Сегодня в мировом коммунистическом движении всё еще нет общепризнанной точки зрения на причины крушения КПСС. Но ещё печальнее, что в литературе нет и признанного конструктивного ответа на вопрос, что делать в современных условиях, чтобы, в конечном итоге, возродить именно коммунистическую партию? Полемика продолжается и, тем самым, доказывает, как плохо поставлено дело научно-теоретической подготовки современных коммунистических руководителей, и сколь они неавторитетны друг для друга. А раз так, то нет уверенности, что печальный опыт КПСС не будет повторен многократно, пока, наконец, не будет найдено научно состоятельное противоядие против «токсинов» загнивания.
Современные теоретические шатания тем более прискорбны, если учесть, что некоторые существенные ответы на подобные вопросы можно «добыть» самостоятельно , если творчески изучить положительный опыт, например, КП Китая, Кубы, ТПК и других коммунистических партий, устоявших в 90-е годы. Однако и опыт ВКП(б) ленинско-сталинского периода содержит в себе важнейшие универсальные и, пожалуй, нетленные ответы на подобные вопросы. Остается только найти в них то, что было не понято и отброшено Хрущевым, Горбачевым, Зюгановым как нечто «устаревшее».
С теоретической точки зрения, согласно действию объективного закона отрицания отрицания, любая партия должна, в конце концов, отмереть. Коммунистическая партия была первой в истории политической борьбы, которая заявила об этом открыто с самого начала своей борьбы. Она боролась не за увековечивание своего положения в качестве авангарда рабочего класса, не за увековечивание «диктатуры пролетариата», а за то, чтобы, в результате победы очередной социальной революции, уничтожить на ближайшие тысячелетия классовое деление общества, избавив человечество от грязи и крови любой политики и, следовательно, от политических партий. Однако отмирание партий естественно только после полного выполнения их программ. Отмирание же партии до выполнения программы можно объяснить, прежде всего, непрофессионализмом партийных кадров.
Следовательно, нужно иметь мужество принципиально отвечать на вопрос: была ли рухнувшая партия власти, к моменту своего крушения, именно партией коммунистов? То есть необходимо строго отличать понятие «коммунистическая партия» от понятия «коммунистическое движение».
Многие левые партии в РФ «дотягивает» как раз лишь до статуса движения, поскольку зарегистрированные «коммунистические партии», входящие в его состав, в лучшем случае, соответствуют лишь критериям буржуазной конституции, т.е. поглощены парламентским и экономическим кретинизмом, не признаются современными пролетариями своим авангардом, хотя, по содержанию лозунгов , не несущих смысловой нагрузки («Слава Октябрю!», «Капитализм дерьмо!»), являются прокоммунистическими. Т.е. для РФ типичен такой уровень развития коммунистического движения, который, как говорится, «имеет место быть» и проявляет себя, в основном, в форме сопротивления , т.е. в подпевании парламентаризму и экономической форме классового сопротивления пролетариев буржуазной тирании. Это движение в отдельные моменты проявляет себя достаточно шумно, но, в конечном итоге, скромно сходит с политической сцены в силу профнепригодности своего актива.
К моменту своего бесславного крушения, КПСС уже представляла собой типичное движение на стадии полной «обезглавленности» и разброда. Партия состояла из политически неграмотного и потому пассивного горбачевско-зюгановского большинства инертных членов КПСС, перебежчиков «демократической» платформы Руцкого, антисталинской «марксистской» платформы Бузгалина, Калганова, Пригарина, Крючкова и неорганизованного ещё «движения коммунистической инициативы» (ДКИ), наиболее заметную роль в которой играл В.Тюлькин.
Но Коммунистической партией может называться только та развивающаяся часть коммунистического движения, результатом деятельности которой является вызревание субъективного фактора, т.е. перерождение пролетарского класса (созданного буржуазией для эксплуатации) в рабочий класс, СОЗНАТЕЛЬНО вступивший в борьбу за политическую власть. Партией коммунистов следует называть только такую организацию, степень зрелости которой делает коммунистов ОРГАНИЧЕСКОЙ частью класса рабочих, которая способна организовать класс рабочих как ЦЕЛОЕ, не разодранное на профсоюзы, осознающее не сиюминутные интересы, а перспективу своего превращения в свободных людей, неэксплуатируемых хозяином.
Только при такой степени зрелости компартии, рабочий класс воспринимает её как свой ЕСТЕСТВЕННЫЙ авангард. По крайней мере, Ленин важнейшим направлением обучения и воспитания коммунистов считал выработку в них практического умения «до известной степени, слиться с рабочим классом», но не за счет снижения научно-теоретического уровня партийцев, «орабочивания» и «обатрачивания» их, а за счет подтягивания пролетариев к НЕПРЕРЫВНО РАСТУЩЕМУ уровню научно-теоретического развития рядовых членов партии.
Ясно, если партия, действительно, превратилась в органическую часть рабочего класса, более органическую, авторитетную и результативную, чем верхушка профсоюзов, такая партия может исчезнуть лишь вместе с рабочим классом, т.е. после построения коммунизма. Если же коммунистическая партия отупела настолько, что перестала оцениваться рабочими как интеллектуальный авангард, то рабочие, во-первых, начинают презирать такую партию, а во-вторых, рабочие без своего научного авангарда вновь, «назло кондуктору», превращаются в класс заурядных пролетариев.
Слегка перефразируя классика коммунистической поэзии, мы говорим, коммунистическая партия , а подразумеваем олицетворенное развитие , мы говорим развитие и понимаем, что не может быть другой партии, кроме коммунистической , которая ОБЯЗАНА так же глубоко понимать сущность развития. Если, например, КПСС, вместо целенаправленного строительства коммунизма, начала бесконечно совершенствовать «развитой социализм», такая партия перестала развиваться и, следовательно, перестала быть коммунистической. Она получила справедливо «под зад коленом», прежде всего, от самих советских рабочих в ходе забастовок в 1990 году.
Самое печальное, что имея возможность вести на предприятиях разъяснительную работу, партия в 1990 г. не нашла кадров, способных это делать. Поэтому сторонники рыночной демократии смело спускались в забои Донбасса, Воркуты и беззастенчиво врали рабочим, какая райская жизнь у них начнется, когда шахты станут частными. Действительно, сегодня досрочно в рай отправляется шахтеров на порядок больше, чем при остатках социализма, впрочем, как и водителей, пилотов, банкиров и т.д.
В связи с этим, уместно напомнить, что в 1973 году, в ходе обмена партийных билетов в КПСС, было проведено идеологическое тестирование, доказавшее глубокую степень невежества практически всей КПСС. На первой странице новых партийных билетов была размещена якобы ленинская «цитата», обрезанная в самом ответственном месте. Ленин писал, что «коммунисты должны вести дело так, чтобы рабочие им верили, чтобы в партии они видели ум, честь и совесть нашей эпохи». Вместо этого, членам КПСС, редко читающим труды Ленина, был подсунута якобы «ленинская» цитата, глубоко исказившая ленинскую мысль: «Партия ум, честь и совесть нашей эпохи». Никто не заметил подмены. Естественно, что при такой самооценке трудно напрягать извилины. Партия продолжила гибельное самолюбование и обрезание ленинских идей, постепенно приближаясь к горбачевскому уровню.
Таким образом, в 1991 году было юридически оформлено то, что произошло гораздо раньше и фактически: партия постепенно переродилась в нечто аморфное, растекающееся, совершенно несоответствующее своему названию. Но установить факт, признать его естественность не означает еще, что вскрыты причины, порождающие неприятные естественные факты. Эту задачу невозможно решить, не прибегая к диаматике.
Фрагмент статьи В.А. Подгузова "К вопросу о причинах развалов коммунистических партий".
____________________________________
Послесловие
Уважаемые читатели!
Заносите в закладки и изучайте наши издания:
I. Общественно-политический журнал «Прорыв»
II. Газета «Прорывист»
Поддержите редакцию деньгами:
I. Принципы финансирования
II. Подписка на газету
III. Заказ нашей брошюры почтой с автографом автора