Наконец, закроем эту серию рассказов о русских людях в Италии практически нашим современником, Иосифом Александровичем Бродским. Его любовь к холоду, к воде откликалась в его стихах и произведениях, в его ежегодном рождественском путешествии к Венеции, где он в тумане бродил по узкому лабиринту города. Философ Глеб Смирнов рассказывал о своей с ним встрече, как писатель разглядывал в венецианском переулке шляпы, и никто не мог бы догадаться, что это стоит сам Бродский. Сталкиваясь с русскими туристами на улице, он внезапно переходил на английский или замолкал (как все мы иногда делаем), а также он был влюблён в венецианку и посвятил ей своё эссе "Набережная неисцелимых". Венеция – очень маленький город (если не считать острова вокруг), куда ни пойдёшь, обязательно окажешься там, где был и Бродский, и Дягилев, и кто угодно другой. Венеция для поэта была вторым домом, после изгнания ставшая заменой родному Петербургу. Зима, вода, палаццо вокруг: "Красота при низких температурах – насто