«Тишины, тишины хочу, тишины в молчании сколот…», - мобильник неожиданно пикнул и отключился. Навсегда. Артём выругался и отшвырнул, ставшую ненужной, вещь в сторону. Память о мире, где он прожил неполные тридцать восемь лет.
Здесь всё было по-другому: бескрайние льды, порой вздымающиеся, словно ретивые жеребцы; свинцовое небо, по которому медленно, словно нехотя, плывут мрачные облака; снег, похожий на белый рыхлый песок. Временами выглядывало солнце, и, чтобы не ослепнуть, мужчина прикрывал рукой глаза. Тишина давила на барабанные перепонки, и подчас Артём слышал странный звук, похожий на писк старого лампового телевизора. Снежная пустыня «разговаривала» с ним. Чтобы хоть как-то заглушить её «голос», он напевал под нос незатейливые песенки. И вспоминал…
Артём торговал спецодеждой. Давно прошли те времена, когда он на перекладных мотался в столицу за товаром, ставил торговую палатку на рынке, мёрз зимой и изнывал от жары летом. Гегель был прав – количество со временем неизбежно перерастает в качество. Артём хорошо усвоил закон диалектики и воплотил его на практике. Вместо палатки – магазин, заказ товаров – по каталогу, доставка – раз в две недели. Бизнес процветал. В течение десяти лет Артём купил квартиру, пару машин и даже дачу. Казалось, что жизнь удалась.
… Он сплюнул и плотнее закутался в овчинный полушубок. Однажды Артём листал старый альбом и увидел поблёкшую фотографию – старик с окладистой бородой, в огромных валенках и точно таком же полушубке. Его дед. Он смотрел сурово, словно знал, что внук вляпается во что-то серьёзное. Артём тогда посмеялся над стариком, дескать, выбор был невелик, носили, что придётся. А теперь, оказавшись в царстве холода, благодарил за эту добротную одежду, за валенки, меховые рукавицы, да шапку-ушанку. Не дед ли подсобил?! После того, что случилось, Артём готов был поверить во что угодно. Ведь ещё вчера он готовил декларацию в налоговую, сидел допоздна, разбираясь в цифрах. Не заметил, как уснул. А проснулся уже в другом месте. В Антарктиде.
«В Антарктиде льдины землю скрыли,
Льдины в Антарктиде замела пурга,
Здесь одни пингвины прежде жили,
Ревниво охраняя свои снега».
Артём пропел куплет несколько раз, лишь бы снова не завязнуть в состоянии тоски и обречённости. Он решил идти наугад, авось куда-нибудь да выйдет. Через пару сотен шагов мужчина останавливался, чтобы отдохнуть, поберечь силы. Кто-то позаботился и о пропитании - в рюкзаке лежали галеты и фляжка с водой. А вот спичек не было. Да и зачем спички, когда вокруг – ни единого деревца. Снег. Лёд. И звенящая тишина.
Задумавшись, Артём некоторое время шёл, опустив голову, а когда очнулся, то, неожиданно для себя, увидел … белого медведя. Он инстинктивно прыгнул за ледяную глыбу, спрятавшись за ней, как за щитом. «Откуда здесь медведи?! Это же не Арктика, не Аляска. Снова мистика!» Артём осторожно выглянул из-за укрытия. Зверь мотал головой, принюхивался и недовольно фыркал, посматривая в его сторону. Густая местами свалявшаяся и слегка желтоватая шерсть, глаза, будто угли, мощные лапы, клыки. «Что же делать? Бежать?»
Он вдруг вспомнил, как совсем недавно его сын - пятилетний Гриша – спросил: «Пап, а если б ты повстречал медведя в лесу, то что бы сделал?» Артём составлял заказ на компьютере и ответил невпопад, не повернув головы. Гриша что-то пробормотал и убежал в другую комнату.
- Гриша плачет, ты его обидел? – чуть погодя спросила жена.
- Послушай, Ира, я могу поработать спокойно?! Без этих сентиментальностей? – Артём ощетинился на жену, сверкнув глазами, но она не ушла, как обычно.
- Знаешь, Артём, давно хотела поговорить… почему ты так с Гришей? Он же ещё маленький, ты ему нужен. Когда задерживаешься, он всё время спрашивает: «Когда папа придёт, а папа ещё долго будет работать?». А вчера я неожиданно увидела, как он зверюшек своих - поставил в угол, а сам невесёлый сидит, дуется. Я у него спросила – что случилось? Знаешь, что он ответил?
- И что же? – Артём слушал вполуха, прикидывая, как завтра разместить манекены, чтобы не загораживали проход.
- Он сказал: «Мама, они наказаны, потому что плохие. Вот будут хорошими, тогда я буду с ними разговаривать и играть!» Понимаешь?
- Что? – он посмотрел на неё, будто очнувшись, - Ты о чём?
- О тебе, Артём, о тебе! Почему же ты не хочешь понять, что теряешь сына?! Неужели он тебе не нужен?!
- Ир, хватит нести бред! – слова жены разозлили его, и Артём не сдержался, - я же для него, для вас стараюсь! Что ещё нужно, не понимаю?! Зачем ты мне мозг выносишь каждый день? Пошла бы лучше, почитала что ли! Телек, вон, посмотри!
Ира ушла, хлопнув в сердцах дверью, а он долго не мог успокоиться. Казалось, мир ополчился против него, все чего-то хотят, но не того, что он предлагает. «Уйти бы куда-нибудь, отдохнуть … на край света … да хоть в Антарктиду! надоели, сил больше нет! Тишины хочу, покоя», - Артём и не заметил, как говорит вслух.
… Медведь медленно, словно нехотя, направился в его сторону. Артём вздрогнул и ещё сильнее прижался к льдине, бежать было поздно. «Вот и с сыном я опоздал… Ира права…потерял Гришу. Всё потерял…» Он снова вспомнил глаза сына и, неожиданно для себя, заревел от боли и отчаяния. «А если он вырастет диким, угрюмым? Не найдет любовь… Да и как он поймёт, что это любовь, если не ощущал её в детстве? А я? Я знаю – что это такое? Господи, что же со мной происходит? Почему так больно?» Мужчина рыдал в полный голос, забыв об опасности. Что-то треснуло у него внутри – гулко, с надрывом. А потом стало тепло. И Артём, внезапно успокоившись, собравшись с духом, принял решение – выжить. Вернуться домой, чего бы это ни стоило.
Медведь зарычал. Податливость жертвы придала зверю храбрости, ещё немного и он сможет, наконец-то, утолить голод. Но существо, вопреки логике, вдруг вышло из укрытия и направилось к нему. Медведь замер и принюхался. Он вспомнил этот запах. Запах человека. А ещё вспомнил боль от горячих камней, которые человек бросал в него издалека. Это было очень давно, но с тех пор зверь обходил людей стороной. И медведь … побежал. Подальше от опасного существа с огненными камнями. Подальше от смерти.
Артём торопился. Потеряв медведя из виду, он сразу же забыл про него, как человек может забыть о чём-то несущественном, памятуя о главном. Мужчина так спешил, что не заметил, как на горизонте появилась точка, стремительно растущая в размерах. А когда он услышал шум вертолёта, то подумал, что снежная пустыня решила сыграть с ним злую шутку. Только в этот раз он ошибся. Люди иногда ошибаются – это нормально. Мир так устроен, чтобы человек пробовал, ошибался, а потом признавал свои ошибки. Для того, чтобы начать всё сначала. С чистого листа. С тишины.