Делюсь своим переводом предисловия к книге "Тело йоги. Истоки современной постуральной практики" Марка Синглтона.
"Тело йоги" написана Марком Синглтоном на основе его докторской диссертации и издана в 2010 году. Русский перевод появился несколько лет назад, но это предисловие в него не вошло. Сообщение книги вкратце сводится к тому, что
современная глобальная физическая йога радикально отличается от традиционной хатха йоги: имеет другие цели и делает невиданный ранее акцент на асанах, большинство из которых изобретены в 20-м веке.
Думаю, прочитав предыдущее предложение, вы уже почувствовали один-два укола в ваш шарик йога-верований. История книги очень похожа на историю отрицания вокруг Паттабхи Джойса и других гуру-насильников: сказки не соответствуют фактам, и это несоответствие вызывает бурю эмоций, когда его вытаскивают на свет.
Книга вызвала огромное число обсуждений и породила нелепейшие трактовки. В 2015 году Марк написал предисловие к одному из переводных изданий (сербскому), где подытожил некоторые из этих трактовок и ответил на критику. Это предисловие не вошло в русский перевод. Я перевел его и сегодня дарю перевод вам “как есть”: с некоторыми сокращениями и возможными ошибками. Грубых ошибок можете не опасаться: я занимаюсь переводами 25 лет и много лет английский был моим основным языком. Enjoy!
- За неимением лучшего формата примечания оформлены как элементы маркированного списка с курсивом. Если хочется более книжный формат, качайте то же самое в PDF.
Прелисловие к сербскому изданию "Тело йоги", Марк Синглтон
<Первый абзац с благодарностями опущен в переводе .>
В отличие от большинства академических трудов, книга Yoga Body получила широкую известность за пределами академических кругов, в частности (но не исключительно) среди энтузиастов йоги, для которых этот материал представляет интерес с точки зрения их собственных практик и верований. Она вызвала бурные обсуждения в ненаучных сообществах, таких как блоги и соцсети. Во введении автор отмечает, что научные исследования 19-го и 20-го вв. “оказали влияние на структуру и информационное наполнение современной практической йоги”. В некоторой степени то же можно сказать и об этой книге. Некоторые идеи, источником которых было данное исследование (и работы коллег), стали современными йога-мемами, но в упрощенной форме и с существенной потерей исходного смысла. Далее автор рассматривает некоторые из этих заблуждений.
...Должен отметить, что у меня нет рекомендаций о том, как практикующим следует практиковать … Эта книга не за или против йоги, не призывает читателей заняться йогой (или конкретным ее направлением) и не предостерегает против йоги. Она не преследует цели отстаивать конфессиональные интересы йоги или любых других духовных практик и направлений. Я упоминаю об этом в ответ на два распространенных (и кажущихся на первый взгляд противоположными) типа выводов, сделанных на основе материалов этой книги. Оба они основаны на предположении, что цель этой книги – “ломать мифы” современной йоги (ошибочный и недопустимо упрощенный взгляд).
Первый тип требует отказаться от новых, “испорченных” форм современной йоги и вернуться к древним источникам истинной йоги. Второй тип заключает, что, поскольку йога собрана по кусочкам, мы можем (и даже должны) свободно внедрять любые перемены под эгидой йоги. Таким образом эта книга получила сомнительную честь быть поднятой на знамена как консервативных культурных организаций Хинду в США, которые критикуют популярные формы йоги как “недостоверные” и требуют вернуться к исходной йоге Хинду, так и креативных йога-тичеров (часто так же американцев), которые считают, что йогу необходимо изобретать заново. Хотя эти феномены представляют интерес с социокультурной точки зрения, необходимо заявить, что данная книга не поддерживает ни одну из этих точек зрения.
Не смотря на второе название (“Происхождение современной физической практики”)
- Издательство не хотело использовать название кандидатской, которая послужила основой для книги, “Тело в центре: контексты физической йоги в современном периоде”.
эта книга разбирается не с вопросом “откуда есть пошла йога”, а только с некоторыми его контекстами . Имея дело с такой диалектически плотной и запутанной историей, как история йоги в современном мире, бессмысленно искать единые источники. Например, если считать источником популярной глобальной хатха йоги современную физическую культуру начала 20-го века, напрашивается предсказуемое (и в определенной мере верное) возражение, что источник находится в индийских традициях хатха йоги. Если же указать современную физическую культуру как один из решающих контекстов, в котором развились некоторые разновидности хатха йоги начала 20-го века, мы создадим базу для рассмотрения ситуации, в которой множество “контекстов” внесли вклад в формирование смысловых комплексов, нашедших выражение в этой хатха йоге, включая и ранее существовавшие формы хатхи, и современную физическую культуру. Первый вариант приглашает к скучным спорам правых и неправых. Второй дает возможность коллективного научного исследования контекстов йоги во всей их социальной, культурной и исторической запутанности.
Усилия филологов определить самые ранние варианты и генеалогии асан в текстах о йоге представляют ценность и значение как сами по себе, так и для усиления и углубления этих контекстов. Эта книга, однако, исследует ... англоязычные источники о йоге, преимущественно 20-го века. Эти источники дают детальное представление о некоторых формах йоги того времени. Автор осознает, что на развитие “современных” форм йоги могли оказать влияние и другие источники, в частности источники на санскрите того же или предыдущего периода. Собственные исследования автора до этой публикации (включая более трех лет изучения йоги в Индии, изучение санскрита и хинди, изучение текстов на санскрите с индийскими пандитами и западными индологами) доказывают это предположение. Однако автор настаивает, что концентрация на категории “глобальная англоязычная йога” помогла выявить некоторые важные и ранее неизвестные характеристики процесса развития йоги.
Эта книга почти исключительно сосредоточена на развитии практики асан в начале 20-го века и не рассматривает другие аспекты йоги в современном мире. Однако автор не заявляет, что современные глобальные формы йоги включают только практику асан. В общественном сознании йога действительно связана с асанами, и они во многих случаях – основная составляющая “практики”. Таким образом, это достойный изучения предмет. Однако популярные глобальные формы йоги, которые не выдвигают асаны на первый план или делают акцент на медитации, выходят за рамки этого исследования…
Главы 2 (“Факиры, йоги и европейцы”) и 3 (“Популярные представления о йогинах”) освещают идеи и предрассудки о хатха йоге и йогинах, бытующие у пишущих об Индии иностранных этнографов и ученых, а также предрассудки и поверия о йоге, принятые у тех, кто распространял информацию о йоге за пределами Индии. Таким образом, эти главы – об истории дисконнекта между культурами, “улучшения” идеологий задним числом, культурных предпочтений и предрассудков, а не о хатха йоге как таковой.
- Поскольку опыт показал, что это неочевидно (хотя должно и быть очевидным), автор заявляет, что не поддерживает и не разделяет взглядов участников этих процессов, хотя и цитирует их.
Они обеспечивают необходимый фон для рассмотрения развития йоги в последующих главах.
Глава 1 была добавлена по просьбе комиссии по кандидатской работе автора и не относится к современности. В ней йога рассматривается в рамках “индийской традиции”. Это попытка, возможно поверхностная и достаточно неудачная, втиснуть тысячелетия истории в несколько страниц.
- Этой главы не было в первом варианте кандидатской работы, но она была добавлена по требованию комиссии.
Для изучения истории йоги в более широком смысле автор рекомендует обратиться к новейшим исследованиям в этой области, которые ставят под сомнение некоторые аспекты представленных здесь взглядов.
- Здесь автор ссылается на введение к книге Roots of Yoga, James Mallinson и Mark Singleton, 2016 г.; исследование Моллинсона о традиционной хатхе; исследование Jason Birch о развитии асан в более ранние, чем рассмотренные в этой книге, периоды; Hatha Yoga Project на базе SOAS; и Encyclopedia of Traditional Asanas, Manmath Gharote, первое издание 2006 г. и обновленное 2013 г.
Положение этой главы в начале книги также может создать ошибочное впечатление, что автор ставит своей целью сравнить и противопоставить “индийскую традицию” и современные изменения в йоге, описанные в других главах. Это не так. Данную книгу следует рассматривать как культурную историю развития йоги в новейшем периоде, которая уделяет довольно мало внимания истории более ранних форм йоги.
Одним из источников моего обзора асан в йога-традициях в первой главе послужили статья и книга Gudrum Buhnemann (Восемьдесят четыре асаны йоги. Исследование традиции)…
- Переведена и издана на русском в 2009 г.
Бюнеманн отмечает, что в традиционных текстах о йоге асаны играют подготовительную и вспомогательную роль, и делает вывод, что главенствующая роль, которую практика асан получила в современных традициях йоги, не унаследована из каких-либо известных традиционных текстов о йоге. Эту идею я повторяю несколько раз в данной книге. В свете новейших исследований, упомянутых выше, эти утверждения требуют коррекции. В частности стало ясно, что между 16-м и 19-м вв. в Индии (то есть в период непосредственно перед рассматриваемым здесь) статус и число асан в практике заметно возросли, о чем обнаружены новые текстовые свидетельства.
- В частности см. статьи Jason Birch, The Proliferation of Āsana in late Mediaeval India, 2018 г. и n Yoga in Transformation: Historical and Contemporary Perspectives on a Global Phenomenon, 2018 г.
В период после появления Haṭhapradīpikā (главного классического труда о хатха йоге) асаны получили более заметную и важную роль в некоторых текстах по сравнению с более древними источниками, такими как Махабхарата, некоторые Упанишады и Йога-сутры, где, как отмечает Бюнеманн, асаны несомненно играют подчиненную роль в более широком контексте йоги.
Не смотря на то, что утверждения о второстепенной роли асан требуют коррекции в свете новых доказательств, не следует полагать, что эти доказательства … опровергают или делают несущественной культурную историю, представленную в последующих главах этой книги. Эти доказательства также не опровергают наблюдения Бюнеманн об изменениях в статусе и роли асан в современном мире.
- Хотя природа и степень этих изменений требуют тщательного анализа, особенно в свете развития в нашем понимании истории йоги.
Таким образом, мы приходим к ключевому для понимания моменту. Оценка и выявление степеней инновации и преемственности в современных или восстановленных традициях (таких как глобальная йога) всегда вызывает споры, поскольку модификации как правило (но не всегда) представляются как прямая передача древних и неизменных учений . Такая (“прямая”) передача характерна для любых религиозных учений Индии во все времена и не должна вызывать удивления: йога-традиции всегда адаптировались и трансформировались в соответствии с требованиями времени, и описанные в этой книге преобразования не новы. Однако скорость и степень изменений, наблюдаемых в современной глобальной йоге, поразительна и уникальна.
- Рост глобального обмена идеями, товарами и технологиями привел к колоссальной социальной и культурной трансформации, а также, в некоторых случаях, к экстремальным пересмотрам задачи и функции йоги как внутри Индии, так и за ее пределами. Этот рост также создал новые возможности для быстрого и широкого распространения йоги (например, в главе 8 рассмотрены массовая печать и фото). В заключении к главе 9 рассмотрен возврат инноваций в рамки традиции.
Таким образом, вслед за Bühnemann я утверждаю, – “ Практика асан в глобальных англоязычных йогах не унаследована от хатха йоги по прямой и непрерывной линии ”, и не меняю это утверждение в свете упомянутых выше новых исследований истории асан.
- Это, впрочем, довольно непримечательное утверждение, учитывая, что в период до современного хатха йога также развивалась в многообразных контекстах, а не в рамках единой “прямой” линии (вопреки генеалогиям “учитель–ученик”, представленным в таких текстах как Haṭhapradīpikā). Здесь… изменения и адаптация во времени и пространстве – общее свойство истории йоги в целом, а не исключительно современной йоги.
Однако … было бы преувеличением утверждать, что нет связи между современными асанами и практикой асан в индийской традиции. Очевидно, что такая связь есть. Большинство современных учителей, писателей и практиков, представленных в этом исследовании, так или иначе участвуют в рекурсивном толковании, цель которого примирить традиционные учения о йоге ... с современными мышлением, теориями познания (включая современную науку) и относительно новым восприятием себя и мира (например, характерным для современной колониальной Индии).
Именно в этом смысле родословная новых традиций йоги, действующих в современном глобальном мире и использующих его возможности, не может считаться прямой и непрерывной. Некоторые, например, Шри Йогендра, открыто говорят о своих нововведениях, остальные же прикрывают очевидные нововведения рассуждениями о вневременной традиции. Имеет смысл рассматривать сложившуюся ситуацию как ренессанс,
- Йога-институт Шри Йогендры представляет себя как “сердце современного йога-ренессанса” (см. De Michelis, 2004).
то есть не прямое и непрерывное продолжение родословной или традиции, а передел традиций в творческом диалоге с новой информацией и новыми технологиями. Другими словами, это – реакция на современность. Как Simona Sawhney высказалась в отношении современного санскрита, “Современная культура формируется, вступая в конфликт с традицией, вернее говоря, с конкурирующими толкованиями традиции”.
- Sawhney, S., 2009 г., The Modernity of Sanskrit. Интересно также рассмотреть, в какой мере принятие современности и определение ее места в традиции подтверждает авторитет традиции и устраняет угрозу, которую современность (особенно “западная”) представляет для традиционных, особенно религиозных ценностей...
Хотя степень и суть таких изменений может быть разной, … они всегда присутствуют в экспериментах с йогой, представленных в этой книге. В этом смысле описанные в этой книге впечатления и рассмотренные (виды) йоги отличаются от “традиционных” традиций, которые не подвергались таким быстрым и глобальным изменениям, какие испытала “глобальная англоязычная йога” в конце 19-го и в течение 20-го веков.
- Не стоит тем самым недооценивать урон, который нанесло йогическим орденам репрессивное законодательство Ост-Индской компании, упомянутое в гл. 2. В настоящее время ситуация таких орденов меняется: некоторые йоги Натха стали выдвигать практику последовательностей асан на первый план, возможно, в ответ на глобальный бум физической йоги и отношение к натхам как первым учителям хатха йоги (см. The Yogīs' Latest Trick, Mallinson, 2014).
С другой стороны, удивительная современная глобальная история йоги не должна скрыть от нас тот факт, что в предыдущих периодах йога также не была неким овеществленным, статическим и однородным явлением, но периодически подвергалась колоссальным трансформациям, таким, например, как начавшаяся в 16-м веке ассимиляция хатха йоги в адвайта-веданту.
- См. Christian Bouy (1994) Les Nātha-yogin et les Upaniṣads : étude d'histoire de la littérature hindoue. Paris: de Boccard.
Таким образом, признавая связь с традиционным йогическим прошлым, автор надеется показать в этой книге процессы диалектического обмена, в рамках которого ход развития новой, вступившей в глобальный мир Индии определил форму начального распространения йоги на “Запад”, а новые культурные вливания, комментарии и интерпретации, в свою очередь, повлияли на дальнейшее развитие некоторых форм йоги в Индии. В таком контексте понятия “Восток” и “Запад” перестают быть полезными в том смысле, что рассматриваемые здесь культурные явления уже представляют собой сплавы, образованные взаимодействием разнообразных культурных влияний.
Примерно то же самое можно сказать и о современных йогических текстах . Современные учителя физической йоги, такие как Свами Кувалаянанда, Шри Йогендра и другие, немало способствовали развитию текстовой традиции в хатха йоге. Они также переделывали йогу в свете физической культуры и педагогической гимнастики, научных и медицинских представлений того времени о теле, идеях психотерапии, евгенического движения, современной европейской философии. В некоторых случаях тексты толковались в культурных контекстах, радикально отличных от тех, где действовали традиционные йоги и пандиты, и/или для читателей и аудиторий, которые не были знакомы с йогой в Индии. Например, двое из наиболее важных двигателей процесса возрождения йоги, Свами Вивекананда и Шри Йогендра, познакомились с Йога-сутрами Патанджали в Нью-Йорке (в 1890-х и 1920-х гг. соответственно), одновременно близко взаимодействуя с и преподавая йогу в сообществах авангардистов на восточном побережьи США.
- О Вивекананде см. (в данной книге). Joseph Alter так пишет о Йогендре: “Обращение (Йогендры) к Йога-сутрам в конце карьеры было по сути возвращением. В 1922 г. он заказал копию в Oriental Publishers of Lahore с пересылкой в Нью-Йорк. Прочитав сутры впервые во время своего пребывания в Union League of Philadelphia, он обнаружил, что книга была “до странности схожа с его собственными размышлениями” и он знал ее, до того как прочел” (Rodrigues, 1982 : 222). Замыкая цикл происхождения и истории идей в рамках ориенталистики, биограф предполагает, что “культовый гуру в традиции классической йоги (Патанджали— прим. переводчика ) нашел истинного продолжателя”. См. Gurus of Modern Yoga, Singleton and Goldberg, 2013.
Очевидно, что такие переплетения … не ставят под сомнение древность или цельность йоги как таковой, а также не отрицают роль традиции в современных текстах. Но следует задуматься о структуре таких встреч (людей, идей и) текстов, а также о том, как на основе имеющихся текстов формируются новые смыслы и значения. Такие размышления могут поднять ряд вопросов, например:
—Какова роль толкования текстов в контексте расцвета йоги в начале 20-го века?
—Как стандарты толкования того времени и понимание переводчика (возможно ограниченное) повлияли на толкование текста?
—Каким образом открыватель текста оживил, обновил, адаптировал, освежил и использовал послание, содержащееся в тексте?
И наоборот, мы можем рассмотреть:
—Как текст был воспринят и понят теми, кто практикует его учение?
—Какие он претерпел модификации и преломления по мере распространения практики за временные, интеллектуальные, культурные и географические рамки, в которых он создавался и передавался?
—Как понимают его практики второго и третьего поколений?
Эта книга не предполагает, что асаны – недавнее изобретение. Это лишь одно из типичных заблуждений об этой книге.
- См., например, http://www.elephantjournal.com/2013/09/who-invented-yoga
Автор написал об изобретении поз только в одном месте, приведя цитату Дхарма Митры, бразильского учителя йоги, живущего в Нью-Йорке, о том, что йоги по всему миру изобретают новые позы каждый день. Изобретательство подразумевает реализацию чего-то, что раньше никогда не делали или не использовали, и Митра утверждает, что в некоторых случаях так бывает с асанами (и не только в современности). Однако применительно к рассматриваемой истори имеет смысл говорить об адаптации, смене формулировок и интерпретаций (и так далее), нежели об изобретении, поскольку эти термины с одной стороны лучше отражают процессы экспериментирования и перетасовывания, характерные для новейшей истории глобальной йоги, и позволяют избежать споров о генеалогии и происхождении отдельных поз – с другой. Эта книга рассматривает … интерпретации и ассимиляции традиций и современности. В этом смысле ... такое исследование изучает современную культуру в той же мере, что и йогу. Латур утверждал, что, “рассматривая бактерии Пастера, можно разглядеть все французское общество”.
- Латур Б. “Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии”.
Что можно увидеть, рассматривая современную физическую йогу? Можно ответить так: через призму (физической йоги) видны религиозные, социальные и культурные стремления современного человека; его представления о метафизике, культуре и религии; его отношение к своей и другим нациям и так далее. Но прежде всего не следует воспринимать эту книгу как попытку оспорить состоятельность, подлинность и искренность людей, участвующих в развитии и распространении физической йоги, или опровергнуть тот факт, что корни йоги находятся в Индии.
См. продолжение – Часть 2.