Продолжение
У Матрёши было всё по простому. И Маринка этому даже обрадовалась – не нужно было стесняться и бояться сделать что-то не так.
Показав Маринке её комнату и сунув ком из мятой простыни да наволочки, Матрёша залипла в скайп. Глуповато хихикая и перевирая слова принялась любезничать со своим приятелем-немцем.
Попутно она успевала отдавать команды и Маринке:
- Чайник на плите. Разогрей. Заварка в жестянке на полочке справа. Как закипит, завари покрепче.
Маринка только ресницами хлопала от подобной бесцеремонности, но не спорила, помалкивала.
Когда же обнаружила заветную баночку среди развала мешочков и пакетиков и приготовила чай, Матрёша нарисовалась на кухне.
-Что там тебе Оня собрала? – откинув полотенчико, порылась в миске и выудила щедро присыпанную сахаром плюшку. Вгрызлась в неё зубами и зажмурилась от удовольствия.
- Ммм… Всё-таки Оня мастерица по выпечке. Вкусно-то как!
Маринка поспешила прихватить и себе аппетитную румяную сдобу.
Плюшка была восхитительная - с хрусткой корочкой и мягкой, будто вздыхающей, серединой.
Чай тоже не подвёл - после терпкой, насыщенной заварки, оставалось стойкое мятно-лимонное послевкусие.
Маринка, предпочитающая в основном йогурты да быстрорастворимые кашки, давно не ужинала с таким удовольствием.
Она хотела расспросить Матрёшу про Грачевники, но не успела - ту снова вызвонил далёкий приятель.
Повздыхав, Маринка перемыла чашки, прибрала на столе и вернувшись в комнату с тоской обозрела ком неглаженного белья.
Она не ждала облуживания по высшему разряду, как в отеле. Хорошо, что её вообще приютили и дали поесть. Просто глядя на незаправленную кровать, она вдруг сильно затосковала по дому - своей уютной комнате, родителям и по Лизе тоже.
Приказав себе не раскисать, Маринка взялась за простыню. Сейчас она расправит бельё и ляжет спать. А завтра придумает, как действовать дальше.
Заметив в телефоне несколько непринятых вызовов от мамы, она
написала быстро:
- Мам. Всё отлично! Накупались, переели вкусного и немного устали.
Рядом пристроила весёлую рожицу смайла и отослала сообщение.
Маринка впервые обманывала родных и от этого было неловко, стыдно. Успокаивало её лишь то, что подобная ложь - во благо, ради Лизы.
Она прилегла, но всё не могла заснуть. Поворочавшись часик, не выдержала, вышла во двор.
Ночь выдалась ясная.
Под лунным светом грезили цветы.
У Матрёши их было великое множество.
Ночные фиалки разрослись особенно густо, а пахли так сладко, что хотелось погрузить лицо в их нежные соцветия да так и остаться.
Маринка присела возле цветов на деревянный чурбак и расслабилась. Ей сделалось вдруг спокойно и хорошо.
Ни думать, ни планировать что-то не хотелось.
За невысоким заборчиком виднелась пустая улочка, свет в домах давно не горел и Маринке казалось, что она одна-одинёшенька в целом мире. И это было прекрасно!
Неожиданно через дорогу метнулась черная тень. Подбежав к забору, завозилась чуть слышно.
Маринка порадовалась, что сидит в темноте и с улицы её не видно. Но и самой ей было не разглядеть ночного визитёра.
Сделалось не по себе. Вдруг это вор?
Может, нужно позвать хозяйку?
Маринка понимала, что та вряд ли обрадуется, если её воркование по скайпу прервут, от того и не спешила беспокоить. Когда же она почти решилась вызвать Матрёшу, тень перебежала дорогу и скрылась в переулке.
Маринка сразу же отправилась к забору - посмотреть. На деревянную штакетину намотан был кусок толстой бечевы, завязанный узлом и обмазанный чем-то чёрным.
Что за дрянь? - Маринка собралась было осторожно потрогать узел, как вдруг услышала:
- Стоять!
Из разросшихся лопухов вывалился дворовый, прошипел сердито:
- Завертень это!
От внезапного появления кота кувыркнулось сердце да ослабели ноги - Маринка оперлась о заборчик, чтобы не упасть.
- Вы меня напугали! Разве можно так!
- А ты не хватайси! Нету в тебе ума, весь отъела с бабкиными плюшками.
- Я только посмотреть хотела.
- Хотелки прищеми свои! Это на порчу сделано – соседка Матрёшина вредительствует.
- На порчу… - растерянно повторила Маринка. – Так разве бывает?
- Пипец котёнку! – взъярился кот. – Ты ж сама видала, как Светка тута перевязь мотала.
- Зачем?
- От зависти! Светка - непутёвая баба. Стольки глупостей понаделала. А Матрёша наша умница – в команде девчат состоит, за порядком приглядывает. Опять же – кавалерт у ней появилси из этих… из иносранцев.
Маринка рассмеялась.
- Кавалер, - поправила она кота. – Из иностранцев.
- Не придирайси! – возмутился дворовый. – Поняла меня и ладушки.
- Что за команда девчат?
- Дык ты видала их – Оня, Грапа, Матреша и Аннушка.
- Забавно. Они почти все… взрослые. А вы их девчатами зовёте.
- Как ощущают себя – так и зовём.
- А эта ваша Светка, она не в команде?
- Не. Ни разумения в ей, ни знаний. Да и силы маловато.
- Я не знала, что её остановить нужно…
- А знала бы, так что? Полезла на рожон? Ох, девка…
- Ох, девка, - передразнила кота Маринка. – Сами-то почему не вмешались?
-Дык… Придремнул чуток, расслабилси, - смутился кот. – В лопухах прохладно, приятственно…
Маринка присветила перевязь фонариком, спросила:
-Что будем с ней делать?
- Не хватайси! – снова взревел дворовый. – То для знающих работа. Девчата уберут.
Он протиснулся в калитку, проковылял к чурбаку и поворошил растущие рядом цветы.
Маринка с наслаждением вдохнула душистый аромат.
- Хорошо у вас. Необычно. Я не думала, что мне может понравиться в деревне.
- Чего припёрласи тогда?
- По делам! Грубый ты, дворовик.
- Дворовый я. Не перевирай. Осмелела, тыкалка.
Маринка не стала пререкаться, ей просто было интересно разговаривать с котом.
- Откуда ты взялся?
Кот возмущенно раздул щёки.
- Я завсегда тутачки находилси! Моя родина– баб Онин двор.
- Никогда не слышала про таких как ты, - пожала плечами Маринка.
- Нашла чем похвалятси, - фыркнул кот.
- Я сказки читала… в детстве. Фильмы всякие… ужастики про ведьм, вампиров, русалок смотрела…
- За вампиров не скажу – нечисть заграничныя, а вот упыри да прочий сброд попадаютси. Сторожко быть надобно. Ты со всеми повидаешси.
- Я? – напряглась Маринка. – Зачем они мне? Не хочу!
- Поздно пить боржому! – хихикнул кот. – Неча было через обод лезть.
- Да причём здесь обод?
Кот повернул голову и внимательно посмотрел на Маринку. В лунном свете глаза его взблеснули ярко-золотым.
- Не пойму – ты и впрямь дурная? Через то очи твои отворилиси, всех видеть станешь.
- И… что?
Кот скрипнул зубами и рванул торчащую по сторонам бородёнку.
- И то! Познакомишьси, говорю. У нас тута всякого сброду навалом!
Дворовый вдруг задёргался, изловчился и выкусил из шерсти на спине огромный репей.
- Сенька-оборотень бузит, - пожаловался он Маринке. - Придумал себе забаву, приличных котов гонять.
Продолжение здесь