Начало цикла рассказов "Кулёк" тут
Предыдущая часть
Со Светиком мы быстро нашли общий язык. Нам было необходимо срочно наладить кружковую работу. Она год проучилась в Рязани в Институте Культуры, пела в знаменитом Рязанском народном хоре. Потом вышла замуж, и, бросив учебу, уехала с мужем по распределению в наше Изюмово.
Народные песни Светик пела зачётно. Плюс яркая внешность и огромный темперамент. Зеленолазая брюнетка с аккуратным овальным лицом и сверкающим взором сражала зрителей наповал.
- У меня дед цыган, - любила приговаривать она по всякому подходящему поводу. И начинала заливисто смеяться.
Еще у Светика была потрясающая способность – уверенно врать по делу и просто так. Как-то раз, выбивая в районе деньги или транспорт и, получив маловразумительные отмазки от новоявленного коммерсанта, не спешившего оказывать спонсорскую помощь, она выдала нечто эпическое.
- Да как Вам не стыдно! – Светик нахмурила свои соболиные брови, - Заставляете унижаться женщин, которым по сорок лет!
Коммерсант растерянно заморгал, явно не понимая ситуацию. Перед ним стояли две «соплюхи» явно на вид не больше двадцати пяти. Так, кстати оно и было. Светик была меня старше всего на пару лет.
- Ну, хорошо, - забормотал солидный дяденька, как провинившийся школьник, - Перечислю я вам деньги.
- Светка! Ну, ты даёшь! – хохотала я, когда мы завернули за угол, - Ты, ври, конечно, сколько влезет, но как-то поправдоподобнее! Может быть, тебе с твоей норковой шапкой и можно с натягом дать сороковник, но мне – то! Вчерашней студентке в курточке!
- Нормалды! – смеялась Светка, - Зато деньги выбили! И потом, мне можно, у меня дед цыган!
А пока что, на второй день работы, мы сидели втроем в кабинете Василича и решали, какие кружки нам открыть.
- Я, как обычно, - сказала деловито Светик, - Фольклорный ансамбль возродим. Женщин позовем. Может, удастся и девчонок подтянуть новеньких.
- Я могу вести театральный и хореографию, - предложила я.
Васильич «включил» на своем лице начальника и, немного подумав, серьезно ответил:
- С театром погоди пока, а вот танцами точно придут заниматься. Надо написать объявление.
- Да вы что! – возмутилась я, - Погодите с объявлением! Мне же зал нужен, станок балетный, зеркала бы….
- Станок? – Василич смешно пошебуршал рукой у себя на голове, видимо проверяя не сбилась ли прическа. – Это ж труба такая, да?
- Ну, в общем, да. Труба.
- Пошли за мной! – скомандовал директор и выбежал из кабинета.
Мы со Светиком следом. Василич метался по небольшому фойе на втором этаже, застеленному линолеумом. По обеим сторонам вдоль стен выступали колонны, так же, как и стенки, обшитые деревом.
- Вот смотри, - радостно тараторил директор, - если мы тебе между ними трубу прибьем и вон по другой стенке тоже, подойдет?
- Подойдет, наверное, - размышляла я, примериваясь к расстоянию от выступающих колонн до стен. – А как трубы держаться то будут? Мне надо, чтобы прочно, чтобы можно было ноги закидывать, не боясь обрушения.
- Это уже моя забота, - Василич вновь проверил свою макушку и рванул обратно в кабинет.
Примерно через неделю деревянная лестница, ведущая на второй этаж в наш кабинет, грохотала от топота множества ног. Учиться танцам хотели больше сотни человек от пяти до пятнадцати лет. Брать нужно было всех желающих. Заниматься отбором способных и кому-то отказывать в деревне было нельзя. Меня бы на следующий день мамаши разорвали бы за такое в клочки.
Пришлось всех разбить на группы, примерно подходящие по возрасту, человек по пятнадцать, больше не вместил бы зал, составить плотное расписание и заниматься с каждой по полчаса по два раза в неделю с шести до девяти вечера.
И начался мой адский танцевальный марафон. Подборку музыки для разминки у станка и упражнений на середине, я сама записала кусочками на магнитофон. Благо дома была огромная коллекция классики на пластинках.
Приходилось все подробно показывать самой. К концу рабочего дня я, улитая потом и выдохшаяся полностью, была похожа на жалкую мокрую мышь. В соседнем кабинете Светик голосила со своими народницами.
Потеть и выкладываться у станка мало кому хотелось. Поняв, что это – тяжелый труд, желающие танцевать постепенно начали рассасываться. Часть старших девчонок, на радость Светлане, плавно перекатилась в фольклорный ансамбль, петь оказалось значительно проще.
Через месяц у меня осталось всего три или четыре группы. Наступила пора ставить танцы. Сделать это было не трудно. Но вот костюмы!!! Их в Доме Культуры оказалось, как говорится, кот наплакал.
В маленькой пыльной костюмерке нам удалось обнаружить кучу расшитых блестками синих сарафанов для народного хора и три красных косоворотки в таком же стиле. Этот комплект когда-то хозяйство прикупило для взрослого народного хора.
Размеры в основном были рассчитаны на ядрёных доярок весом килограммов по сто пятьдесят. И несколько на «ивушек», тех, что постройнее. Но даже они на нас со Светиком и девочках-подростках болтались, как мешки на швабрах.
К ним прилагались такие же гигантские блузки, огромные подъюбники из стоящей колом колючей капроновой сетки и куча огромных полушерстяных расписанных розочками платков, окаймленных суровой белой бахромой.
Мы вытащили все это в фойе, как говорится, на свет божий, и в дальнем углу обнаружили коробку, набитую какими-то мятыми тряпками, остатками старой елочной мишуры и прочим мусором.
Тряпки из голубенького ситчика в мелкие цветочки оказались детскими сарафанчиками в количестве шести штук.
- Для одного танца есть костюмы, - Светка отчаянно трясла эти платьица, похожие на ветошь для автомобилей, - Придумывай теперь танец!
Выбора у меня не было.
.............
Продолжение тут. Ваши лайки и комментарии помогают каналу развиваться.
Вы не пропустите новое, если подпишитесь на мой канал. До встречи!
Кого интересует, с чего все началось, читайте мои рассказы из цикла "Записки театрального ребенка" тут.
Для более серьезного и несерьезного чтива цикл рассказов "Обезьянообразные" тут.