Евгения потянула Николая за руку. Обхватила его ладонь, поднесла к губам.
Коля стоял неподвижно. Потом здоровой рукой прижал к себе жену так сильно, что она даже вскрикнула.
— Женя, я не смог уберечь себя. Теперь вот так будет всегда. Новые пальцы не вырастут. Прохор боится меня.
Евгения удивлённо посмотрела на мужа.
— Да-да, он сидел у Зои на руках, а на меня даже боялся взглянуть, — продолжил Николай.
— Я поговорю с ним, Коля, он тебя очень любит, привыкнет. И я тебя люблю. Прости, что так редко говорила тебе об этом. Ты изменил мою жизнь, я стала совсем другой. Я перестала быть камнем, кода мне хочется плакать, я плачу, а не держу в себе.
— Почему же ты не отвечала на мои письма?— спросил Николай.
— Я ничего не получала, Коля, я ждала, верила, что ты живой. Мы с Зоей молились, чтобы ты вернулся домой. Зоя переживает очень. С отцом не в ладах. Он на собрания ходит, запретил ей навещать их. Всё ждёт Янека. Не могу без слёз смотреть на неё, — сказала Женя.
— Прохор не подошёл ко мне, а Зоины дети сразу подбежали, папой стали называть, — Николай смахнул слезу.
— Может, пусть называют? Им не объяснишь сейчас, — предложила Евгения. — Пойдём домой, буду тебя с Прохором знакомить.
Евгения улыбнулась, прижалась еще раз к мужу, потом взяла его под руку, и они отправились домой.
— Пусть называют… Я Макара встретил, Зоиного брата. Он просил ничего не говорить про него. А я не знаю, как быть. Смотрю на Зою, и сердце сжимается. Может сказать? Пусть хотя бы за брата будет рада, уже легче. Тем более, если с отцом не ладит. Не смогу я умолчать, жалко мне её.
— Скажи конечно, ей легче станет. Дай Бог с братом увидится.
Новость о Макаре Зоя восприняла радостно. Она просила Николая рассказать о том, каким стал Макар. Несколько раз переспрашивала имя его жены, а потом записала и имя жены, и дочки.
Зое сильно захотелось поведать об этом отцу и мачехе. Но Николай запретил. Побоялся, что из-за того, что Григорий Филиппович стал посещать комитет, у Макара могут на фронте возникнуть проблемы.
— Сейчас время такое, Зоя, всё может во вред пойти. Потерпи, закончится война и всё изменится. И Макар вернётся, и к отцу сам сходит. Макар просил молчать. Но мне хочется, чтобы сердце твоё не болело о брате. Молись за него, как молилась за меня.
Евгении не удалось уговорить Прохора подойти к отцу, и она решила ждать, когда тот сам подойдёт. А сама Евгения не отходила от Николая ни на шаг. А следующий день она вместе с ним пошла за продуктами к Парамонову. Отдавал мешок не управляющий, а сам Парамонов. Он сказал Николаю, чтобы тот пришёл на мельницу завтра.
Прошло две недели, как Николай вернулся домой. Парамонов устроил его охранником на склад. Предложил хорошее жалованье, сказал, что доплачивает в память об отце.
Начало февраля выдалось ветреным. Ветра были сильнейшие. Но из-за них, лёгкого мороза и влажного воздуха находиться на улице было невыносимо. Как-то возвращаясь с ночной смены домой, Николай заметил возле рабочего общежития лежащего на земле мужчину, а рядом с ним двоих детей. Мальчик постарше бил отца по щекам.
— Сейчас, сейчас я встану, — хрипел мужчина. — Отдышусь только и встану.
Мальчик поменьше плакал, трепал мужика за край тулупа.
Николай подошёл еще ближе.
— А ну-ка отойдите, — скомандовал он детям, — я помогу.
Дети отступили, Николай посмотрел на лежащего и ужаснулся.
На холодной, мёрзлой земле лежал Лоран.
Он смотрел на Николая глазами полными слёз.
У Николая перед глазами пронеслось всё, что было связано с Лораном. Он сжал кулаки. А потом его отпустило. Вспомнил про свою Женю, про то, как встретил её впервые.
Рядом всхлипывали дети.
— Ты чего тут разлёгся? — спросил Николай, разжав кулаки.
— Идти не могу, — прошептал Лоран, задыхаюсь.
Николай схватил Лорана на руки, произнёс:
— Куда нести, жена дома?
Лоран тяжело задышал, еле слышно ответил:
— Умерла Тая.
Николай почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Еле удержал на руках Лорана.
— Отпусти меня, — сказал Лоран, — я уже отдышался, могу сам идти.
Дети подбежали к отцу, утирая слёзы.
Николай посмотрел на детей, заметил, как младший похож на Таисию.
— Пойдём ко мне, — произнёс он. — Лечиться тебе надо, а тот так и замёрзнешь ненароком.
Шли медленно. Лоран то и дело останавливался, чтобы отдышаться. А Николай мысленно благодарил Янека за то, что тот когда-то помог ему на улице. «А теперь моя очередь», —подумал он.
Продолжение тут
Путеводитель по каналу с главами тут