«Когда мы печём вафли, в вафельнице. Дело идёт так. Муж замешивает тесто — чтоб в меру сладкое, хрустящее и душистое получилось на выходе. Я не участвую — «у семи нянек!.» Но потом меня зовут, отрывая от моих бабьих дел.) Значит, пора печь.
Являюсь — Герман, 2 картина ( «Несчастный день, тебя я проклинаю!») — и приступаю к процессу. На самом деле, меня тащат поучаствовать, компанию составить. Потому что выпекать уже скучно. Да и нервно. Кто-то должен сказать — атанде! Чтоб не подгорело. Но и не обмякло недожаренным. Это — я!
Значит, перед носом телефон с секундомером. Тарелка для продукта. Дым, гарь, пахнет вкусно! Пьеса отточена — картина та же, (Сад опустел. Начинается гроза. Буря не страшит Германа..) Даю отмашку! Льют тесто, прижимают пластины. Ждём. Поглядывая на стрелочки-цифирки, томлюсь и предвкушаю. «Ша!» — открывается «ларчик», а там что-то горчично-коричневое, клетчатое. Снимают, валят на тарелку. Перед тем сворачивают в конус или трубочку. Миссия тонкая, невыполнимая.) И одномоментно — 2 картина, (Оставшись одна, Лиза поверяет «царице ночи» свою сокровенную тайну: она любит Германа..)
Я наблюдаю — а что ещё! Мне не доверяют. Нос не дорос! Снова томлюсь — уже хочется ставить чайник, заваривать бергамотовый и пить, обжигаясь выпечкой и ароматным напитком. Классика! Литературного жанра.
Далее, всё повторяется. До упора. На кухне стоит монотонный добрый матерок — обжиг, брак, курить, оправиться.. Я вслушиваюсь. Мужское бубнение при готовке — добрый знак. Значит, живут и жить хотят.
Повозка катится — 2 действие, 1 картина, (Ее не трогают мольбы жениха, она равнодушна к Елецкому..) На блюде растёт веер из кулёчков. Просохшие и остывшие они нежно пахнут корицей, ванилькой и домом. И я уплываю в далёкое детство. Если я когда-нибудь решусь на бесполезную большую трату. Я закажу персональный аромат. И там будет нота моих готовых рогаликов. И так тоже. Пахнет любовь..
Описывать больше нечего. Часовой круг отлаженных движений. И регулярное — «ша!» Ну и, результат! Зримый и обоняемый!)
После уборки, идёт чаепитие. Я позволю себе лишнее — 2 действие, 2 картина (Спальня графини. Отсюда Герман должен проникнуть в комнату Лизы. Одержимый желанием узнать три карты, Герман решает остаться здесь и добиться от графини заветного ответа..) — и поправлю положение потом двумя днями воздержания. Не каждый день выдают сладости!)
С тарелок — а их естесс.. не одна — трубочки-конусы бережно переложат в большую широкую вазу-чан. И уберут, от кота. Он тоже не прочь приобщиться к маленькому семейному празднику.
В кухне ещё долго будет пахнуть пряностями, горчинками, недокурами, заданным ритмом и заботой. А чем ещё должно благоухать в «хижине должника»? И действие, и картина. Те же — (Услышав шум, Лиза вбегает в спальню. Увидев мертвую графиню, она в отчаянии восклицает: «Не я тебе была нужна, а карты!»..)
День заканчивается на победоносной ноте. Враг бежит! Вот-вот и будет разбит, на голову. В животе чувство умиротворения, нос бережёт пережитый ностальгический стресс, голова держит на контроле частоту посещений едальни. Гармония качает этот неустойчивый мир и пытается сохранить его. При всей пустоте и отчаянности предпринятого. Демарша!
Я всё-таки, подумываю о духах. С привкусом крема, для начинки. Из сливочного масла и сгущёнки… 3 действе, 3 картина — (Вызов Германа принимает Елецкий. Третья карта Германа оказывается не тузом, а пиковой дамой. Карта бита. Герману мерещится призрак графини. Он сходит с ума и )..»