Маргарита Валуа никогда не могла представить, что ее долгожданная свадьба пройдет в настолько гнетущей атмосфере. Она ждала 36 лет, но этот день оказался одним из самых печальных в ее жизни.
Невеста явилась на торжество в траурном платье, гости рыдали и поминутно оглядывались на двери - в страхе увидеть гонца с плохими новостями.
Все ждали смерти короля.
Париж тем летом задыхался от нашествия вип-персон и их прихлебателей. Свита одного только принца Оранского насчитывала 650 человек. Даже герцог Альба оказался чуть более непритязательным (Невероятно, что Альба мог оказаться скромнее кого-либо, но факт!)
Жених, герцог Савойский, пожаловал к невесте с куда более малочисленным сопровождением. Но так как Эммануил Филибер до этого момента жил на одну зарплату, думаю, некоторую прижимистость ему можно простить.
Начало истории - старая дева и бесприданник, трудный путь к браку.
Однако герцог Савойский был щедр к родственникам будущей жены - королю Генриху II он преподнес шикарный подарок : арабского коня. Именно на этом злополучном животном (впоследствии ему дали говорящую кличку - "Неудача") король принял участие в своем последнем поединке. Как известно, обломок копья рыцаря Монтгомери, попавший Генриху в глаз, исполнил предсказание -
Он пронзит ему глаза через золотую клетку,
От двух ран Старый Лев умрет страшной смертью
Король умирал в чудовищных муках, однако практически все время оставался в сознании, и одним из его последних распоряжений было - ни в коем случае не откладывать свадьбу сестры Маргариты с Эммануилом Филибером Савойским.
Вот почему невеста плакала. Плакала и ее лучшая подруга Екатерина Медичи, присутствовавшая на венчании. А на следующий день король Франции скончался.
Медовый месяц - хотя язык не повернется так назвать это печальное время, оказался краток. Через неделю Эмманул Филибер уехал во Фландрию - передавать дела (главнокомандующего и правителя Нидерландов) своему кузену, королю Испании Филиппу II.
Молодые воссоединились в конце 1559 года, уже во вновь обретенной Эммануилом Филибером Савойе, откуда были выведены французские войска.
Условия мира при Като - Камбрези не были слишком уж благоприятными для Франции (по крайней мере так принято считать), а наибольший вой и скрежет зубовный вызывала как раз-таки потеря Савойи. Бравые вояки вдруг позабыли, что проигрывали испанцам одну битву за другой... и в своих несчастьях обвинили женщину!
Маргариту. Сестра короля так устала от одиночества - перешептывались придворные, что уговорила брата пожертвовать Савойей ради счастья иметь горячего мужа в супружеской постели.
На деле, конечно, французы постарались извлечь и какие-то выгоды из поражения - Маргарита - умница и дипломат, выглядела отличной кандидатурой для оказания про-французского влияния, более того - Франция удерживала за собой пять ключевых крепостей.
Какой же оказалась супружеская жизнь этих столь не похожих друг на друга людей? Маргарита обожала поэзию, считалась знатоком латыни и древнегреческого. Ее супруг с молоду жил только войной, мертвым языкам предпочитал живые: французский, испанский, итальянский, а сложению стихов - геометрию.
Родственники Маргариты изгнали семью Эммануила Филибера из родового гнезда, а сам он стал одним из главных героев последнего раунда Итальянских войн. Поводов для романтики мало.
Однако оказалось у супругов и нечто общее - они были умны и руководствовались здравым смыслом, а не страстями. Оба любили искусство, уважали науки, и Эммануил Филибер также был склонен доверять мысли и чувства бумаге, с юности он вел дневник.
Наибольшее беспокойство у герцога вызывал возраст жены - они обвенчались, когда Маргарите исполнилось 36 лет. Но через три года, казалось, свершилось чудо - Маргарита стала матерью здорового мальчика, Карла Эммануила. Думается, к досаде и Франции, и Испании.
Герцог не утруждал себя супружеской верностью, но не лез в воспитание сына, которым заняла себя Маргарита - а мальчика она обожала, оберегала и баловала. Впрочем материнская забота не сделала наследника изнеженным - оружие и войну он любил не меньше отца.
Спор относительно еретиков оказался куда более серьезным. Маргарита была воспитана теткой - Маргаритой Наваррской - "принцессой Реформации" во Франции. И хотя сама она в письмах друзьям утверждала "я - не гугенотка", религиозная терпимость герцогини Савойской считалась по тем временам подозрительной. У всех послов(особенно испанских) ушки были на макушке.
Ходит на мессу? Ходит. Но ест мясо в пост! Ах... разрешение от Папы Римского по состоянию здоровья? Ну-ну.
Эммануил Филибер и по воспитанию, и по убеждениям оставался твердым католиком. Однако своего кузена Филиппа II Испанского не одобрял в плане слишком уж слепого следования устрашающим ритуалам Инквизиции. Зачем тратить деньги на аутодафе, если инакомыслящих можно устранять без шума и пыли?
"Преследования не ведут ни к чему другому, кроме как к сотворению мучеников за веру. Абсурд - публично казнить фанатиков, чьи смерти только преумножают ересь. Вы должны избавляться от них тайно, а лучше и вовсе проявлять милосердие."
Однако Религиозные войны во Франции хоть и напугали герцога и огорчили герцогиню - дали им неплохую возможность обеспечить будущее сына. В обмен на военную помощь герцог Савойский выманил у Екатерины Медичи оставшиеся пять крепостей.
-Ну! Ты говорил, что у нас будет больше проблем с французами? Теперь их нет. Посмотрим, как ты будешь теперь разбираться с испанцами! - заявила Маргарита мужу.
И, как и во многих других случаях, оказалась права. Испанцы, размещенные там якобы "для защиты от французов", убрались из Савойи, только когда самой герцогини уже не было в живых.
Она умерла очень неожиданно, в 51 год, незадолго до того планируя поездку в Лион, чтобы там повидаться с Екатериной Медичи и другими членами семьи. Ее супруг уехал сопровождать Генриха III, возвращающегося из Польши через Италию. Маргарита должна была последовать за ним, но поездку отложила неожиданная болезнь Карла Эммануила.
"Прошу меня простить, что отвечаю не своей рукой из -за небольшой лихорадки. Доктора передадут тебе все детали касаемо болезни нашего сына. Что до моей болезни, она - ничто, не мешай она мне ухаживать за ним..." - последнее письмо Маргариты мужу.
Ее супруг был безмерно огорчен потерей этой женщины, ставшей настоящим другом и союзником.
"Я думаю, ты можешь понять, какая печаль царит у меня в сердце".
Народ горевал по ней. Та, что приехала в разоренную страну дочерью оккупантов... стала "матерью народа". И это, думается, лучшая из эпитафий.
Еще по теме:
Инфанта, котоой жемчуг был мелок - строптивая испанская жена Карла Эммануила Савойского.
Еще по теме:
Карл и Франциск: в гости придешь - в "Книгу дураков" попадешь!