Продолжаю рассказ об интересных уроженцах Ростова Великого (раз и два).
Раз уж у нас речь зашла о расколе, то нельзя не упомянуть еще одного знаменитого ростовчанина.
Митрополита Иону Сысоевича.
Его отец был простым священником, служившим в кладбищенской церкви деревни Ангелово неподалеку от Ростова. А вот сын сделал куда более впечатляющую карьеру - инок в Воскресенском монастыре Углича, настоятель ростовского Белогостицкого Георгиевского монастыря, архимандрит ростовского Богоявленского Авраамиева монастыря. В 1652 году сам патриарх Никон рукоположил Иону в сан митрополита Ростовского и Ярославского.
Чтобы было понятно – Ростов никогда не был суетной столицей большого и сильного княжества, но при этом всегда был одним из главных религиозных центров Руси. А митрополит Ростовский и Ярославский, соответственно, входил как минимум в десятку самых влиятельных церковных иерархов страны.
И когда Никон, рассорившись с царем Алексеем Михайловичем, на целых шесть лет удалился в добровольное изгнание в Новоиерусалимский монастырь - именно ростовского митрополита Иону поставили местоблюстителем патриаршего престола. По-нынешнему – назначили и.о. патриарха.
На Никоне же Иона и погорел. Когда конфликт царя и патриарха усугубился настолько, что примирение стало невозможным, в 1660 году Московский Собор собирался лишить Никона архиерейства и даже священства, но окончательное решение принято не было - знаменитый богослов иеромонах Епифаний Славинецкий и архимандрит Полоцкого Богоявленского монастыря Игнатий Иевлевич убедили всех «разжаловать» самоустранившегося Никона с помощью двух других патриархов - Александрийского и Антиохийского. Ну, чтобы законность решения ни у кого сомнений не вызывала.
Приглашенные патриархи долго не могли добраться до Москвы, зато в столицу неожиданно заявился сам Никон. Он появился в Успенском соборе Московского кремля во время заутренней и потребовал у Ионы подойти к нему за благословением.
Растерявшийся – как он потом оправдывался – «исполняющий обязанности» благословения попросил, подтвердив тем самым патриарший статус Никона. За ним к верховному пастырю потянулись и другие священники и прихожане…
В конечном счете проштрафившийся Иона легко отделался. Царь Алексей Михайлович, не понаслышке знавший бешеную волю Никона и его умение психологически подавлять людей, выслушав невнятные оправдания, лишь рукой махнул – и отправил Иону обратно в родной Ростов. Будем считать - не задалась у человека карьера в столице.
Но, кстати, не похоже, что Иона сильно расстроился. Царедворцем он и впрямь оказался неважным, но вот «крепким хозяйственником» был, что называется, от Бога.
Ростовской митрополией Иона управлял почти 40 лет: с 1652 по 1690 годы, и количество сделанного им для города просто поражает воображение. Добрая половина нынешних туристических объектов Ростова либо построена, либо перестроена им. Достаточно сказать, что так называемый «Ростовский кремль», памятный всем по кинофильму «Иван Васильевич меняет профессию», на самом деле именуется Митрополичьим двором, пусть и со стенами и башнями.
Да если бы только Ростов! Пятьдесят каменный церквей в Ярославле, жемчужина Углича - Воскресенский монастырь…
Наконец, знаменитый «ростовские звоны» создал тоже он. Каждый колокол – как ребенок, все по именам. Помните, как в мюзикле Notre Dame de Paris звонарь Квазимодо поет арию про три колокола, которых зовут Маленькая Мария, Большая Мария и Огромная Мария?
Ионе пришлось бы петь дольше, да и с фантазией у него было получше. Самый маленький колокол в «ростовском звоне» зовется Ясак – им подавали знак о начале звона. Дальше, по возрастанию – два близнеца «Зазвонных», «Козел», «Красный», «Баран» весом в 1,28 тонны, потому что когда дрожит – как будто блеет. Единственный «иногородний» - привезенный из Ярославля «Голодарь» в 2,7 тонны получил свое имя за то, что в него благовестят в Великий пост. А дальше – три великана: «Лебедь», «Полиелейный» и «Сысой». Отлитый мастером Флором Терентьевым 32-тонный гигант, для которого пришлось строить отдельный, незапланированный четвертый пролет звонницы, митрополит назвал в честь своего отца, священника Сысоя.
«На своем дворишке лью колоколишки, дивятся людишки» – писал митрополит Иона Сысоевич в одном из писем своему другу, князю Михаилу Темкину. Вот это я понимаю – человек на своем месте! А вы все про Москву, да про Кремль…
На месте ростовцев я бы Никону памятник поставил. Но там и Ионе до сих пор памятника нет.
____________
Это отрывок из новой главы моей книги об исторических регионах России "Царский титул в картинках". Книгу можно прочесть здесь - https://author.today/reader/76682/604279