Евгений Читинский
Начало книги здесь
Предыдущая глава тут: Гл. 90
Глава девяносто первая.
Утро 25 июня 1941 года. Гений блицкрига отчаянно маневрирует
Около 6-ти часов утра позиции 55-ой стрелковой дивизии подверглись массированной бомбардировке вражеской авиации. Серия налетов продолжалась более получаса, после чего последовала мощная артиллерийская подготовка.
Весь личный состав сводного батальона Романова с тревогой вслушивался в продолжающуюся интенсивную канонаду, доносящуюся с запада.
- Похоже, немец всерьёз взялся! – сказал сержант Васильев подошедшему Старновскому.
- Похоже, что даже очень серьёзно! – согласился с ним лейтенант.
- Сначала бомбардировку нашим устроили, а сейчас артиллерией долбят, значит, в наступление пойдут, сволочи! Неровен час и до нас дорвутся!
- Всё может быть, всё может быть! Так что давай, подгоняй свой взвод, Григорий Иванович! Я в тебя верю, иначе бы не доверил тебе взвод-то! А я к молодым лейтенантам пошел, проверю, как у них дела обстоят!
25 июня 1941 года Гудериан нанес сразу два удара по войскам 4-ой армии. Первый в районе Слонима, но, получив достойный отпор, гений блицкрига сманеврировал в своем излюбленном стиле и попробовал пробиться южнее, в районе станции Лесьня. Но не повезло гению, здесь уже выгрузились части 143-ей стрелковой дивизии и успели закрепиться на местности. Они успешно отбили немецкие танковые атаки, причем всего на этом фланге в ходе утренних боев немцы потеряли, по некоторым данным (по Сандалову), до 50 танков.
Победа далась дорогой ценой. В этом бою геройски погиб командир 143-ей сд генерал-майор Дмитрий Потапович Сафонов. Несмотря на понесенные потери дивизия сохранила позиции. Всё же наши солдаты были еще кадровой армии, обученные, молодые и задиристые, под руководством кадровых же командиров.
Получив на северном фланге, что называется, «по соплям», Гудериан не был бы Гудерианом, если бы не спланировал второй комбинированный удар в направлении на Синявку, по уже потрепанной 55-ой стрелковой дивизии. Именно сюда была срочно переброшена немецкая авиация, и именно на южном фланге гений блицкрига обнаружил слабое место в обороне русских.
Но противостоящий Гудериану командующий нашей 4-ой армией генерал-майор Коробков Александр Андреевич тоже был не лыком шит, и, верно определив самое опасное направление, срочно перебросил туда свой мобильный резерв. Но мало было того, чтобы просто определить, где будет главный удар противника, нужно было еще туда своевременно направить подкрепления. И желательно не «пешеходов», а танки. Пехота пешим порядком танки никак не сможет перехватить. Это не ясно только упертым сталинистам, которые только и вопят, что Сталин правильно сделал, что заставил Жукова и Тимошенко угробить почти все наши танки в первые же дни войны (а кто бы еще смог заставить профессионалов выполнить этот воистину идиотский приказ горячего грузинского джигита)…
А как потом пехотой ловить немецкие танковые прорывы? А ведь именно поэтому и произошли все котлы 1941 года, в которые попадали части Красной Армии, и произошли они именно от того, что скорость «пешехода» и скорость немецкого танка, знаете ли, существенно отличаются!
А имея танки против пехоты, любой идиот будет брать пехотинцев в окружение! Вот Гудериан и брал.
Ведь всем людям с логическим (стратегическим) типом мышления понятно, что немецкие танки могли ловить и перехватывать только противостоящие им наши танки! И мой внимательный читатель уже знает, как это делал командарм Коробков. И пусть у него в резерве во второй половине 24 июня 1941 года оставалось всего 25 танков Т-26, при умелом командовании этого хватило, чтобы задержать две немецкие танковые дивизии (3-ю и 4-ю тд).
Наутро 25 июня 1941 года наших танков снова было 25 единиц (это связано как с ремонтом техники, так и с умелыми действиями кадровых экипажей), и теперь весь фокус был в том, чтобы вовремя их перебросить на самый опасный участок фронта. Ведь нужно не только выявить место прорыва немцев, но еще и своевременно перебросить туда мобильный резерв.
И успеть, даже если ты не успеваешь, на помощь 55-ой стрелковой дивизии!
Вы спросите, как это успеть, если опоздал? Ответ прост. Проницательный военачальник создаст вторую линию обороны хотя бы из сводных отрядов, как это случилось на участке железной дороги Ляховичи-Русиновичи-Тальминовичи.
Именно там, чуть южнее Тальминовичей, на проселочном переезде лихорадочно продолжал окапываться сводный батальон майора Романова.
Как только бомбардировка и артподготовка закончилась, немецкие танки пошли в атаку! 55-я стрелковая дивизия, тем не менее, продержалась еще час. Помогла переброшенная туда рано утром артиллерия.
Этого времени впритык хватило, чтобы сводный батальон майора Романова успел соединить стрелковые ячейки неглубокими ходами сообщений, а вот вторую линию окопов вырыть не успели. Но зато у артиллеристов было по две запасных позиции! Хорошо замаскированных, которые, как извилистые ступеньки, вели назад к железнодорожному полотну, создавая глубину обороны.
Тем временем шум сражения, которое разворачивалось на западе, неумолимо приближался. Первыми показались грузовики с тяжело ранеными бойцами. Потом выползли телеги, которые везли перебинтованных солдат и командиров, ранения которых были полегче. Затем наступило некоторое затишье на дороге. В это время с востока прибыла полуторка, которая привезла гранаты и боеприпасы.
Оказывается, подполковник Авдеев, командир отряда окруженцев, всё-таки отправил связных к полковнику М. Е. Козырю, а тот, соответственно, доложил генерал-майору И. С. Лазаренко о том, что обороняющимся на железнодорожном переезде нужны люди для окапывания. Тот «для порядка» доложил в штаб 4-ой армии (всё-таки речь шла о непосредственной обороне штаба). Людей сводному отряду майора Романова так никто и не выделил, а вот грузовичок с боеприпасами подкинули.
О прибытии полуторки доложили командиру батальона. Майор Романов в сопровождении капитана Белоярова подошли к машине, на которой старший из солдат, прямо с кузова, бодро доложил:
- Ефрейтор Кузькин! Привезли боеприпасы, снаряды и гранаты. Гранаты противопехотные. Но нам приказано передать, чтобы вы делали связки из них и применяли против танков! Даже провода телефонные для этого дела не пожалели!
- Значит, вспомнили про нас! — обрадовался Белояров, и тут же скомандовал своим бойцам сопровождения: – Быстро разгрузить ящики!
Солдаты побежали принимать ящики от стоявших в кузове красноармейцев. А шустрый ефрейтор уже сообщал:
- Осторожнее, здесь в паре ящиков уже готовые связки гранат лежат. Мы уже наловчились их делать! Быстрее только, ребята! Говорят, немцы фронт прорвали. Скоро будут здесь! Живее шевелитесь, а то какой шальной снаряд в грузовик попадет и разнесет нас всех к чёртовой бабушке!
- Ефрейтор, тебе расписаться в принятии боеприпасов надо где?
- Нет! — коротко ответил тот и тут же прикрикнул на солдата, чуть не уронившего ящик: – Осторожнее! Взлетим счас все к чёртовой бабушке!
- Ну нет, так нет! Передай там нашим, что окопы вырыть не успели, только стрелковые ячейки соединили ходами сообщений, и то не в полный профиль. Зато артиллерию всю окопали и по две запасных позиции сделали!
- Передам! – ефрейтор деловито подтаскивал к краю откинутого кузова очередной ящик.
Романов отрешенно заметил:
- Глеб, надо бы боевое донесение составить!
На что Белояров ответил:
- Живы будем, составим!
Ефрейтор неугомонно воскликнул:
- Будем живы! Вон вам боеприпасов на три дня боев привезли! Будете лупить немцев, как сидоровых коз! Так что будем живы, если нас не разнесут в клочья к чёртовой бабушке!
Продолжение тут. Гл.92 "Вот и немцы!"