Джеймс остался совершенно один.
Он несколько раз пытался дозвониться до Эрика, но его телефон был недоступен. Мать увезли в больницу, врач, мрачно посмотрев на Джеймса, сказал что у неё переломы и состояние тяжёлое. А Джеймсу казалось, что он застрял в какой-то липкой паутине, потому что известия о состоянии матери его почти совершенно не тронули.
Он нашёл себя только тогда, когда маячки скорой исчезли в навалившейся темноте душной ночи, а пальцы автоматически набирали номер Эрика, который ему не отвечал.
Где он, чёрт возьми?
И ещё вся эта история с Леммингами, про которых он совершенно ничего не может вспомнить. А ещё смутные предчувствия, неясные тени и чьи-то преследования.
Джеймс ощущал себя жертвой, ощущал, что здесь всё неправильно, и жалел, что поддался на уговоры друга, и вернулся в родной, уже давно всеми позабытый город.
Он встал, отряхнув джинсы, и зашёл в дом, плотно закрывая двери. Ему было непривычно оставаться здесь в одиночестве. Ему казалось, что мать вот-вот начнёт снова нести свою назойливую ерунду, снова предложит что-то приготовить и всё в том же духе.
Он поднялся в свою комнату, плотно закрывая окна, стараясь не смотреть на тьму за ними. Он всё ещё думал про Лемминга, и оказавшись в своей комнате, он принялся искать старые фотографии. Найдя альбом, он уселся прямо на пол, перебирая фотографии. На самом деле, не было в них ничего интересного. Честно говоря, он и вовсе постарался забыть жизнь здесь, когда уехал в большой город. Его закружила нормальная, активная жизнь, без этого сонного паралича, и вот, это состояние снова наваливалось на него, пыталось проникнуть в жилы и заполнить мозг.
Прошло порядочно времени, прежде чем ему удалось отыскать старую фотографию.
Вначале он мелькнул взглянул на неё, но, после, замер, чувствуя внутри тревожное ощущение, и вернулся к снимку, внимательно вглядываясь в него. От времени он совсем истрепался, да и сама фотография была сделана не слишком качественно, но он узнал самого себя. В то время у него не хватало двух передних зубов, а волосы стояли дыбом, словно его ударило током.
На этом снимке рядом с ним стоял другой мальчик.
Не Эрик.
Этот мальчик был ужасно худым, с длинными непропорциональными руками, но его лицо закрывало белое пятно, словно кто-то намеренно испортил фотографию. Джеймс нервно сглотнул, после чего откинулся назад, разглядывая фотографию в высоко поднятой руке. Почему он ничего не может вспомнить? Почему?
***
Утро встретило его нахмурившимся небом и жуткой сухостью во рту. Джеймс спустился на кухню, вздрагивая от утренней прохлады, и приготовил себе кофе.
Было пусто. Было пусто, одиноко и как-то странно. Его голову занимали мысли об Эрике - куда он мог пропасть? Остался в большом городе, познакомившись с красоткой, и решил, что друг сможет и подождать? А мать? Как она смогла упасть с лестницы?
К слову, стоило отметить, что ему даже до сих пор не позвонили из больницы.
Приготовив себе завтрак, он набрал номер больницы, куда вчера уехала скорая. Нельзя сказать, что ему было очень важно, но ему нужно было знать, что с матерью.
Странное ощущение. Словно он не чувствует любви внутри к ней, но у него есть обязанности, которые он должен выполнять.
Равнодушная сестра приёмного покоя ответила ему, что никого с таким именем и фамилией сегодня не привозили.
Нет, совершенно точно, она проверила несколько раз.
Нет, она не знает, куда её могли отвести.
Нет, она ничем больше не может ему помочь, пусть купит справочник и перестанет ей мешать!
Слушая короткие гудки в трубке, Джеймс чувствовал, как внутри растекается чувство ужаса. Это чувство было настолько ледяным, что ему захотелось забраться под тёплое одеяло, прямо как в детстве, свернуться там калачиком и уснуть.
***
Он обзвонил все больницы, в радиусе нескольких сот километров. Он не знал номера скорой, не запомнил лица, и с каждым звонком абсурдность происходящего вокруг только нарастала. Он не мог поверить, что это происходит.
Сначала Эрик, а теперь и его мать. Куда они могли пропасть? И почему?
Вся ситуация давно вышла из под контроля. Он понимал, что всё начало разрушаться ещё тогда, когда он только приехал сюда. Или что-то начало происходить?
Он чувствовал себя ужасно бессильным.
Джеймс неожиданно вздрогнул, когда в его голову пришла неожиданная мысль.
Эрик и его мать были не первыми, кто исчез.
Лемминги. Вот где было нужно начинать искать.
