Краткое предисловие. Я – офицер запаса Советской Армии. Изучал серьезную военную технику и, наверное, в военное время сумел бы ею со товарищи поражать самолеты противника. Жил в казармах и в палатках, стрелял по мишеням.
На этом похвальбу можно закончить. Четыре – пять месяцев общего времени, проведенного в армии на разных сборах, не сделали из меня бравого вояку, настоящего армейского специалиста и, тем более, знатока армейской жизни. За несуразности в тексте, если найдут их служивые, географы и просто дотошные читатели, прошу больно не бить по вышеизложенному оправданию. А также в связи с тем, что этот рассказ пишу (лет 40 спустя) со слов настоящего майора, много служившего и повидавшего.
В советское время про Африку знали с первого класса. Там живут угнетенные братья, голодают – помогать надо. Даже в песнях на слуху, даже Галич с Высоцким мимо не прошли: «У них первый был вопрос — «Свободу Африке!».
Так что, судя по всему, на просьбы этих далеких товарищей Союз откликался оперативно. И вот одна африканская страна, небольшая совсем, запросила вертолет. Военный ли, гражданский – то рассказчик не объяснял. Но отправили в эту страну в командировку пилота и штурмана из авиационной воинской части.
Когда вертолет пришел по назначению пароходом, наши специалисты его дособрали до рабочего состояния и отбыли на Родину, доверив окончательную сдачу в эксплуатацию тем самым пилоту и штурману.
Те репутацию страны и не думали порочить: машину запустили, подняли, сделали контрольный облет, о чем доложили по инстанции.
Ответа дождались быстро: сам руководитель страны (кто он по званию: король, президент, вождь племени или просто вождь – не знаю!) изъявил желание «прокатиться». Подняли, «катают». Переводчик говорит: Он желает осмотреть свою страну с высоты птичьего полета. «А чего – пожалуйста, топлива хватит…» Полетели почти вдоль границ, вернулись на место… Спустя короткое время пилота и штурмана приглашают во дворец. А там – большой накрытый стол, где их определили самыми почетными гостями. По этому для них рутинному поводу.
Почему праздник и такое уважение - объяснил переводчик. Великий вождь никогда вот таким образом не видел свою страну, а увидев, был, мягко говоря, офигевший. – И от самого факта полета, и от осознания собственного величия. Он сверху над СВОЕЙ страной, вот оно, могущество, вот она, безмерная власть!.. Пилоту и штурману вручили дорогие подарки: что-то там золотое с драгоценными камнями, начался пир. Наши оторвались по полной. Нет, они не требовали гармошку, не орали сами «шумел камыш», - они просто назюзюкались как на год вперед.
А утром их разбудили: Великий вождь желает осмотреть страну сверху! Какая, нахрен, экскурсия, рассолу бы… Их не понимали, понимая, что будет, если этот вождь племени не взлетит… Подняли: сначала себя кое-как, а потом уж «на автомате» запуск двигателя, взлет, полет… Приземление, - и опять приглашение во дворец! Вновь дорогие подарки, фуршет…
Третий день – то же самое.
Четвертый день – то же…
И так далее каждый день. Численность участников банкета со временем сократилась до их двоих, но ритуал был неизменным. Наши вояки, с одной стороны, радовались свалившейся на них роскоши. С другой - уже с отчаянной надеждой ждали конца командировки, месяц им отмеряли на всё про всё.
Не дождались: глава государства послал телеграмму Советскому правительству, и там с удовольствием пошли навстречу, продлив командировку еще на три месяца…
На аэродроме, куда вернулись в конце концов пилот и штурман, их попросту не узнали сначала. А узнав, отправили на комиссию. Которую они с блеском не прошли и были бесповоротно комиссованы по состоянию здоровья.
Но не расстроились ни капельки: привезенные с соблюдением всех формальностей подарки того пассажира означали безбедную жизнь не одному поколению их семей. Даже если не работать.