В поселке к Наташке относятся неоднозначно – кто смеется, кто жалеет, кто ругает, но все называют «Душечкой» по аналогии с чеховской героиней. Нет, Наташка далеко не добрячка – наоборот, она ревностно и с истерикой отстаивает свою честь и честь своих троих малышей от разных мужчин, при этом оставаясь одиночкой. Да и мама она неплохая – дети одеты хоть бедненько, но опрятно. Есть свои полдома, куры и козочка, огород всегда аккуратный, продукты свежие, а вот в личной жизни вечный промах. Может, она сама виновата? Или народ такой злой.
Наташка с детства росла в половинке своего дома вместе с матерью, пока та не ушла на небеса. С 19 лет она осталась одна, ездила работать в районный город. Вторая половина дома принадлежала молодой семье – Вале и Леше, которые не так давно переехали со своими детьми. Леша когда-то отслужил в армии, а его сослуживец решил его навестить. Куда девать этого бродягу, который с морей решил рвануть к друзьям? Ранняя весна на улице, гамак не повесить, а в доме тесно. Обратились к Наташе:
- Соседушка, не возьмешь постояльца на месяц-второй?
- А он хорошенький?
- Очень! Он моряк! Денежный!
- Тогда давайте!
Приехал Василий. Упакованный, с подарками для семьи и Наташи. Для молодой и вполне симпатичной девушки он был настоящим принцем, хоть и на 12 лет старше. Понятно, что у пары возникли взаимные чувства. Интересно было наблюдать, как с первым весенним потеплением Наташка выбегала вешать бельё на улицу в тельняшке, иногда даже в ближайший магазин в ней ходила с накинутой поверх курточкой.
- Наталь, ты что, на корабле? – смеялись местные жители.
- Сами вы на корабле! Меня Васька на море зовет жить. Он в моря будет ходить, я на берегу. Вот продам свои полдома и уеду отсюда, замуж выйду, а вы мне завидовать будете. Знаете как это здорово! Мне Вася рассказывал – даже с морского берега можно рыбу ловить! Камбалу или салаку. А может я устроюсь работать куда-нибудь на судно – поварихой, например. А что, я готовлю вкусно!
Все разговоры Наташи сводились только к Васе, его работе и морю. Только у Васи закончился береговой отпуск. Он контрольно пообещал приехать и забрать Наташу, но пропал напрочь, уехал бороздить моря и океаны. А Наташа оказалось беременной, и в надежде, что ее Вася вернется, она родила мальчика Ваню. Леша пытался найти своего приятеля, сказать, что он стал отцом, но Васю было не сыскать, да и сам Вася ничего не знал, что обрюхатил девку.
Когда Ванечка подрос и пошел в садик, Наташа вернулась на работу. С города она возвращалась сначала одна, а потом в компании с мужчиной – чернявым Каримом из Узбекистана. Он строил городскую больницу и очаровал Наташу. Все подруги ей говорили, что ничем хорошим такие отношения не заканчиваются, но она никого не слушала. Между тем с ней происходили метаморфозы: она училась делать настоящий плов, причем на открытом огне, в казане, во дворе, покрывала голову платком на манер восточных женщин, и начала носить закрытые балахоны. Из дома Наташи стала слышна восточная музыка.
- А вы знаете, что означает имя Карим?! – спрашивала она у всех тех, кто интересовался ее личной жизнью. – Милый, щедрый и великодушный! Он такой и есть. Вот что наши поселковые мужики делают? За воротник закладывают? А мой не такой! И вообще, уеду я скоро отсюда! Меня Карим в Самарканд зовет. Я даже веру поменяю. Там всегда тепло, и такие дома красивые! А еще пустыню увижу своими глазами и верблюдов!
- Наташ, ты же собиралась на море уехать и жить там?
- А что море? Одна вода! Утонуть можно! А купаться можно и в бассейне – то же самое! Рыбу можно и в магазине купить. Да и вообще – не люблю рыбу. Меня Карим научил плов делать из баранины – вот это действительно вкусно.
Карим жениться не спешил даже тогда, когда у Наташки вырос живот. Более того – он собрался в дорогу, в свою страну, сказал, что попросит у родителей разрешения жениться на русской девушке. Обещал вернуться, но его след простыл. А Наташа родила дочку, и после роддома вернулась домой без своих платков и балахонов – все поняла, что она теперь опять одна.
Чтобы не скучать в одиночестве, она завела переписку с каким-то мужчиной по имени Олег, который быстро приехал к ней на хату. «Сиделец!» - подумали все односельчане, уж слишком он был похож на уголовную личность – худой и жилистый, тело в наколках, тяжелый взгляд. Рот щербатый, половину зубов нет, шепелявит. В общем, такого типа человек не внушает никакого доверия. Но сам Олег утверждал, что он дальнобойщик, только сейчас временно на отдыхе. Восточная музыка, которую все раньше слышали из дома Наташи, сменилась шансоном, а на мангале жарились свиные шашлыки вместо плова.
- А вы знаете, какой Олег у меня молодец! – рассказывала она всем. – Рукастый, ремонт мне помог сделать. Это сейчас он отдыхает, но скоро вернется на свою работу. Зовет меня на Урал – там его мама живет. Можно детей на нее оставлять, а я буду ездить с Олегом в дальнобой! Это такая романтика – дороги, города! Сегодня здесь, завтра там! Надо только выгодно свой дом продать.
- Наташ, а как же Самарканд и пустыни?
- Да на черта нужна эта жара? Дышать невозможно! А в пустынях вообще ядовитые пауки и скорпионы водятся, ужас какой! И вообще – как можно поменять веру? Это же нечестно! Для меня там все чужое. Другое дело – ехать с любимым человеком в большой машине и наслаждаться романтикой!
Неизвестно, забрал бы Олег Наташу на Урал, только односельчане видели, как Олег бегал по огороду за беременной и избитой Наташей с тяпкой в руках, и грозился ее убить. Видать, белая горячка одолела. Валя вызвала полицию и скорую, а Леше удалось скрутить Олега. После этого инцидента Олег пропал, да и Наташа его больше видеть не хотела. А через 4 месяца она родила еще одну девочку.
Вот поэтому Наташу и прозвали Душечкой – ну точно, как чеховская Ольга Семеновна: какой бы мужик не попался, она про него красиво поет. Конечно же, большинство людей её осуждают и в открытую смеются, но Наташа готова и подраться за свою честь. А еще говорят, что Леша все же нашел на просторах интернета своего сослуживца, и все ему рассказал. Василий обещал приехать. И это очень похоже на правду – Наташа выходит во двор вешать стираное белье в своей старой тельняшке. Явно ждет своего моряка