— Только полная неудачница будет жить с таким, как ты!..
Он брёл по сырой Питерской улице, подставляя лицо под тихую вечернюю морось. Освежающе. Плечи и руки ныли от физической усталости, казалось, они растянулись, стали длиннее и теперь безвольно болтались вдоль тела, как у тряпичной куклы.
— Моему Серёже суждено работать только за столом! И жена у него будет - блондинка, ему беленькие нравятся.
Вспомнив слова матери, которые обязаны были стать пророческими, Сергей с чувством сплюнул. Такой роскоши, как стол, у него не было даже в том клоповнике, где он жил с другими гастарбайтерами, батрачащими с ним на стройке. В сырой съёмной квартире со свисающими кусками дореволюционных обоев и трещинами на стенах у него была только койка, а под койкой - сумка с вещами.
Из тумана, скупо окаймлённого порыжевшими листьями, на него вышла девушка под зонтом. Она шла, как по подиуму, с прямым, самовлюблённым взглядом. Её плащ разлетался до самого пояса, открывая юбку и стройные ноги, белые с золотом локоны подпрыгивали в такт шагам. Сергей отступил, давая ей дорогу.
Девушка оставила ему шлейф дорогих духов и какое-то склизкое, вязкое, ещё более укрепившееся ощущение собственной ничтожности. Недобрым взглядом исподлобья, взглядом злобной и всеми шуганной собаки, он посмотрел ей вслед.
— Да если бы меня хоть кто-нибудь из твоей деревни посвятил в то, до какой степени ты л0х, я бы тебя к себе и близко не подпустила!
Таково было признание его бывшей жены - натуральной блондинки Тани. Она была не первой девушкой, в которую влюбился Серёжа, но первой, ответившей взаимностью. Счастье длилось недолго - нашлись добрые люди и открыли Тане глаза.
— Деньги принёс? Без денег к Карине не пущу! Ребёнку надо каждый день покупать как минимум продукты, ты не знал? Ах, завтра! Ну, так завтра и приходи!
И всё-таки... Таня подарила ему целый год счастья. Мама без устали уверяла его и всех вокруг, что её Серёжа уникальный, чуткий, умнейший мальчик. До Таниных ушей не долетели эти хвалебные оды. Она вообще ничего не знала о Серёже, кроме того, что он сам ей наговорил. И она поверила ему. Поверила до такой степени, что Серёжа и впрямь стал думать о себе, как об очень даже удачной партии.
Закончив техникум в год их знакомства, он стал работать на заводе. И в дождь, и в снег, и в солнцепёк он вставал в 5 утра и шёл 4 километра пешком на работу, получал жалкие гроши и всё до копейки отдавал молодой жене. Сам он жил на вырученные мамой деньги с продажи молока.
— И это всё? Слишком мало! Ребёнку надо и то, и сё... Я не собираюсь Кариночке покупать, что подешевле!
— Тань, мне через полгода 3 разряд присвоят, будет получше...
— Да тебя просто держат там... Я б сказала за кого! - и пробубнила себе под нос, отвернувшись, - неудачник...
Туман путался в верхушках полулысых деревьев и сгущался над Невой. Он взглянул на своё отражение в витрине. На исхудалом лице с впалыми щеками видны одни глаза - несчастные, пугливые, с голодным блеском. Этот голод - не жажда пищи, а острая нехватка эмоциональной теплоты. Да, как изголодавшийся до выступающих рёбер зверь жаждет горячей, живительной крови, так и он нуждался в добрых словах, в поддержке, в близости, в ценности для кого-то...
В кармане завибрировал телефон - мама звонит по скайпу. Она единственная, кому он нужен, кто любит его и всегда поддержит. Но, всё-таки, это не то.
— Привет, мам, - произнёс он деланно бодрым голосом.
— Ну, как ты там, сынок?
— Всё нормально. Вот, с работы иду...
— Что-то ты поздно сегодня.
— Решил прогуляться.
— Покушать есть что? Ты там хоть готовишь себе?
— Готовлю, да. Мы по очереди с пацанами готовим.
Он давно не готовил ничего сложнее чая, перебиваясь чем попало.
— Серёж, помнишь, Танька в суд подавала за то, что мало алиментов платим? Там такой долг получился с процентами, я не знаю, что делать... Сейчас я тебе зачитаю, подожди...
Сергей напряжённо выслушал мать. Чтобы выплатить такую сумму, ему придётся год высылать всю зарплату бывшей жене. В этом месяце начальник выдал ему треть от того, что обещал, сказав: "Плохо работаете!"
—... В общем, надо выслать ей, Серёж, хотя бы то, что за месяц положено. Сам долг буду я потихоньку гасить, а ты...
Он перестал её слушать. Он вдруг понял, что давно замёрз и слегка дрожит. Зачем такое ничтожество миру? Машины пролетали мимо, рассеивая фарами туман и освещая противную морось в воздухе. Раствориться в этой влаге. Стать частью земли. Одна яркая вспышка - и конец. Он не понимает правил игры. Вечный луzер жизненных поединков. Сколько можно биться о стены в надежде найти дверь? Для него нет дверей! Нет ключей!
Ледяной рукой Сергей вернул телефон в карман и, перешагнув высокий бордюр, вышел на проезжую часть.
Продолжение: Дождаться рассвета
Прошу поставить лайк, если вам понравилась моя история.