В укромном уголке у закрытой двери с высоким парапетом, словно стойкой в баре, стояли три субъекта с Котом Учёным и тремя коньячными напёрстками.
- Клуб «Лукоморский дуб» объявляется открытым, - объявил тот, который был пониже ростом, и замурлыкал первый тост от создателя Лукоморья, свет Александра Сергеевича нашего:
Весёлый вечер жизни нашей
Запомним, верные друзья,
И чтоб в напёрстках наших
Всегда шипела хладная струя!
- Да... а Толстой-американец был ещё тот проходимец и авантюрист, но Александра Сергеевича женил-таки на Натали. И спас его как-то от дуэли, заявился к нему утром и объявил: не извольте беспокоиться, я вызвал вашего обидчика на дуэль и уже убил.
- Каково? - замурлыкали его спутники и затребовали продолжения Лукоморских сказок.
- Прошу помянуть донжуанский список Александра нашего Сергеевича, - промурлыкал другой, - он не был святой. Он любил, и возлюбленные им любили его, и всё ему прощали, и никаких сцен и скандалов, заметим. И как просто сказал, именно для нас здесь собравшихся,— он обвёл взглядом спутников - об этом чувстве Саша наш любимый:
О нет, мне жизнь не надоела,
Я жить люблю, я жить хочу,
Душа не вовсе охладела,
Утратя молодость свою.
- Велик и весел был, - промяучил третий, - и нам то завещал, читая стих его, себя я узнавал. Мяу, я всё сказал!- и свой напёрсток поднимал:
Великим быть уж не желаю,
Хотя мечтать ещё люблю,
Уж многого не обещаю,
Но что-нибудь ещё спою...
И пошли они, весёлые, Пушкиным гонимые, по своим углам, смотреть сны Учёного Кота.
Идёт нетрезвый гражданин,
Серёгин или Пушкин,
Куда-то Бог его ведёт,
И где-то он уснёт...
Без приключений жизнь пуста,
Он это чувствует душой,
Вино — лекарство для души,
И отступает пустота!..
Виктор Каменев
16.04.2021