Часть 1
- Мне кажется, что мы что-то забыли. Я так волнуюсь. – Мама сжала пальцами виски.
- Да не волнуйся, всё хорошо. Ой, приехали! – Люська бросилась к окну, увидев въезжавший во двор серебристый автомобиль.
Она выбежала на крыльцо и натолкнулась на взгляд красавца. В голубой рубашке с закатанными до локтей рукавами, в тёмно-синих джинсах, с упавшей прядью тёмных волос на лоб и глазами цвета неба, он стоял, облокотившись на открытую дверцу машины.
Люська задохнулась от непонятного волнения, охватившего её. Красавец улыбнулся слегка насмешливо. Сердце Люськи вдруг забилось часто-часто, а в животе вспыхнул пожар.
- Люська, хватит пялиться на чужого жениха! Рот закрой! – крикнула, смеясь, старшая сестра Наташа.
Девушка смутилась, развернулась убежать назад в дом и чуть не сбила с ног маму, которая спешила встретить старшую дочь и познакомиться с её женихом.
– Ты ей понравился. Вон как засмущалась. – Услышала она весёлый голос сестры за спиной.
После ужина они допоздна обсуждали предстоящую свадьбу. Узкая старая улочка маленького городка, затерявшегося среди лесов и полей средней полосы России, давно погрузилась в сонную темноту. Только окна их дома ярко горели в ночи.
- Всё, завтра договорим. Пора спать, засиделись мы. Вам, наверное, удобнее будет в сенях спать? Ночи тёплые, в доме жарко, да ещё печь натопила, готовила. – Мама подала Наташе стопку чистого постельного белья.
Люська долго лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к приглушённому смеху старшей сестры за стеной. Мама тоже ворочалась и вздыхала долго. Только перед самым рассветом дом, наконец, затих, погрузившись в сон.
Свадьбу играли в начале августа. После росписи, процессия из трёх машин каталась по городу. Люська ехала в последней с мамой и ещё двумя подружками Наташи, наперебой рассказывающими, как Наташе повезло с мужем. К кафе, где играли свадьбу, подъехали, когда солнце спряталось за крышами домов, и наступила долгожданная прохлада. Лето стояло жаркое и сухое.
За столом Люська старалась не встречаться с насмешливым взглядом Сергея и откровенно счастливыми глазами старшей сестры. Ей хотелось плакать от несправедливости. Ну почему она младшая?! Больше всего ей хотелось оказаться на месте Наташи в белом пушистом платье, с заколотой в красиво уложенных волосах фатой. Чтобы Сергей держал руки на её тонкой талии, целуя под крики «Горько!» Наташа самая лучшая сестра на свете, она её очень любит, и всё же…
На следующий день они вчетвером возвращались в их маленький городок в двух часах езды от крупного областного города. Люська сидела на заднем сиденье с мамой и смотрела то на затылок Сергея, то на профиль улыбающейся сестры. Мама что-то говорила, Наташа поворачивал голову, и отвечала, глядя на Сергея за рулём. Люська не слушала, блуждая в своих мыслях. Когда мама обращалась к ней, отвечал невпопад. От маминых, всё понимающих и осуждающих глаз, отворачивалась к окну.
Целую неделю она жила под одной крышей с Сергеем. Сдерживала крик и стук сердца, который, казалось, бил набатом на весь дом, когда натыкалась на молодых, целующихся в укромных уголках дома.
- Она так смотрит, что мне неловко. – Услышала Люська однажды голос Сергея, когда мать послала её в магазин.
Люська замерла перед дверью.
- Ты не можешь не нравиться. Я не влюбилась бы в тебя, если бы ты не был красивым, и умным, и… - Люська услышала звук поцелуя. - Она не помнит отца. Пропал, когда ей было 2 года. Ей шестнадцать. Она не привыкла к наличию в доме взрослого мужчины, причём такого, как ты, поэтому так реагирует. - Продолжила Наташа через мгновение.
- Ты что застыла? – Люська вздрогнула от голоса мамы за спиной.
Она распахнула дверь и, не глядя на сестру с мужем на крыльце, гордо подняла голову и прошла мимо.
Люська старалась не вздрагивать, когда сталкивалась случайно с Сергеем, особенно, когда рядом не было мамы и Наташи. «Был бы на его месте кто-то другой, не такой красивый, было бы легче», - думала она.
- Может, ещё поживёте немного? Дни-то, какие тёплые стоят, как в июле. – Мама, вздыхая, укладывала в сумку пироги.
- Сергея на работу вызвали. Мы приедем в начале сентября копать картошку. – Наташа обняла маму.
- Что-то сердце неспокойно. Осторожно на дороге, всякие ездят.
- Всё будет хорошо, мам. – Наташа отстранилась и посмотрела на мать. - Я кажется беременная. Только Сергей ещё не знает. Я и сама поняла это только вчера, - тихо сказала она, а глаза вспыхнули радостным огнём.
- А не рано? Ой, что я говорю. - Мама всплеснула руками, обняла дочь, на глазах сверкнули слезы. – Береги себя, - прошептала она.
Они вышли все во двор.
- Ой, я кофту забыла где-то. – Наташа растерянно отвернулась, пряча слёзы.
- Я сейчас принесу! – крикнула Люська и бросилась в дом.
Наташа села в машину, помахала маме рукой, выезжая со двора.
- Господи, спаси и сохрани Наталью с мужем и новую жизнь в ней.
Люська задохнулась. Она выбежала из дома с кофтой в руках и услышала последние слова матери. Сердце защемило от тоски, смешанной с радостью. «У Наташи будет ребёнок. У неё и Сергея… »
- Уехали. Дай Бог им счастья. Вроде все хорошо у них. Внук будет. – Мама покачала головой и вытерла слёзы.
Люська и сама еле сдерживалась, чтобы не разреветься. Сергей для неё был навсегда потерян, а жизнь без него не имела смысла. Люська убежала в огород и долго рыдала, сидя на траве под яблоней. Именно о таком взрослом мужчине она мечтала, насмотревшись «Унесенные ветром» и «Поющие в терновнике» - романтичном, красивом и надёжном.
На Новый Год они с мамой сами съездили к Наташе в гости. У неё уже был заметен живот. А в начале февраля, ночью раздался звонок. Люська вскочила с кровати и схватила телефон.
- Наташу увезли в роддом. – Голос Сергея срывался от волнения. – Я в больнице, жду. Перезвоню, как только всё закончится.
- Рано ведь. - Мама встала перед иконой в ночной рубашке и долго молилась, прижав руки к груди.
Люська любила сестру, и тоже волновалась, переживала за неё. «Ребёнок недоношенным родится. Только бы с Наташей всё было в порядке». Они не спали, ждали звонка. Люська устала переживать и бороться с зевотой. Она на секунду провалилась в сон, как вздрогнула от резкого звука мобильника. Мама охнула, присела на кровать и перекрестилась.
- Наташа! А-а-а-а… Наташа… умерла! У-у-у-у... – Голос Сергея то срывался на крик, то стихал в протяжном вое.
- Это Люся. Что случилось? А ребёнок? – стараясь перекричать рыдания Сергея, дрожащим голосом спрашивала Люська, а мама, догадавшись, что случилось что-то плохое и непоправимое, завалилась на кровати набок, побледнев и закатив глаза.
- Мама! – Люська, не выпуская телефон из рук, бросилась к матери.
- Они не смогли… остановить кровотечение! Наташа… А-а-а-а! – рыдал в трубке Сергей.
Люська отбросила телефон и стала трясти мать.
- Мама! Мам! Очнись!
- Я… ничего... сейчас... - Мама ухватилась за руку Люськи и приподнялась. - Что с Наташей? Говори! – Язык у неё заплетался, но глаза требовательно смотрели на Люську.
- Сказал, что Наташа умерла. Врачи не смогли остановить начавшееся кровотечение. Сергей ничего не сказал про ребёнка.
- Господи! Как же так? За что? Бедная моя девочка… – Мама зарыдала, уткнувшись в Люськину грудь. – Надо же ехать в город. Люсь, собери, что надо и поедем утром. У меня в голове всё перемешалось.
А что в таких случаях нужно с собой брать, Люська не знала. Она взяла паспорта, деньги и достала из шкафа не чёрное, такой одежды у неё не было, а самое тёмное платье, хоть и в цветочек. А у мамы и так вся одежда была неяркая.
Только приехав к Сергею, Люська до конца осознала, что Наташи больше нет, а есть три большие проблемы: что делать с недоношенным ребёнком, где хоронить Наташу и как помочь пережить маме горе. Она очень боялась сейчас за неё. Мама плакала, тут же всё забывала, переспрашивала, глядя рассеянно и потерянно. Сергей сидел ко всему безучастный, молчал, свесив голову и уставившись в пол.
Люська взяла всё в свои руки. Она тормошила Сергея, заставляя садиться в машинку и ехать в роддом, в похоронное бюро… Хоронить Наташу решили в их родном городке. Они везли гроб с Наташей, глаза застилали слёзы, а Люське казалось, что сестра сейчас встанет и, смеясь, скажет, что произошла ошибка, а она живая и здоровая… Люська совсем не думала, забыла про ребёнка, который остался в роддоме под присмотром врачей.
На кладбище Сергей совсем сник, стоял сгорбившись и плакал. Своим нытьем, вялостью и бесхарактерностью он раздражал Люську. Им с мамой тоже тяжело, они потеряли дочь и сестру, но держались, не теряли самообладания. После похорон мама спросила, как они с Наташей решили назвать девочку.
- Наташа хотела назвать Леночкой. Но я думаю, что нужно назвать Наташей, в память о ней. – Сергей впервые за последние дни проявил хоть какую-то заинтересованность.
- Нельзя давать новорожденной имя только что умершей, хотя и матери, – сказала мама, горестно поджав губы.
- Да, Наташа всегда любила имя Елена. - Поддержала маму Люська.
Сергей не спорил, равнодушно кивнул. Смиренно согласился, что девочке будет гораздо лучше с бабушкой и тётей, всё-таки две женщины справятся с воспитанием и уходом за ребёнком лучше, чем одинокий, потерянный от горя мужчина.
Продолжение следует