Эту историю придумал писатель Алексей Голубев. История - продолжение цикла приключений Валерия и его встреч со Смертью. Немного изменено мной.
История первая здесь.
История вторая здесь.
- Вот, смотрите, Валерий. Это рентген ваших позвонков. Еще старые травмы.
Доктор ткнул пальцем в три места на снимке. Его палец опустился ниже.
- А вот это уже последствие ранения. Не везет вам с областью шеи.
Валерий поднял глаза, иронично поглядев на молодого врача.
- Вы ничего не знаете о везении, доктор. Да я в рубашке родился, два раза.
Врач растеряно посмотрел на снимок, словно переосмыслил то, что видит.
- Можно и так сказать. Но вы должны понять, что характер травм, полученных в молодости, предполагает некоторые ухудшения с возрастом.
- С возрастом все у всех ухудшается, доктор. Не мне вам рассказывать.
- Да, но я просто хотел указать на основную проблему. Дело в том, что почти все позвонки шейного отдела сильно повреждены. Последствия ранения, операций, естественного износа. Сделать операцию возможно, но вы просто не дождетесь своей очереди. Конечно, есть вариант проведения платной операции. Но, вы тоже должны понимать, что это не гарантия полного успеха.
Валерий понимал.
- Спасибо, доктор. Сколько мне осталось без операции?
- Недели три, максимум месяц. Сейчас сосуды и нервные окончания частично передавлены. Скоро они будут передавлены настолько, что в мозг перестанет поступать кровь. Но сначала будет паралич. Чем больше двигаетесь, тем хуже.
- Спасибо еще раз.
Опершись на трость, он направился к выходу из кабинета. Доктор несколько секунд смотрел ему вслед, затем встал со стула. Ему было очень неудобно, хотя его вины в данной ситуации уж точно не было.
- Подождите! Если вы передумаете, позвоните. Можно попробовать попросить дотацию, как ветерану боевых действий. Поймите, если бы от меня что-то зависело… Простите меня.
Валерий понимал и это.
- Я подумаю. Спасибо.
***
Выйдя из больницы, он не спеша направился к скверу. Спешить уже было некуда. Хотелось просто посидеть и подышать свежим воздухом. На улице царило июльское пекло, и сквер был почти пустым. Иногда мимо ковыляющего старика с тростью проносились два мальчика на самокатах. Они успевали сделать круг возле фонтана, бьющего в центре сквера, пока старик едва проходил пять метров. Детишки весело смеялись. Их мамы сидели на скамейке с противоположной стороны сквера, болтая о своем, женском.
Ноги начинали подводить все чаще. Еще неделя, другая, и он не сможет встать с кровати без посторонней помощи. Так что, пока все относительно неплохо.
С заметным трудом присев на свободную лавочку, Валерий уставился вдаль.
Мимо снова пронеслись детские самокаты. Снова раздался детский смех.
Валерий улыбнулся. Дети это будущее. Жаль, он так и не успеет увидеть внучку. И будущего он не увидит. Дочери до родов остался месяц. Слишком долго.
Ровно год назад Валерий еще мог танцевать на свадьбе дочери. Тогда он еще не был старой развалиной.
Теперь, спустя всего лишь год, он сильно сдал. Да и морально тоже. Мужчине так не полагается, особенно военному, кадровому офицеру. Особенно теперь, когда он знал примерный срок своей жизни, и каждый день был на счету. Нужно было собраться и решать дела насущные. Жене ничего говорить не хотелось, пусть думает, что всё в порядке. Она сейчас гостит у дочери.
Завещание написать. Хлам выкинуть с лоджии, слишком много скопилось. Раньше он думал, что-нибудь может пригодиться, а теперь уже не важно. Старую мебель тоже можно выкинуть, все равно почти вся разваливается. Кровать, журнальный столик и стул оставить. Ну, и книги, конечно. Проще ремонт потом делать. Хотя, чтобы выкинуть хлам, силы нужны. А их не было.
Во всем можно увидеть плюсы, если захотеть. И еще, ни слова дочке. Сейчас ей нельзя волноваться. Жена тоже ничего ей не скажет, он был уверен.
***
- Нет, доченька, приехать не смогу. Понимаю, что вы хотите меня видеть, но очень занят. Нет, все нормально. Говорю же, нормально я себя чувствую. Хорошо, если получится, приеду. Мужу и маме привет!
Валерий сбросил вызов и потянулся за таблеткой обезболивающего и стаканом воды. Руки тряслись и немного онемели. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы удержать стакан. Это что, приходилось прикладывать усилия даже для того, чтобы изображать нормальный голос в разговоре с дочерью.
С тех пор, как он узнал свой диагноз, прошло две недели. Он все еще был жив.
Вернулась жена, и, увидев его в таком состоянии, запричитала, чтобы Валерий срочно ложился в больницу.
Голова болела практически постоянно. Обезболивающие помогали ненадолго, и пить их приходилось каждый час. Но даже с ними он не мог заснуть. Раньше при бессоннице он просто не ложился спать и садился читать. Мог читать до самого утра. А сейчас читать было трудно. Буквы плыли перед глазами. Зрение могло просто пропасть на несколько минут. Но и без чтения, зрение стало частенько пропадать. Это означало, что он входил в ту стадию болезни, которой боялся больше всего.
Захотелось пойти на прогулку. Похоже, последнюю прогулку.
***
Было раннее утро, и сквер пустовал. Фонтан сегодня не работал, возможно, его готовили к ремонту. На востоке скоро должно подняться солнце. Жаль, что дома закрывали полный обзор. На голубом, еще не совсем просветлевшем небе, ни облачка. День обещал быть хорошим. Как говорили самураи, прекрасный день, чтобы умереть.
Откинувшись на спинку лавочки, Валерий закрыл глаза и положил трость себе на колени. Сел с краю. Чтобы люди, которые могли подсесть к нему позже, оказались только с одной стороны. Меньше стрессовых ситуаций на случай самого плохого.
Валерий почти всегда думал о людях. Да, когда гонял на мотоцикле в семнадцать лет, он не сильно думал о людях. Он вообще тогда не думал ни о чем.
Но, тогда, в городе Грозный, в новогоднюю ночь на 1995 год, он не думал ни о чем, кроме как о людях. Там, где оставалась его огневая точка, все еще были раненые бойцы. Их должен был забрать транспорт. Нужно было держаться. И он держался, пока не кончились патроны к пулемету.
Когда пулемет затих, противник понял все правильно. Граната разорвалась совсем недалеко. Вспышка боли и потом тишина и тьма.
Так он рассказывал сослуживцам, когда вышел из госпиталя.
Он ничего не рассказал про Cмepть. Cмepть в виде женщины без лица. Женщины, у которой вместо головы был голый пустой чepeп, в глазницах которого горел красный огонь. Он уже видел ее, будучи совсем сопляком. Его мотоцикл тогда летел навстречу грузовику.
Тогда его долго откачивали. Смогли. Молодой организм.
А когда его затаскивали в грузовик как груз 300, в ту новогоднюю ночь, Cмepть снова предстала перед ним. И снова удалось ускользнуть. У него был приказ. Даже Cмepть уважала тех, кто умирает за жизнь других.
Cмepть говорила с ним. Она рассказывала о себе. Вспомнить бы, что именно.
Слава Богу, Валерий относительно легко добрался до сквера. Голова почти не болела. Таблетка была последняя. Как пуля в пистолете.
Что будет дальше, он не мог знать. Знал только то, что развязка близка. Его глаза широко раскрылись, словно получив команду извне.
Как никогда, он молил Бога о скорой смерти. Чтобы первые, кто найдет его тело, были не детишки с самокатами. Никогда раньше он не молился Богу так искренне.
И, похоже, его услышали.
Небо заволокло тучами. Серыми, почти черными. В реальной жизни такого просто не могло быть солнечным летним утром в центральной полосе России.
Пошел дождь, моросящий, осенний. Стало холодно, зябко. Сейчас бы погреться у костра. Как тогда, давно, в горах.
Так давно, Валера.
Возможно, скоро твои старые кости прогреют как никогда. Ты же убивал людей. Твои пули останавливали сердца. Твои мины калечили врага. По твоим наводкам били реактивные системы залпового огня.
Господи, дай мне легко yмepeть. Давай, старуха с косой, тащи меня на Страшный Суд. Я готов.
Тем временем, пошел снег. Стало холодно. Очень холодно. Даже вода в фонтане замерзла. А он слышал шаги слева от себя, но не мог обернуться. Тело сковал холод.
На скамейку рядом кто-то присел. Валерий нашел в себе силы повернуть голову.
Рядом сидела она. Как всегда, в балахоне, с косой. Такая же, как тогда. Голый череп с горящими красными глазами торчал из-под капюшона.
Валерий улыбнулся, искренне.
- Я могу выкypить cигapeту? Последнее желание приговоренного к cмepти, насколько я знаю, должно быть выполнено?
Cмepть кивнула, не отводя взгляда от внезапно замерзшего фонтана.
- Kypи. Если нет cигapeт, то дам. Любые. А может, сигapы? У меня это часто просят, успела подготовиться, учитывая все вкусы.
- Давай, а то я ведь давно бросил. А теперь вот, захотелось вспомнить былое.
Череп под капюшоном повернулся к Валерию. Смерть протянула ему костлявой рукой cигapeтy.
Они зaкypили от огонька, возникшего от указательного пальца Смерти. Валерий закашлялся, голова пошла кругом.
Некоторое время молчали. Будь рядом фотографы, могли бы снять уникальный снимок. Человек и Смерть, задумавшись, кypят рядом.
Смерть бросила окурок на тротуар и посмотрела в глаза Валерию.
- Готов?
- Да. И еще. Спасибо за дочь. Это то, что я оставил после себя. Спасибо, что дала отсрочку. Клянусь, больше просить не буду.
Валерий не стал свинячить. Его oкypoк отправился в урну.
Смерть улыбнулась. Температура воздуха резко снизилась. Воздух стал сухой, плотный, как снег. Он начал задыхаться в нем, как в вакууме. Взметнувшиеся руки пытались схватить Cмepть за горло. Тело yмиpaлo, но мышцы выполняли боевую задачу, по привычке. Cмepть это противник. Противника уничтожают.
Смех в голове. Он снова чувствует телом каждую кочку, каждую ветку. Его тащат по лесу, сломленного, побежденного. Mepтвoгo. Перед глазами только деревья, ветки, сугробы. Все прыгает перед глазами.
Звонок. Неужели в голове? Нет, в телефоне.
Собраться бы с силами.
Он протягивает руку к карману и вынимает телефон. Интересно, кто может ему звонить в такую рань, когда порядочные люди спят, а непорядочных людей тащит на Страшный Суд сама Cмepть?
Руки замерзли, каждое движение было пыткой.
Звонок от жены. Найти бы силы ответить. Чертовы смартфоны. На старых телефонах все проще.
Он находит в себе силы ответить.
- Привет, дорогая!
- Валера, у нас внучка! - послышался радостный голос жены, - Ты где? Давай быстрее домой!
Голова падает с очередного сугроба. Может, ему показалось?
- Где тебя носит? - взволнованно спросила жена.
В глазах снова потемнело. Он снова терял сознание. В последнюю неделю часто.
Валерий ликовал. Теперь у него были козыри.
Он смеялся. Лицо покрывалось ледяной корочкой, тело остывало, но он все еще мог смеяться.
- Знаешь, Cмepть, в чем твоя главная ошибка? Знаешь, в чем твой проигрыш? Ты проигрываешь жизни, как и сейчас!
Cмepть не отвечала. Упертая, она тащила его вперед. Но, ее скорость снижалась. Даже она уставала. Очень много работы сказывалась на ее самочувствии.
- Вы все дохли. Во все времена. Причем, сами друг друга убивали. Так что, закрой рот и будь готов предстать перед Страшным Судом. Тебе есть, за что ответить.
- Плевать. Cмepть, у меня внучка родилась! Ты сама посмотри, фотка пришла!
Бросив тело Валерия, Смерть устало вздохнула и протянула костлявую руку к смартфону.
- Ладно, давай посмотрю. Только быстро, мы и так опаздываем.
Валерий счастливо улыбался, лежа лицом к зимнему небу и раскинув руки по снегу. Да, он успел увидеть внучку, хоть и на экране. Жаль, что он уже не успеет понянчиться с ней, взять ее на руки, посмотреть, как она растет, как идет в первый класс. Очень жаль.
Смерть бросила смартфон ему на грудь, отвернувшись. Молчала. Казалось, она так стояла очень долго. Затем она решительно подняла замерзшее тело Валерия одной рукой за воротник, а второй перехватив косу поближе к лезвию. Он видел, как лезвие заходит ему за шею. И видел красный огонь в черных глазницах.
- Не благодари.
Все случилось молниеносно. Коротким рывком Cмepть дернула лезвие на себя. Валерий не успел даже удивиться.
Его больше никто не держал. Старуха с косой просто растворилась в воздухе, быстрее, чем его тело упало на ледяную землю. Свет в глазах померк.
***
- Дядя, что с вами?
Валерий открыл глаза. Руки машинально ощупали горло.
Странно, но он хорошо помнил, как лезвие косы обезглавило его. И он был в зимнем лесу, в когтистых лапах Смерти. Готовился предстать перед Страшным Судом.
Валерий поднялся с лавочки, на которой лежал, и растеряно огляделся. Обычный жаркий летний день. Голубое небо с солнцем в зените, сквер с его клумбами и даже работающий фонтан. Все, как обычно.
На Валерия с испугом смотрели два мальчика, придерживая свои самокаты. Те самые ребята, которых он видел две недели назад. Похоже, они частенько здесь гуляли.
- Все хорошо, ребята. Я, наверное, просто уснул.
Проводив взглядом удаляющиеся самокаты, Валерий ощупал карманы. Телефон на месте. Нужно срочно посмотреть журнал вызовов. Может, он правда уснул и все ему приснилось?
Но нет, вот звонок от дочери. А вот и фотография внучки. Дата отправки сегодня, ранним утром. Как раз, когда он был…
Подняв упавшую с земли трость, он увидел на тротуаре oкypoк.
Голова не болела, хотя находилась на плечах. Ноги уверенно несли его в сторону больницы. Трость больше не была ему нужна.
***
- Я ничего не могу понять.
Врач недоуменно смотрел на рентгеновский снимок. Похоже, он сталкивался с таким первый раз. Валерий мог его понять. Доктор был молод, а вот он в своей жизни еще и не то умудрился увидеть.
- Что там, доктор?
- У вас больше нет проблем с шейными позвонками. Такое впечатление, что вам все-таки делали хирургическое вмешательство. Причем очень качественное.
Валерий захохотал, вытирая слезы на глазах. Он прямо видел, как ему делают это вмешательство, да еще и без наркоза.
Доктор удивленно вскинул брови.
- Нет, я серьезно, позвонки как новые. Не могли же мы ошибиться? Давайте, я дам вам направление на дополнительное обследование.
- Не надо, доктор. Все хорошо, правда. Мне можно идти?
Врач продолжал разглядывать снимок. Пришлось окликнуть его еще раз. Только тогда он растеряно поднял глаза.
- Да, конечно. Но вы обязательно приходите, если будут проблемы. Просто так, на ровном месте, болезни не исчезают. Вдруг, мы упустили нечто важное?
- Спасибо, доктор.
С приподнятым настроением Валерий направился домой. Единственное, что его огорчало, это невозможность поблагодарить Cмepть еще раз. Чувствовал вину за это. Хотел бы сказать ей искреннее человеческое спасибо. Хотя она и не просила.
Но ничего, рано или поздно, еще представится случай увидеться.
Войдя в подъезд, он через ступеньку забежал на свой пятый этаж, держа наготове связку ключей. Насвистывая под нос песенку, он принялся открывать замок. Но тут, прямо сзади, его окликнули. Знакомый голос.
Валерий узнал этот голос.
На секунду ему показалось, что температура в подъезде упала до отрицательного значения. В животе появился липкий тяжелый комок. Так он и стоял, сжав ключ до боли в пальцах и не в силах обернуться.
Почему? Почему ему на этот раз дали так мало времени?
Видимо, Тот, кто посылал за ним Cмepть, знал лучше. Ведь Cмepть в мириадах миров ничего не решала. Она была курьером, не больше. Все решал Тот, кто был Главным.
Валерий сжал зубы и повернулся. Да, перед ним стояла немолодая женщина в черном балахоне. Но вот что странно, у женщины было лицо, а не голый череп. Печальное, морщинистое лицо с голубыми глазами, в бездне которых скрывалась неведанная мистическая глубина.
Даже сейчас, в относительно преклонном возрасте, женщина была очень красива. И еще, у нее не было косы.
Открыв рот от удивления, Валерий разглядывал женщину. Он мало что понимал. И не нашел ничего умнее, как задать обычный в этой ситуации вопрос.
- Ты? Но это же ты, Cмepть?
Женщина кивнула.
- Бывшая Cмepть. Меня уволили. Посчитали, что я не соответствую служебному положению.
Валерий не верил своим ушам.
- Это потому, что ты меня пожалела в очередной раз?
- Не только тебя. Просто, иногда на такое приходится смотреть, что самой жить не хочется. А нужно, работа такая.
- Так что, получается, Cмepти больше нет?
- Как бы не так. Это незаменимых нет.
- Значит, на работу взяли другую?
- Конечно.
Валерий опустил глаза. Некоторое время они молчали. Но дальше так не могло продолжаться. Тем более, он так и не поблагодарил голубоглазую женщину за свое очередное спасение.
Валерий улыбнулся. Он увидел ответную улыбку.
- И куда ты теперь?
Cмepть пожала плечами.
- У меня есть потомки. Пойду к ним, поселюсь поблизости. А ты? Что будешь делать?
Валерий усмехнулся:
- Нянчить внучку.
Дверь захлопнулась, из кухни выглянула жена:
- Кто это был?
Валерий усмехнулся, махнув рукой:
- Адресом ошиблись! Я был у врача, я здоров!
Жена улыбнулась, подошла у Валерию и крепко прижалась к его груди.