Валерка, их сын, Светкин брат, девяти лет от роду, рыжий, круглолицый, со смешными конопушками - прямая противоположность. Тихий, слова не вытянешь, но упертый как бычок, лучший шашист спортивной школы. Светка всегда ходит на его турниры, считая, что, может, хоть из братана толк выйдет. Так что из-за этой поддержки Валерку побаиваются, и ему от этого неловко. Но сказать об этом он Светке не может, да и никто говорить не будет, потому как точно знают, что Светка ответит.
Дед Петя, мамин отец, в прошлом бригадир тракторной бригады, жилистый, подвижный пенсионер. Главный Зинкин заступник, готов стоять за неё хоть против всего мира. Бабушка Тая, ветеринарный врач, круглолицая, лучшая подруга бабы Дарьи. Колькины родители Клавдия с Семеном. Крестная Зинки тётя Валя с мужем, дядей Антоном и крестный дядя Саша с женой тётей Аллой, соседи, детвора.
Все шумели, смеялись, стучали ложками и что-то говорили и говорили про Зинку, как будто у неё был день рождения. А она улыбалась в ответ и всё повторяла и повторяла сама себе: "Как же я всех их люблю!"
А потом пели. Конечно, пели не специально по этому случаю. Пели как всегда, когда собирались все вместе. Ну не пели, конечно, а спивалы. Потому что, ну кто поймёт человека у нас за столом, который скажет: "Давайте споём". Кто его знает, что у него на уме? А вот если услышат: "Заспиваем!", то обязательно ответят: "А давай! "
Сначала "Есть на Во-олге утёс... Диким мо-охом порос, от вер-ши-ны до са-мо-го края..." Почему её пели, и откуда пришла в станицу эта песня уже никто не помнил. Полюбилась она почему-то. Пели все песни на свой лад, со своими, придуманными когда-то, паузами и подъёмами, "фортами и пианами", если верить бабе Дарье. Потом ещё и ещё пели. Пели все - и взрослые, и детвора, подражая родителям.