной смерти.
– Я тоже не вижу, тем более, что Альберт такая милашка, – она помахала кальмару рукой. – А когда начнется, как думаешь?
– Через две ночи, может позже.
– Думаешь, будет тоже ночью?
– Конечно. Надо идти к Борисычу, он поймет.
– А может к папе, он тогда сразу в Совет обратится?
– Лучше к Борисычу, он подберет нужные слова для Совета. Мы же не можем просто так выпустить животных из исследовательских аквариумов. Опять начнется. Что это стоит денег, а кто будет платить за новый отлов. Ну и все в таком духе, – Андрей поморщился.
– Да ладно, Михалыч на раз два выловит все что хочешь, – удивилась Эон.
– Михалыч-то да, но ему просто так лодку не дадут с командой.
– Интересно, а на других сферах так же сложно?
– Думаю, что да. Вроде на Западной иначе, но там, говорят, что еще сложнее.
– Да, Соня что-то говорила. Они там все поделили, чего-то продают постоянно, чушь, короче.
– Ребята сказали, что на Западной сфере уже давно закрыли научный центр.
– Да? А почему?
– Не знаю, что-то там с эффективностью связано. На Южной тоже собираются в этом году закрыть.
– Какой кошмар. Хорошо, что у нас не так.
– Пока не так, но разговоры ведутся.
В лабораторию вошел Борисыч, приветливо кивнул Альберту и подошел к ребятам.
– Ну что, как там наши питомцы?
– Надо всех выпускать, – безапелляционно ответила Эон.
– Прямо всех? – удивился Борисыч.
– Да, всех без исключения, – подтвердила Эон.
Борисыч полистал графики и одобрительно кивнул ей.
– Думаешь, это то же самое, что с морскими дьяволами? – спросил он ее.
– Да, очень похоже.
– Андрей, ты тоже так думаешь?
– Да, надо всех пока перевести в большой аквариум, малый не выдержит их напора.
– Да, пожалуй. Астоун вполне может, вы видели, как они таранят красных китов?
– Нет, а когда это было? – Эон вся загорелась, мысленно представляя себе, как группа полутонных астоунов нападает на огромного красного кита.
– Я потом покажу, в архиве есть старые записи. Астоун разгоняется, и как пушечное ядро, врезается в бок красного кита. Потом другой, и так по очереди.
– И что, они могут убить кита? – удивился Андрей.
– Только больного, – Борисыч задумчиво посмотрел на Альберта, который молчаливо присутствовал при их беседе, смотря из аквариума восемью глазами, словно понимая, что говорят про него. – Интересно то, что кит не сопротивляется. Более того, он сам приходит к ним.
– Думаете, у них есть договор? – удивилась Эон.
– Я верю, что есть. Мы слишком мало знаем об этих животных. Точнее, не знаем ничего. То, что они разговаривают – факт, хотя он упорно не признается Советом.
– А почему так? Разве они не понимают этого? – удивилась Эон. – Они же сами ученые, я понимаю, если бы это были, ну не знаю, булочники или рабочие с рыбных ферм.
– Зря ты так про рабочих, они получше нас с тобой это понимают, ведь они работают с морскими дьяволами. А Совет не хочет ничего менять, ведь это подрывает всю слаженную систему, тогда придется пересматривать все, ведь на Сфере мы являемся единственным организмом, имеющим сознание, а это далеко не так.
– Я не понимаю, что в этом плохого? – Эон не смогла больше сидеть и вскочила, добавляя к своим словам активные жесты рук. – Это же то, к чему человечество стремилось всю жизнь найти разумное существо в Космосе!
– Нельзя есть братьев по разуму, – ответил ей Андрей.
– Именно. Тут мы упираемся в генетический барьер, основанный на вековых традициях религиозных учений, где человек является венцом творения. Получается, что употребление в пищу существ, обладающих разумом с точки зрения человека, приравнивается к каннибализму. Поэтому позиция Совета не так уж и неверна, – ответил Борисыч. – Это очень сложный этический вопрос, и никто не хочет его поднимать и обсуждать.
Эон недовольно поморщилась, ей хотелось возразить, но она никак не могла подобрать слова.
– А почему дьяволы из прудов не выбрасываются? – спросила она, разговор возбудил ее, и чтобы успокоиться, она стала заплетать волосы в косичку.
– О, это очень интересно, – Борисыч довольно улыбнулся. – Но тут можно по-разному смотреть на это. С животной точки зрения тут все вполне понятно? Корм есть, среда обитания приемлема. А если посмотреть на это с человеческой точки зрения, то можно вполне принять понятие жертвенности, принесения себя в жертву. Собственно это не чуждо природе Сферы, саморегуляция и жертвенность ради сохранения вида наблюдается у многих видов, и даже, Альберт не даст соврать, у астоунов, – ответил ей Борисыч.
– Ой. Как все сложно! – воскликнула она. – И за что вы так их любите, не понимаю. Они же вам ногу оторвали! Не представляю себе астоуна, приносящего себя в жертву.
– Ну так посмотри на Альберта. Он сам пошел в сеть, когда Михалыч со своей бандой накрыл их стадо. Они откуда-то знали, что нам нужен был только один. А за ногу я на них зла не держу, сам виноват, человек слишком самонадеян, мня себя вершиной мира, тогда астоун дал мне хороший урок.
– Ну сейчас защита лучше, отпугиватели работают надежно, – заметил Андрей.
– Это только потому, что они позволяют нам так думать, – ответил ему Борисыч. – Мне иногда кажется, что это они с нами играют, а не наоброт. За это меня, кстати, и называют сумасшедшим, и на Совет больше не пускают.
– Но почему! – воскликнула Эон.
– Потому, что страшно поверить, что я прав.
Продолжение следует...
Нравится роман? Поблагодарите журнал и автора подарком.