— А вы нам точно расскажите результаты? А то все предыдущие психологи только обещали, но мы так ничего и не узнали!
Парень-девятиклассник протягивал мне свой лист с ответами.
— Да, расскажите, пожалуйста! Мы вас будем ждать! -поддержали его остальные ученики.
— Мне важно знать, кем я стану после школы! - добавил круглолицый парнишка с конопатками.
— Дворником ты будешь, Миша, чего тут знать!
Взрыв хохота. Миша, усмехаясь, показал обидчику язык.
— Ребята, обещаю, я к вам обязательно вернусь и всё расскажу!
Сказано - сделано. Так уж совпало, что для оглашения результатов тестов по профориентации мною был выбран урок химии. О личности учителя я не имела никакого представления. "Ну расскажите, только побыстрее", - с неохотой апатично согласилась учительница и отвернулась к окну.
Я раздала ребятам полоски бумаги, на которых индивидуально были написаны типы профессий, к которым есть склонность у каждого отдельного ученика: "Человек", "Природа", "Техника", "Знаковая система", "Художественный образ". Дети возбуждённо ёрзали и перекидывались шутками. Затем я стала зачитывать расшифровки и начала с типа "Человек-человек". Это были все профессии, при которых человек контактирует непосредственно с человеком: преподаватели, врачи, тренеры...
— ... связанные с правовой помощью - судья, адвокат, юрист...*
Тут меня радостно перебила одна девочка:
— О, я буду юристом! - просияла она.
У неё было довольно-таки нахальное личико, с острыми глазками и плутоватой улыбкой. Девочка явно не ожидала от себя таких карьерных высот и была в восторге. Надо было видеть как изменился её облик при следующих словах учителя! Меня саму словно расплющило о стену, до того я прочувствовала боль девочки.
— Сиди, Ермакова, какой из тебя юрист! Полы будешь мыть! - рассмеялась учительница ей в лицо. Потом добавила, - Ты же полная бездарь!
Класс резко затих. Одни с ненавистью смотрели на учителя, другие - на Ермакову. Девочка сникла и опустила голову. До чего же мне было её жаль! Однако учительница сидела как ни в чём не бывало и была собой страшно довольна. Поражённая, я смотрела на её запудренную престарелую физиономию. Это что вообще было? И было явно не в первый раз.
— Зачем вы так унижаете её?
Я стояла перед всем классом и чувствовала себя голой. Мне 22 и я психологически в большей степени относила себя к когорте этих учеников, нежели к дамам глубоко бальзаковского возраста.
— Пффф!.. Нечего в облаках летать! Пусть и не мечтает с её "талантами". Вон, в журнал загляните! - фыркнула химичка.
— Я тоже в школе химией не интересовалась. А если бы такое сказали вашему ребёнку?
Она парировала:
— У меня нет детей! И вообще, вы меня тут учить что-ли вздумали? Нашли за кого заступаться! Рассказывайте побыстрее, что у вас там дальше и не мешайте мне проводить урок!
Меня бросило в жар. Щёки горели. Тетрадь, лежащая перед Ермаковой, была закапана слезами. Переполненная праведным гневом, я дочитала остальные расшифровки под звук гробовой тишины и сразу ушла.
Я была дружна с молодым учителем русского языка и решила, что посоветуюсь с ней прежде, чем пойду к директору.
— Ой, да она со всеми такая! Старая грымzа. Живёт всю жизнь одна бобылём вот и срывает злобу на учениках. Но, говорят, она с юности такая злюка, всегда была невыносимой. И родители сколько ни жаловались, всё без толку!
Я удивилась:
— Почему её не увольняют?! Она же детям психику ломает.
— А у неё какой-то родственник из шишек.
Директор, тяжело вздохнув и закатив глаза, ответила мне то же самое:
— Я поговорю с ней. Но не могу я её уволить, понимаете, при всём желании НЕ МО-ГУ!
Мне кажется, что я, как мать, растерзала бы такого учителя, несмотря ни на какие "важные шишки". Как может человек быть настолько прогнившим и обозлённым? Как бы вы поступили с таким учителем?
До новых встреч!
* - информация взята из дифференциально-диагностического опросника Климова