Начало истории здесь.
Предыдущий кусочек истории здесь.
Робер Беллемский
Робер Беллемский плохо обращался со своей женой, Агнесс де Понтье, даже арестовал её и запер в замке Беллем. Агнесс сумела бежать, сначала к Адель Нормандской, графине Блуа, затем перебралась в Понтье, правящей графиней которого она была с 1100 года, после смерти её отца. Агнесс умерла между 1005 и 1011 годами.
Гильом, сын Робера Беллемского и Агнесс, родившийся около 1093 года, стал графом де Понтье. Почему-то в хрониках Гильом фигурирует под фамилией Талвас, которую носила в девичестве его бабушка.
В 1119 году король Англии и герцог Нормандии Анри (Генрих) Боклерк передал Гильому Талвасу земли в Нормандии, ранее принадлежавшие его отцу.
А отец в это время всё ещё сидел в заключении, так и не вышел до самой смерти.
Владения в Нормандии были богатые – сеньории Монтгомери, Беллем, Алансон, так ещё по мелочам. Вскоре Гильом отказался от титула графа Понтье, передав его своему малолетнему сыну Ги, а сам полностью посвятил себя нормандским делам.
Впоследствии в Нормандии Гильому наследовал сын Жан, похоже, что уже при нём Алансон стал графством.
В общем, потомки Робера Беллемского разделились на две линии: графов Понтьё и графов Алансон.
Прямая мужская линия графов Понтьё из рода Монтгомери прервалась в 1221 году со смертью графа Гильома Второго. Но женская линия продолжилась. Если покопаться в ней, этой женской линии, там обнаруживаются короли Кастийи (Кастилии), Англии, императоры Австро-Венгрии. Даже нынешняя королева Элизабет – тоже потомок Роже Беллемского.
Линия графов Алансон пресеклась в 1220 году со смертью последнего графа, двухлетнего Робера.
Гуго
Женат не был, детей не имел.
Роже Пуатевинец
Три его сына по очереди были графами Ла Марш, из них только третий, Адальберт, имел наследника. Но в 1177 году внук этого Адальберта, тоже Адальберт, потерял единственного сына. Ничто его больше не держало, в 1178-м он продал всё своё имущество, в том числе и графство Ла Марш, королю Англии Генриху II за пять тысяч марок (2500 фунтов) серебра и отправился в крестовый поход. Около 1180 года умер в Константинополе.
У этого Адальберта была ещё и дочь, достигшая взрослого возраста, но сведения о ней где-то затеряны в анналах.
Филип Грамматик
Его дочь Матильда в 1113 году стала аббатисой монастыря д’Альменеш, сменив на этом посту свою тётю (сестру отца) Эмму.
Арнульф
Некоторые историки передают эту версию как достоверную, другие яростно настаивают на её легендарности.
Как бы то ни было.
Робер де Монтгомери, сын Арнульфа и ирландской принцессы Лафракот, остался вообще без средств к существованию и вынужден был поступить на службу к Уолтеру (Готье) фиц Алену, английскому рыцарю бретонского происхождения. Тот тоже, впрочем, был младшим сыном в семье, на богатство ему нечего было рассчитывать. Поэтому, когда в 1136 году в Англии началась заварушка (гражданская война между Стефаном и Матильдой за английскую корону), он направился искать лучшей доли на север, в Албу (Шотландию). Король Албы Дэвид I охотно принимал к себе на службу английских/нормандских/бретонских рыцарей и предоставлял им земельные владения.
Робер де Монтгомери отправился в Албу вместе с Уолтером.
Этот Уолтер (по-французски Готье) сделал головокружительную карьеру, стал сенешалем двора (стюартом) Албы. Мало того, эта должность стала в его роду наследственной, потом название должности стало фамилией, в конце XIV века Стюарты, потомки Уолтера фиц Алана стали королями Шотландии, а начиная с 1603 года – ещё и Англии с Ирландией.
Карьера Робера де Монтгомери была поскромнее, но он тоже получил земли от короля Дэвида, его потомки несколько раз зарисовались на страницах шотландской истории, от него произошёл ныне существующий клан Монтгомери.
Историки, считающие вышеприведённое легендой, выдвигают другую версию. Основателем шотландского клана Монтгомери всё равно был англо-нормандский рыцарь, а назвался он так, потому что изначально служил в Уэльсе, возможно даже в гарнизоне замка Монтгомери, построенного Роже Великим. То есть всё равно какая-то связь между родом и кланом Монтгомери существует.
Вот, в общем, и всё пока что об этой фамилии, так ярко засветившейся на страницах истории в конце XI – начале XII века.