«Кашель застрял где-то между носоглоткой и трахеей. И бил, бил, бил.. С утра и по ночам, после быстрого шага и просто так. Бороться — пустая затея! Ему не было причин. И конца — как бороться с бесконечным.. Конфетки с ментолом и терпение. Вот и все средства. Когда подкатывало, она останавливалась и чуть приседала. Сведённые плечи, сжатая грудина будто облегчали процесс. Свербение внутри переставало быть таким острым, колким. Его можно было попробовать растянуть — от спазма до кашля обыкновенного. И тогда муть и пульс в голове — вызываемые неудержимым желанием выплевать горловой ком. Приутихали и прозрачнили. И натуга слабела, и сопровождающая приступ тошнота не требовала «запить кисленьким».
Резкий холодный воздух — без сомнения! — увеличивал риск спохватится на долгий глухой рычащий дох. Потому, на улице она дышала через платок или шарф. Впрочем, так дышали уже все..
Ингаляции, калины-малины с мёдом, массирование нужных точек… — и вся другая гадость. Даже не были опробованы. Однако, вкусный горячий чай, с плюшками — однозначно шли на пользу.
К январю, мерзкий кашель сник и исчез так же внезапно, как и начался. Дыхание наладилось, перестав быть нервным, неровным. Связки вернули себе эластичность. И валяя — в светлой кухне, на огромной доске, вся в муке и предвкушении — пирожки и булочки с корицей, она тихо напевала привычное. Зуд не возникал, притягивая сполохами раздражение и усталость. Значит, не было нужды гнуться в биении дыхалки. Вытирать бисер пота, со лба. И поглощать тоннами лечебные леденцы. Неведомая хворь ушла. Оставив после себя странное спокойствие, новый — прежде не освоенный — тембр. И отвращение к согнутости.
*
— Сим, тебе что деньги нужны?
— Очень. Я хочу омолодиться — это нынче дорого… («Дипломат».)
"Нельзя, безнадёжно влюблённой в тебя женщине, регулярно и подробно рассказывать о своей личной жизни. О перипетиях брачного союза, о любовницах, о претендентках. Это — безнравственно и безжалостно.
Она — бедолага — измученная многолетним «целибатом», очень ярко воображает видеоряд. Расставляет персонажей по мизансценам, разносит реплики и позы. Представляет картину общую и раздельными кадрами. Как такое пережить!.
Так насколько хорош должен быть самец, чтобы муки стоили того? Положим, стоит! И тогда, все старания — внезапная круглосуточная помощь, втекание в вечные чужие проблемы, забота не приносящая дивидендов, пожизненная роль пятого «маленького лебедёнка». Это — как бы вложения в мечту! Может. Когда-нибудь. Разово. Ненадолго. Он посмотрит и на неё, как на женщину!
И снова — стоит ли это того? Стоит. Если ей больше и нигде и не светит. То есть, дело не в великой незамутнённой любви. А в полной бесполезности женской персоны. Она не оттого хранит верность своему полубогу, что он так велик, а она так жертвенна. А из-за непристроенности фатальной и тотальной. А он — зная прекрасно о сём прискорбном факте, да как и не знать,. если «полубог».. — терпит её чувства. И находит им практическое применение. И — всем хорошо!"