Евгений Максимов
Рисунки и коллажи Владимира Романова
Продолжение первой части "Записок неизвестного офицера"
Описываемые события относятся к будням авиационного полка на Украине в начале 90-х годов прошлого столетия в тяжелый период развала СССР и последующим обретением "независимости" ранее братской союзной Украины.
Предисловие ко второй части
Записки из второй папки, несмотря на очень плохое состояние, были расшифрованы и приведены в более-менее приемлемый для чтения вид еще в начале 2000 годов. В них описывалась жизнь и повседневная служба офицеров авиационного полка, расположенного на Украине в начале девяностых годов прошлого века, то есть тогда, когда рушился единый Советский Союз, а вместе с ним и наша могучая Советская Армия.
Так получилось, что в начале декабря 2004 года мне пришлось по служебным делам выехать в командировку в Киев. И естественно, я решил взять с собой только что расшифрованную рукопись, привести ее в порядок, и на месте действия "привязать" события, описанные в этой папке к реальным местам на Украине.
Почему-то я не сделал копии с подлинников записок, поэтому все, что касалось рукописи, включая и расшифрованные тексты, хранились в той самой старой папке.
Итак, сев на Киевском вокзале морозным декабрьским вечером 2004 года в скорый поезд №1 Москва-Киев, я оказался в уютном и жарко натопленном купе СВ-вагона. Путь предстоял не очень долгий и в ожидании пересечения российско-украинской границы решил еще раз почитать эти записки.
Незадолго до отхода поезда в купе вошел высокий худощавый мужчина лет сорока пяти, с небольшими светлыми усами и начинающими редеть на затылке коротко стриженными русыми волосами. Поздоровавшись, он расположился на противоположном месте и углубился в чтение газеты.
Тем времени поезд набрал скорость и через полчаса, вырвавшись из сияющих огнями подмосковных пригородов, погрузился во тьму декабрьской ночи. Проводник принес чай. Видимо, чтобы прервать затянувшее молчание, мой спутник сложил газету и, взяв в руки стакан чая в подстаканнике, спросил
- В Киев по делам или к родственникам?
- По делам,- ответил я,- а вы?
- И по делам и к родственникам.
- Сами с Украины?
- Нет, - ответил мой спутник, и улыбнулся,- Сам я с Прибалтики, живу сейчас в России, а в Киеве и Донецке у нас поставщики. Покупаем комплектующие для нашего производства.
- Ну, а родственники, откуда там?
- Это я так своих однополчан называю.
- Служили там?
- Да, в авиационном полку.
Потом разговор на некоторое время прервался, мы занялись каждый своим чаем, и после того, как наши стаканы оказались пустыми, мой спутник внимательно посмотрел на меня и вдруг неожиданно спросил.
-А откуда у вас эта папка?
Я коротко рассказал ему историю этой находки, сообщил, что таких папок две, одна осталась дома, а это видимо продолжение и, что я взял ее почитать и посмотреть, при возможности, те места, в которых происходили описываемые в ней события.
Мне оказалось, что этот рассказ заинтересовал моего спутника, и я предложил почитать ему рукопись, тем более, что время было позднее и не хотелось упускать возможность немного поспать до прибытия поезда на российско-украинскую границу.
Когда по вагону пошли сначала российские, а потом и украинские пограничники, я уже крепко спал, и в каком-то полусне отдал свой паспорт для контроля и ответил на несколько формальных вопросов. Сквозь сон я заметил, что мой спутник сидит, откинувшись на спинку сиденья, и задумчиво смотрит в окно. Папка с рукописью лежала перед ним на столе. И я снова провалился в глубокий сон…
Проснулся я от голоса проводника, который шел по коридору вдоль купе и громко объявлял: "Киев через тридцать минут, въезжаем в санитарную зону, туалеты закрываем, поторопитесь".
Наскоро приведя себя в порядок, я с удивлением обнаружил, что моего спутника в купе нет, не было и его вещей. И что самое неприятное, вместе с ним исчезла и папка с рукописью. На купейном столике, под пустым стаканом из-под чая лежал вырванный из блокнота лист бумаги, на котором почему-то знакомым мне почерком было написано:
"Извините, папку я возьму с собой. Пока не время. Я вас найду."
Я вышел в коридор и спросил у проходящего проводника, куда делся мой спутник.
-А он вышел, – ответил тот, - В Конотопе. А билет у него билет до Киева был, а он там вышел. Всю ночь не спал, только чай пил. А как подъехали к станции, он тихонько вышел с вещами из купе и дверь прикрыл.
- А что, пропало что-нибудь? – осведомился проводник.
- Да нет, ничего не пропало, - сказал я и начал собираться на выход, потому что за окнами вагона уже проплывало здание киевского вокзала с его знаменитым пешеходным мостом через железнодорожные пути.
Декабрь 2004 года в Киеве был бурным. Шел первый "майдан" и тогда все боролись за избрание президентом Ющенко. По сравнению с 2014 годам это конечно был веселый детский утренник с ряжеными, клоунами и другими атрибутами комедии, именуемой сейчас "цветной революции" В отеле "Лыбедь" на " Майдане "Перемоги" (площади Победы) топили плохо и в номерах было холодно. Я на метро добирался до майдана "Незалежности" (площади Независимости") и бродил среди палаток, установленных по его периметру. Приезжали грузовики, какие-то люди деловито разгружали ящики с тушенкой. Надписи на ящиках – "1948 US ARMY ". Висели плакаты на украинском "Львов, Черновцы, Ужгород, Хмельницкий" и лозунги с одним словом "Так!"
Я уже понял, почему почерк на записке, оставленной в купе моим спутником, показался мне знакомым. Часть рукописи была написана именно этим почерком…
Прошло около десяти лет. И вот в середине 2015 года мне на рабочий адрес пришла посылка, отправленная с Главпочтамта г. Москвы. В этой посылке лежала та самая папка и короткое письмо, написанное аккуратным женским почерком.
"Здравствуйте! Папа перед отъездом в Донецк просил отправить вам эту папку и извиниться за то, что он без спроса забрал ее у вас тогда в поезде. Мы вас нашли по вашей визитной карточке, которая случайно оказалась в этих бумагах. Он сказал, чтобы мы вернули рукопись, и вы можете делать с рукописью, все что хотите. Он погиб год назад ".
Подписи не было. Прочитав эти записки, читатель поймет, почему мой незнакомый попутчик в 2004 году не хотел, чтобы тогда их кто-нибудь увидел, и почему сейчас пришло время их опубликовать.
С уважением к читателю,
Евгений Максимов
(продолжение следует)