Это будет уже четвертая квартира, которая мне обещана, и я не очень надеюсь, что мне удастся в неё заселиться, как и в прежние три.
Ранее: Как Альберт с дочерью встретился.
Я даже не помню, как получилось так, что Толик все-таки оставил меня. Знаю, что это было не сразу после развода с Виктором. Осталось в памяти, как Толик стоит под моей верандой и кричит на весь Микрорайон, что он хочет меня и только меня. А мне неудобно за него и перед соседями. Потом он стучится в дверь, а я не открываю ему, говорю, чтобы уходил.
Если бы не это, то у меня всё было бы хорошо. Я блаженствую в ожидании переезда в новую квартиру. Я уже давно подала заявление на расширение, но всегда обещанная мне квартира уходит другим. Это будет уже четвертая квартира, которая мне обещана, и я не очень надеюсь, что мне удастся в неё заселиться, как и в прежние три.
Первая четырехкомнатная квартира, которая была предназначена мне, была отдана семье главного архитектора, когда была ведена эта должность и нам прислали архитектора. Семья у него большая, вернее у его родителей.
Вторую трехкомнатную отдали начальнику Гордренажа, когда организовали у нас эту организацию, а третью – новому водителю председателя Горисполкома, который к тому же оказался и его дальним родственником и только собирался жениться. Председатель, даже не соизволил спросить у меня моего согласия. В первых двух случаях я добровольно уступила свою очередь, а в третьем случае узнала только при выдаче ордеров, когда семья водителя уже заселилась в эту квартиру. Конечно было неприятно.
Те квартиры приходили в исполком в счет выделяемых десяти процентов Горисполкому от строительных организаций, а вот в этот раз Горисполком заселял свой дом, строительство которого было осуществлено Управлением капитального строительства Каракалпакии по ходатайству прежнего председателя исполкома, куда были приложены и мои усилия. Но чем ближе был срок сдачи дома в эксплуатацию, тем больше было желающих урвать незаконно хоть одну квартиру. А так рвачей набиралось достаточно.
Шли звонки с различных вышестоящих организаций, чтобы при распределении имели ввиду того или иного будущего обладателя квартиры в нашем доме без каких-либо оснований на это. А у нас была своя очередь, очередники тоже ждали свои квартиры и документы у них были для этого основательные. Мы с начальницей решили спартизанить, а потом что будет, то будет.
Втихую заранее выписали ордера своим очередникам, несколько дней с документами и ордерами не выходили на работу, а одним вечером предупредили всех очередников прийти к дому в шесть утра, сами тоже вышли к дому к этому времени уже с ордерами и тут же на месте все и выдали. Ордера и ключи. Мне тоже. К восьми часам утра дом уже был почти заселен, а в девять мы были на рабочем месте.
В тот же день такое началось! К нам приехали самые что ни на есть высокие чины с Нукуса, с Ходжейли. Нам такую выволочку устроили, но с работы не погнали, хоть мы и были уже готовы распрощаться с нею.
Еще неделю, наверное, не верили, что всё обошлось. Председатель был зол на нас, подвели его очень перед начальством. Но мы радовались, что люди не обманулись в своих ожиданиях. Раньше председатель уже получил от меня сюрприз, и я ждала более суровой его реакции.
У нас жила одна многодетная семья казахов, где шестеро детей, отец семейства болен туберкулёзом, а живут они в квартире размером в четырнадцать квадратных метров. Она давно подала заявление на расширение жилплощади, надеялась, что стоит в очереди, но до меня все заявления фактически уничтожались и я об этом узнала случайно.
Однажды просто села передо мной в приемной и стала рассказывать про себя и как ей живётся с детьми и больным мужем, как она ежедневно стелет всем постель на полу до самого порога, сама ложится под дверь с маленьким ребенком, другого места просто нет. Я решила, что во что бы ни стало помогу ей с жильем.
Как раз освободился финский домик, и я к председателю с предложением предоставить его этой семье, но он отдал ей какому-то чиновнику, который не особенно и нуждался в жилье. У этой женщины уже были собраны все необходимые документы для расширения жилплощади. Предложила ей написать заявление нашему депутату в Москву, она сама не могла написать заявление, я ей его и написала, она переписала его и подписалась.
В это время председатель для себя отделывал трехкомнатную квартиру в поселке ГРЭС, такой дорогой ремонт там сделал, а тут приходит письмо от депутата, который настоятельно просит решить квартирный вопрос для этой женщины в месячный срок. Председатель вызвал меня и спрашивает, не я ли здесь постаралась. Не отпиралась, просто сказала, что раз он не хотел им помочь, то кто-то же должен был это сделать.
Пришлось ему квартиру, что он готовил для себя, отдать этой семье, уж как она счастлива была, просто не передать. Дважды приходила ко мне домой после этого, чтобы поблагодарить. У меня всегда двери для людей открыты были. С собой она приносила для стола огурцы и помидоры на салат, но потом я запретила ей что-либо вообще приносить, а приходить всегда пожалуйста, ей и так тяжело жилось.
В новую квартиру перебиралась тяжело, вещи переносила сама с детьми, старалась ни к кому не обращаться за помощью. Когда готовились к переселению, то разбирали вещи с антресолей. Так нам на глаза попалась коробка с новогодними костюмами детей. У Ланы в руках оказалась корона снежинки, которую она надела на голову, а та сползла ей на плечики, а затем поползла вниз и задержалась на её бедрах.
Лана совершенно голая, худенькая и смуглая, на голове кудряшки. Большая центральная снежинка оказывается на её попке, а две висящие по бокам этой снежинки спускаются по её ножкам. И тут она нам выдает просто феерический африканский танец. Согнувшись и работая локтями она мелкими шагами двигается вперед, потом назад, вбок и так минут пять, а мы, раскрыв рот, наблюдаем этот танец.
Понимаем, конечно, что этот танец вызван только её желанием избавиться от этой короны, но это было так красиво и так завораживающе, что мы были просто потрясены увиденным и эта картинка долго стояла перед нашими глазами и мы потом часто её вспоминали,
Меня уговорили поменяться квартирами, мне досталась квартира на первом этаже, а работнице завода на третьем этаже. Она своевременно не предоставила соответствующих документов в свою администрацию и при распределении не был учтен факт наличия в семье парализованного человека.
Никто из получивших квартиры на первом этаже не согласился меняться квартирами с этой семьей, пришлось это сделать мне. Теперь я носила свои вещи на третий этаж. Дома были недалеко друг от друга, прямо на въезде в Микрорайон возле семейного общежития.
Моя прежняя соседка с первого этажа просила помочь ей заселиться в мою прежнюю квартиру, тоже в порядке обмена жилого фонда исполкома на ведомственное. И здесь помогла. А чтобы я быстрее освободила квартиру, то более громоздкие вещи перевез глава этой семьи со своими друзьями.
Моя трехкомнатная квартира была новой планировки, как говорили дом семьдесят седьмой серии, все комнаты изолированные, более просторная кухня, более просторная веранда, большая прихожая. Особенно меня радовало то, что квартиру я получила уже после развода, в ордер на которую вписаны только я и мои дети. А утром с веранды можно было наблюдать красивейший рассвет.
Далее: Мой новый дом.
.К сведению: Это одно из моих воспоминаний на моем канале "Азиатка" , начиная со статьи " История знакомства моих родителей ". За ними следуют продолжения о моей жизни и жизни моей семьи. Не обещаю, что понравится, но писала о том, что было на самом деле.