У бабы Мани в сарае жили кролики. Целыми днями они сидели на корточках в клетках и жевали сено. Стеша любила стоять рядышком и наблюдать, как шевелятся при этом их усы. Иногда баба Маня давала ей морковку и Стеша, просунув ее через железные прутики, кормила животных.
- Мам, Зайка окотилась, - сказал как-то утром, зайдя в избу дядя Толя матери.
- Вот и слава Богу! - перекрестившись на старенькую почерневшую икону в углу кухоньки, произнесла баба Маня: - Не видать сколько штук?
- Не, мам, ничё не видать, закрыла она их пухом. Адя, племяшка, покажу тебе маленьких зайчаток! - обратился он к Стеше.
- Ты што, Толька? Ополумел? Ни в коем случАе сичас нельзя! Даже и не вздумай! - рассердилась баба Маня на сына и даже погрозила ему пальцем.
Стеша никогда еще не видела бабу Маню такой сердитой и не понимала, почему она не разрешает показать ей крольчат.
- Да ладно, мам, ничё не будет. Пошли, Стешка! - улыбаясь заверил дядька, уж он-то нисколечко не боялся бабу Маню.
С опаской оглядываясь на старушку, Стеша дала руку дяде Толе и они пошли в сарай смотреть малышей.
- Вон они, видишь? - показывал он пальцем Стеше в самый угол клетки, где во мраке она еле различила какую-то возню.
- Вижу, - кивала она, хотя ничего толком не видела.
Следующий день принес плохую новость: молодая крольчиха съела весь выводок.
- Говорила я тебе, Толька, не ходите смотреть крольчат! Нет, не послушал мать, неслух! Сколько душ загу бил!
- Ладно, мам, прости, виноват..- опустив голову оправдывался сын.
- Я-то прощу, да малышей не вернешь.., -утерев набежавшую слезу уголком платка, молвила старушка.
Стеша проплакала всю ночь: ей ужасно было жалко маленьких крольчат, к тому же в их гиб ели она считала виноватой себя.
Этот случай послужил девочке уроком на всю жизнь и научил бережно и трепетно относится ко всему живому на земле.