Весной 2011 г я написал стихотворение «Астронавты», посвященное гипотетическим покорителям дальнего космоса. Год, казалось бы, располагал к подобным литературным опытам: исполнилось ровно 50 лет с тех пор, как полёт Юрия Алексеевича Гагарина открыл людям дверь в новое для них измерение. Увы! Это в 1930-х – 60-х годах смелые фантазии писателей и киносценаристов о движении homo sapiens к звёздам выглядели (даже несмотря на чудовищную войну!) предсказаниями близкого будущего. В начале же ХХI в стало яснее ясного – хозяевам нашей планеты космос если и нужен, то не дальше сферы действия её притяжения. С помощью спутников и т.п. решаются – и будут решаться – задачи весьма «приземлённые». Это, конечно, и создание систем тотальной слежки за населением, и развитие «цифровых» технологий, оболванивающих и порабощающих человека, и совершенствование средств физического, экономического и психологического уничтожения «неудобных элементов». А Солнечная система и Вселенная - пошли они, как говорится… Огромные риски, колоссальные затраты и в обозримой перспективе – никакой прибыли.
В начале 2-го десятилетия текущего века (с какой радостью мы его «встретили» за год до его наступления!) тренд «к айфону передом, к космосу задом» определился уже совершенно чётко. Наша страна, впрочем, обогнала в этом отношении «цивилизованный» Запад: у нас такие настроения оформились ещё в «перестройку», т.е. в конце 1980-х, когда никто и слыхом не слыхивал ни об «айфонах», ни о «мобильных приложениях», ни об электронных платежах. Логическим продолжением КВН-овских шуток по поводу успешного испытания первого советского космолёта – знаменитого «Бурана» (1) (превосходившего, кстати, по ряду характеристик американские «шаттлы») стала расправа российского правительства над "Миром" - орбитальной станцией советской постройки.
Напомню, что говорит об этом всеми любимая «Википедия»:
«В конце 1990-х годов на станции начались многочисленные проблемы из-за постоянного выхода из строя различных приборов и систем. Через некоторое время правительство РФ, ссылаясь на дороговизну дальнейшей эксплуатации, решило затопить «Мир». Решение было принято несмотря на многочисленные существовавшие проекты спасения станции, и то что станция «Мир» могла быть быстро и просто транспортирована на землю с помощью «Бурана» (выделено мной – S . N .). 23 марта 2001 года проработавшая в три раза дольше первоначально установленного срока станция была затоплена в специальном районе в южной части Тихого океана».
День, когда о вынесенном властями несчастной станции приговоре сообщили по ТВ, я, наверное, не смогу забыть при всём моём желании. Озвучив эту информацию в выпуске новостей 1-го канала (тогда он назывался ОРТ – «Общественное (!) Российское телевидение»), диктор ерническим тоном, с полуулыбкой на лице добавил:
«Вместе со станцией в атмосфере сгорят: Библия, Коран и портрет Юрия Гагарина».
Ведущий, вероятно, не просто неукоснительно следовал указаниям телеруководства, а ещё и постарался выполнить их как можно «лучше». И удивит ли кого-нибудь, что я тогда – и несколькими годами позже – охотно подпевал на концертах не дожившему до 40 лет поэту-барду Александру Непомнящему:
«Симулякры не спасут, ОРТ не молятся,
И за телевизор выйдет плата по счетам!»
И тем не менее, именно в 2011-м случилось нечто, подвигнувшее меня на написание совершенно несовременного ни по форме, ни по содержанию стихотворения.
Сообщение РИА «Новости» от 14 июля того года:
«Торжественное открытие памятника первому космонавту планеты Юрию Гагарину состоялось в четверг в Лондоне… Делегация Роскосмоса во главе с руководителем агентства Владимиром Поповкиным приняла участие в церемонии, также как и дочь первого космонавта Земли, директор музеев московского Кремля Елена Гагарина и принц Майкл Кентский. Мероприятие стало основным событием "Недели Юрия Гагарина в Лондоне", посвященной полувековому юбилею начала эпохи пилотируемых полетов».
Здесь ничто не было выбрано наобум: и место установки памятника, и дата его открытия, и сам его облик – всё имело конкретный смысл. Официальную церемонию, как видим, британцы приурочили к 14 июля – в этот самый день 1961 г Юрий Алексеевич Гагарин впервые посетил Лондон. Город встретил его как величайшего героя Земли, каковым он и был ровно 50 (сегодня – 60) лет назад. 12 апреля, в день полёта космонавта, его портрет можно было увидеть на обложках всех журналов и первых полосах всех газет мира.
На приём к королеве Елизавете II Гагарин ехал по улице Молл, и именно на ней решено было поместить скульптуру. Улица эта ведёт от Трафальгарской площади прямиком к королевскому Букингемскому дворцу.
Согласно анекдоту, который вполне может быть правдой, когда настало время садиться за накрытый во дворце для ланча (2-го завтрака) стол, гость растерялся при виде огромного количества блюд, приборов и принадлежностей, и тихо сказал королеве:
- Ваше Величество, прошу извинить меня, я простой деревенский парень… Я никогда не сидел за такими столами и не знаю, как пользоваться всеми этими предметами…
Та, улыбнувшись, ответила:
- Я сижу за такими столами всю мою жизнь, но тоже до сих пор не знаю, как пользоваться этими предметами!
После ланча она подарила космонавту двух кукол для его дочек.
Сам памятник представляет собой 12-футовую (3,6 м) композицию: цинковая статуя облачённого в скафандр (без шлема) Юрия Алексеевича стоит на вершине символизирующего Землю шара. Это – точная копия другого монумента, выполненного советским скульптором Анатолием Новиковым и открытого в день 50-летия со дня рождения Гагарина (9 марта 1984 г) на Октябрьском проспекте подмосковного города Люберцы, возле здания училища №10. В годы юности космонавта оно было ремесленным училищем, и Юрий закончил его в 1951-м по специальности «формовщик-литейщик». Кстати, именно профсоюз литейщиков 10 лет спустя, в июле 1961 г, пригласил Гагарина в Англию.
Мысль об установке в Лондоне памятника первому в мире космонавту возникла у директрисы по визуальным искусствам Британского совета Андреа Роуз за 18 месяцев до июля 2011-го. Из двухсот имеющихся в России статуй Гагарина она отдала предпочтение люберецкой – серебристого цвета, из патинированного цинкового сплава. Скульптор изобразил Юрия Алексеевича незадолго до старта, и у наших космонавтов стало традицией приносить к монументу цветы перед отправлением в полёт.
От лица всех своих соотечественников Британский совет обратился к городским властям Люберец с просьбой одолжить памятник Лондону на время празднования там 50-летия Космической эры человечества. Ответом был отказ, но помогло содействие «Роскосмоса» - Федерального космического агентства, заказавшего и оплатившего изготовление дубликата. Агентство и Британский совет подписали протокол, в соответствии с которым в Ижевске для англичан была создана копия произведения А.Новикова.
14 июля у штаб-квартиры Британского совета на Трафальгарской площади с раннего утра стал собираться народ. Сотни репортёров и любопытных горожан толпились здесь в ожидании начала церемонии, поглядывая на затянутый пока чёрной тканью монумент и рассматривая помещённую у входа имитацию первого искусственного спутника Земли (запущен в СССР в 1957 г) и выставку советских плакатов величиной со стену здания.
«Нам особенно приятно, что сегодня с нами дочь космонавта, Елена Гагарина», - сказал в начале церемонии принц Майкл Кентский, двоюродный брат Елизаветы II и внучатый племянник последнего русского монарха Николая II. Он предложил Елене открыть памятник её знаменитому отцу. Та, со своей стороны, поблагодарила всех британцев за то, что Юрия Гагарина «сделали лондонцем».
В речи, которую его высочество Майкл Кентский произнёс на английском, а потом, с малозаметным акцентом, на русском языке, он заявил, что появление данного памятника в Лондоне - одно из важнейших событий последних лет в области российско-британских контактов. «Это - отметил принц, - самый хороший пример того, как улучшить связи и отношения между нашими двумя странами».
На торжестве присутствовала и тёзка дочери Юрия Алексеевича Хелен Шарман, первая и пока последняя британская женщина-космонавт (в 1991 г она летала на орбитальную станцию «Мир» на нашем же «Союзе ТМ-12»). Собравшихся на Молле поздравили в прямом эфире космонавты с Международной космической станции (МКС): «К сожалению, мы не можем к вам присоединиться, но душой мы с вами».
Если люберецкий оригинал стоит на чём-то вроде небольшой стелы (с шаром и кругом со звездой поверх неё), то ижевское изделие было водружено в Лондоне на внушительный постамент из белого портлэндского камня.
Англичане отпраздновали знаменательную дату с большим размахом. В течение «Недели Юрия Гагарина» в городе, в Британском совете, прошла тематическая выставка, на которой лондонцы могли увидеть скафандр первого космонавта, архивные видео полётов и упоминавшиеся выше космические плакаты: их копии можно было приобрести за 10 фунтов стерлингов. Никогда прежде никаких связанных с советской и российской космическими программами экспонатов в британских музеях не было.
Там же выставлялись 80 фото из семейного альбома Гагариных, переданных организаторам торжеств дочерью космонавта Еленой. «Этот проект родился из дружбы, — объясняла Андреа Роуз. — Я всегда знала [Елену] профессионально как искусствоведа. Сначала она была директором Пушкинского музея, а теперь выдающийся директор музея-заповедника «Московский Кремль».
Сама же Гагарина призналась, что не может, по объективным причинам, поделиться собственными впечатлениями о столь давних событиях:
«Я, к сожалению, была тогда очень маленькой, и сейчас, во время подготовки к этой выставке я с огромным удовольствием помогала маме отбирать фотографии».
Была и вторая фотовыставка – под названием «Поехали!», в королевском Альберт-холле. Демонстрировались фотографии, запечатлевшие Гагарина приветствующим, стоя в автомобиле, встречающих его лондонцев 15 июля 1961 г; самих этих людей, выстроившихся тысячными толпами вдоль дороги, по которой проезжал кортеж гостя; номер возившего космонавта «Роллс-Ройса» (две буквы – инициалы «Ю.Г.» в английской аллитерации – плюс цифра 1 – «первый»); портрет Юрия Алексеевича на обложке апрельского (1961 г) номера журнала «Time» - и мн. др.
В том же июле 2011 г в Лондонском музее науки бесплатно показывались познавательные шоу «Русские в космосе». Режиссёр Крис Райли снял фильм «Первая орбита», воссоздав в нём виды, открывавшиеся Гагарину в иллюминаторе его летевшего вокруг Земли корабля.
Теперь о том, что имеет непосредственное отношение к тематике нашего канала. Монумент поместили в той части Молла, где Юрий Алексеевич впервые встретился с Гарольдом Макмилланом, в 1961 г - премьер-министром Великобритании. Это значит, что в двух шагах от статуи Гагарина находился памятник флотоводцу Горацио Нельсону, и что советский космонавт глядел в лицо изваянию капитана Кука, стоящему напротив, у Адмиралтейской Арки.
Остроумную шутку отпустил по этому поводу бортинженер МКС японец Сатоси Фурукава: он, мол, «уверен в том, что Юрий будет рад смотреть на статую великого британского первооткрывателя Джеймса Кука». Думаю, такое соседство порадовало бы не только Гагарина. Мореплавателю, исследовавшему значительную часть земного шара, было бы о чём побеседовать с человеком, первым оторвавшимся от поверхности этого шара и посмотревшим на него со стороны.
Биографии этих людей схожи во многих аспектах. Оба происходили из простого народа; оба стали знаменитыми благодаря своим личным способностям и упорству в достижении цели. Оба ушли из жизни преждевременно и ужасно…
«Он обладал в исключительной степени всеми качествами, необходимыми в его профессии и в великих предприятиях; наравне с этим он был наделён ценными и привлекательными человеческими чертами», - так отзывался о Джеймсе Куке сэр Хью Паллисер, начальник Главного финансового управления британского Королевского флота.
А вот что писала Т.Бутовская в очерке о Юрии Гагарине:
«В нём на редкость удачно сочетались все те качества, которые необходимы космонавту: физическая выносливость, живой ум, оптимизм, умение быстро сориентироваться в любой обстановке. И чувство юмора, кстати сказать, тоже оказалось нелишним. Короче говоря, он был почти идеален».
Похоже, правда?
Было, однако, у них более важное, глубинное сходство, проистекавшее из общности стремлений и одинакового понимания своей миссии. «Для Кука единственным вызовом было непознанное – и ничто другое», - категорически утверждал английский писатель Алистер Маклин. «Я, который имел честолюбие не только идти дальше, чем кто-либо до меня, но и столь далеко, сколько возможно для человека...» - говорил о себе сам капитан.
Ответ Ю.А.Гагарина на вопрос, что он чувствовал перед тем, как зайти в кабину космического корабля:
«Радость? Нет, это была не только радость. Гордость? Нет, это была не только гордость. Я испытал тогда большое счастье. Быть первым в космосе, вступить один на один в небывалый поединок с природой – можно ли мечтать о большем?»
Потребность в поиске, в содействии расширению области доступного и понятного человеку – вот что объединяет всех первопроходцев, где бы и в каком бы веке они ни жили. Английское слово frontier – «рубеж» - обозначало во времена заселения Северной Америки выходцами из Европы границу занятой белыми пришельцами территории. Позже оно приобрело иное значение – граница между привычным и диковинным, освоенным и неосвоенным, познанным и непознанным. Раздвижение «фронтиров» есть, как с полной определённостью показали реалии наступившего ХХI в, обязательное условие поступательного развития человечества и более того – самосохранения его как разумной формы жизни. Раньше такие границы проходили по большим водным пространствам. Во 2-й половине прошлого века они переместились в космос (правда, не все: в океанских глубинах загадок пока хватает…).
Потому-то и есть основания считать космонавтов последователями моряков эпохи Великих географических открытий, а Юрия Алексеевича Гагарина – духовным наследником того же капитана Кука (или, если хотите, Беллинсгаузена и Лазарева). Такова и была мысль, на которую натолкнули меня летом 2011-го новости из Лондона.
Возвращаясь к памятнику российскому и всепланетному герою, скажу, что ему не суждено было навсегда остаться на Молле возле Адмиралтейской Арки. Уже в день открытия монумента Британский совет объявил, что цинковый космонавт простоит там не более года – а затем его подарят одному из музеев страны.
Но музей, достойный такого экспоната, нужно было ещё поискать. Предложение «переселить» Гагарина в Манчестер Совет отверг, сочтя, что не без труда приобретённая скульптура должна находиться в столице. В конце концов, постоянное «место жительства» для памятника было определено - и опять-таки чрезвычайно удачно.
Через полтора года после установки в Лондоне монумент перевезли из центра в Гринвич, одно из городских предместий. Статую поставили на территории Королевской обсерватории, на названной в честь космонавта террасе, откуда открывается вид на линию Нулевого (начального) меридиана. Последний, как известно, принят за точку отсчета долготы и часовых поясов Земли, и проходит через вышепоименованную Обсерваторию. Она является важнейшим астрономическим учреждением страны, а название «Гринвич» давно и прочно ассоциируется с географическими исследованиями: в течение столетий от тамошней пристани отчаливали суда английских морских экспедиций. Существенно и то, что район хранит память о пребывании на Британских островах наших соотечественников: его посещал Пётр I, когда приезжал в Англию с визитом и для изучения европейских «премудростей». Памятник русскому царю-реформатору стоит в Депфорде, на берегу реки Темзы.
Обсерватория с расположенными поблизости Национальным морским музеем, «Домом королевы» ( Queen ’ s House ) с художественной галереей и парусником «Катти Сарк», о котором можно почитать на нашем канале и в моей книге (2), образуют комплекс «Королевские музеи Гринвича», признанный ЮНЕСКО объектом всемирного наследия.
Нельзя не сказать хотя бы несколько слов о Национальном морском музее (англ. National Maritime Museum), ибо он уникален по количеству и многообразию экспонатов. Его коллекции содержат более двух миллионов вещей и художественных произведений, имеющих отношение как к британской, так и к всемирной морской истории. Строго говоря, это даже не музей, а комбинация такового с научно-исследовательским центром, архивом и картинной галереей. А ведь учреждению не исполнилось ещё и ста лет! Его будущие экспонаты начал собирать в 1934 г меценат Джеймс Керд. По распоряжению Георга VI для хранения разросшихся коллекций выделили одно из зданий так называемого Гринвичского госпиталя – некогда Королевского приюта ветеранов флота, построенного в конце XVII в по проекту выдающегося архитектора Кристофера Рена ( Christopher Wren ). Официальное открытие музея состоялось в 1937 г.
Дорога к колоннам фасада центрального здания бывшего приюта проходит мимо массивных судовых якорей. В настоящее время к зданию примыкают 2 длинных застеклённых крыла. В залах музея выставлены модели судов (в том числе в большом масштабе), предметы флотского обихода (нередко – «свидетели» значительных исторических событий), работы британских и зарубежных художников-маринистов и многое другое. Среди наиболее интересных раритетов – мундир, который был на адмирале Нельсоне во время Трафальгарской битвы (1805 г), личные вещи флотоводца, документы и картины из экспозиции, посвящённой Нельсону, билеты на «Титаник», оружие матросов, офицеров и абордажных отрядов разных времён и народов – холодное (ножи, топоры, кортики, сабли) и огнестрельное (пистолеты, мушкеты, аркебузы и др.); артиллерийские орудия.
В модельной камере можно ознакомиться с внутренним устройством корабля в деталях, каждая из которых выполнена предельно реалистично. Ведь в эпохи, когда качество чертежей и схем было ещё невысоким, такие «разрезанные» объёмные имитации служили пособиями по техническому обслуживанию и ремонту судов. Имеются и действующие модели – например, машины колёсного парохода: через стекло, которым закрыт разрез двигателя, можно наблюдать работу его составных частей. Если посетители не хотят напрягать зрение, разглядывая сильно уменьшенные копии парусников, они могут оценить по достоинству 10-метровую корму старинного военного корабля.
Отдельная экспозиция посвящена маякам, их истории и конструкциям. Обращает на себя внимание оригинальная карта мира, на которой страны и континенты покрыты, усыпаны и уставлены образцами своих природных и рукотворных богатств, рассказы о которых возбуждали алчность европейских авантюристов и влекли их в эти земли. Южная Америка завалена золотыми монетами, на изображении Африки стоит блюдце с зёрнами кофе, азиатские страны почти не видны под тарелочками с различными пряностями… Те, кому захочется понюхать их или другие пахучие товары, могут выдвинуть один или несколько ящичков специального стенда: каждый такой ящичек содержит небольшую порцию какого-нибудь типичного корабельного груза.
О величине музейной коллекции судового оборудования (лотов, лагов, прожекторов…), оптических инструментов (биноклей, подзорных труб) и навигационных приборов (астролябий, хронометров…) нечего и говорить. Попадаются среди этого и настоящие морские реликвии: например, секстан, которым пользовался сам Джеймс Кук.
В художественной галерее демонстрируются, как я уже отмечал, полотна и рисунки маринистической тематики. Здесь вывешены и картины, забранные у Германии после её разгрома во 2-й мировой войне в качестве репараций. На этом основании современные СМИ время от времени «покусывают» Гринвичский музей: мол, присвоили чужое достояние, и довольны! Ну да, а развязал войну СССР, немцы же с их фюрером были «мягкими и пушистыми»... Слыхали мы это…
Специфические, чисто корабельные произведения искусства – гальюнные (носовые) фигуры парусников – также экспонируются в здешних стенах в большом количестве.
Техническое оснащение музея включает в себя компьютерный симулятор современного судна, дающий возможность всем желающим ненадолго перевоплотиться в штурманов, рулевых или капитанов. Детям предлагаются экскурсии с наряженным Нептуном гидом и катания на миниатюрных судёнышках по полу, имитирующему гигантскую карту.
И конечно, Национальный морской музей имеет огромную библиотеку справочных и научных книг (в том числе очень редких) и архив с бесценной исторической документацией.
А сейчас угадайте (если не знаете), чей монумент с 1994 г соседствует с главным музейным зданием? Правильно, капитана Кука! Легендарный космогатор («термин» братьев Стругацких) и в Гринвиче составил компанию легендарному навигатору. И ещё одна деталь: недалеко от морского музея располагается цифровой планетарий Харрисона.
7 марта 2013 г снова прилетевшая в Англию из Москвы Елена Юрьевна Гагарина представила публике у Обсерватории монумент отца, выразила благодарность жителям Соединённого Королевства за проявленную ими заинтересованность в увековечении на своей земле памяти о русском космонавте и высказала пожелание, чтобы скульптурный образ Юрия Алексеевича стал источником вдохновения для молодёжи.
«Я надеюсь, - добавила она, - что памятник моему отцу будет побуждать в людях только лучшие эмоции. Юрий Гагарин, космонавт и простой человек, всегда мечтал о небе, но там он мечтал о доме, и сегодня он обрел этот дом в Гринвиче».
В церемонии повторного открытия монумента участвовали, с нашей стороны, и российский посол в Лондоне Александр Яковенко, и заместитель главы «Роскосмоса» Виталий Давыдов. Председатель ассоциации «Королевские музеи Гринвича» лорд Стерлинг Плейстоу предложил поднять по случаю прибытия скульптуры в её новую «резиденцию» тост с рюмками, наполненными водкой! Он заявил, что факт установки этого памятника обязательно станет «свидетельством того, как Восток и Запад объединяются, и люди оттуда создают что-то совместно».
Очень хочется думать, что его светлость не ошибся.
__________________________________________________________________________________________
(1) – Для тех, кто не застал или забыл: «шутка» команды «весёлых и находчивых» не помню из какого города звучала так: «Советские налогоплательщики снова убедились, что их деньги не только улетают, но и возвращаются». Это был «тонкий» намёк на то, что, в отличие от «Союзов», издыхавших на обратном пути в первом и единственном рейсе на орбиту, «Буран» был кораблём многоразовым, подобным летающим в атмосфере аэропланам . Дебилы, сидя у телеэкранов, слушали такие перлы с большим удовольствием и «ржали» от души. Писатель-антифашист (после «перестройки» – почти наоборот) Василь Быков знал, что делал, когда, баллотируясь в Верховный Совет СССР, пообещал бороться за «сокращение расходов на военные и КОСМИЧЕСКИЕ программы». Ну что ж, «Буран» законсервировали, а космонавты страны, первой пославшей человека за пределы Земли, до сих пор летают сами и возят иностранцев на чужую орбитальную станцию в устаревших теперь уже не только морально одноразовых «челноках».
(2) – См. книгу "Катти Сарк — курс на будущее"
https://www.litres.ru/aleksey-borisovich-lavrov/katti-sark-kurs-na-buduschee/