«У моего приятеля есть новые пластинки…» Эта песня Виктора Цоя написана в 1983 году. Новые пластинки тогда были как глоток свежего воздуха. Это как, если бы сегодня Ютуб имелся не у каждого дома на компьютере, а только у нескольких людей в городе и, для того чтобы посмотреть какой-нибудь ролик, необходимо было отправиться на троллейбусе или метро через весь город. «Новые пластинки» – это отнюдь не отечественные эстрадные исполнители, как можно догадаться, а «настоящие», рОковые. Подразумевалось, что у кого-то появилась новая запись британской или американской рок-группы. «Новая» - тоже очень условно. Порой, речь шла не о только что вышедшей за океаном записи, но появившейся у кого-то на руках в Союзе. Между этими двумя событиями могло пройти какое-то время. Обладатель такой записи в миг становился объектом притяжения друзей. А затем и друзей этих друзей и т.д. В дом такого счастливца стекались бесконечные потоки людей с целью послушать запись или, - что чаще случалось, - переписать её на магнитофон. В этой связи строчка песни Цоя про новые пластинки – не форма речи, а исторический документ. Свидетельство эпохи, если хотите.
Пластинки попадали в Советский союз самыми разными путями: через тех, кто имел возможность выезжать за рубеж и через тех редких иностранцев, которые стали приезжать в Ленинград в 1980-е годы. Не забываем и о финских туристах, посещавших Ленинград каждый уик-енд. Так или иначе, пластинки покупали или выменивали на «толкучках», своеобразных стихийных рынках, коих в разное время в 1970-80-е было несколько и находились они в разных частях города. Самые известные – «Юный техник», у одноимённого магазина на Краснопутиловской улице, в Ульянке «у трубы» (трубопровод), Удельной и возле платформы электричек посёлка Ковалёво. Обмен никто не запрещал, а вот, продажа считалась незаконной трудовой деятельностью и преследовалась, как говорится, по всем строгостям. Существовал ещё клуб филофонистов, где можно было вполне легально купить или продать пластинку.
Так вот, такие новые записи переписывались с пластинки на магнитофон. На катушки (бобины) и на уже появившиеся и вмиг ставшие модными в 1980-е годы кассеты. В Ленинграде существовал вполне конкретный адрес, где подобные записи тиражировались. Это легендарный дом Сергея Савельева на Литейном проспекте, 60.
Легендарный, потому что в его стенах бывали многие, кто сегодня составляет золото музыкального и художественного андеграунда 1980-х: Цой, Курёхин, Новиков, Гурьянов, Башлачёв, Гребенщиков, Виктор Сологуб, Стингрей, художник Андрей Медведев, музыканты «Кино», «Аквариума», «Странных игр» и многие-многие-многие… Это была так называемая «явочная» квартира, удобно располагавшаяся в центре города, куда приходили переписать запись, отметить какое-нибудь событие, как например завершение записи альбома «День серебра» «Аквариума» и просто потусоваться. Дом, к слову, располагался недалеко от легендарного кафе «Сайгон». Впоследствии хозяин дома, Сергей Савельев, эмигрировал в Соединённые штаты, а его бывшая жена Ксения вышла замуж за Тимура Новикова, который также проживал по этому адресу. Дом легендарный.
В квартире Савельева впервые прозвучало название «Поп-механика». Об этом вспоминает Аркадий Волк, также часто бывавший здесь и знавший половину рок-клуба. Аркадий – обладатель великолепной коллекции пластинок, который выменивал их на вышеназванных «толкучках», например, у того же «Юного техника», где, к слову, познакомился с небезызвестным Игорем (Панкером) Гудковым.
Вообще надо сказать, что тогда молодые люди с общими, музыкальными в данном случае, интересами были знакомы друг с другом. Это нормально. Все так или иначе пересекались друг с другом, у общих знакомых, на концертах и в том числе и на Литейном, 60, где собственно и познакомились Виктор Цой и Аркадий Волк.
Небольшая историческая справка. Аркадий Волк – известный в прошлом продюсер в мире музыки и моды. В начале 1980-х годов участник группы «Аукцыон». Работал в театре Бориса Эйфмана, сделав карьеру от рабочего сцены до директора постановочной частью. В 1990-х годах Аркадий на протяжении пяти лет был директором группы «2ва самолёта». Позднее продюсировал проект «Хиль и сыновья». В 1980-е годы Аркадий был тесно связан и дружил с большей частью рок-клуба. И группой «Кино», разумеется. Присутствовал в качестве гостя и на знаменитой свадьбе Георгия Каспаряна и Джоанны Стингрей. Но это событие заслуживает отдельного повествования.
Что касается Виктора Цоя, то Аркадий намеренно утверждает, что был лишь знаком с ним. Ни о какой дружбе речи не шло. У Цоя всегда был свой узкий круг друзей. Чуть больше Аркадий приятельствовал с Сергеем Курёхиным, Георгием Гурьяновым и Каспаряном, Олегом Гаркушей, Леонидом Фёдоровым… Вот с кем Аркадий действительно дружил, так это с братьями Сологубами – Григорием и Виктором. С последним дружен и сегодня. И со многими поддерживает добрые отношения. С Георгием Каспаряном, например.
Вполне очевидно, что Аркадий Волк и Виктор Цой познакомились именно на почве общих музыкальных интересов, друзей и молодости. Произошло это в 1984 году. Аркадий стал счастливым обладателям нового (он же и первый) альбома группы « The Smiths ». Эта пластинка, как и все новинки, оказалась в доме Савельевых на Литейный, 60, где её тут же принялись переписывать на магнитофон. А Виктор Цой, как вспоминает Аркадий, в какой-то момент просто взял эту пластинку и увёз к себе домой на Ветеранов. А через год появился альбом «Это не любовь», стилистически по мнению некоторых, напоминающий музыку «The smiths ». Вот как вспоминает этот эпизод сам Аркадий: «Я очень хорошо помню, что у меня у первого появилась пластинка новой группы The Smiths … <…> Цой к себе на Ветеранов уволок. Через год вышел альбом «Это не любовь», там очень чувствуется влияние Моррисси и Марра».
Но это ни в коем случае не плагиат, а лишь влияние музыки и дань моде. А Цой, как известно, всегда хотел быть модным. И был им. По мнению Аркадия, ««Кино» всегда были и в музыке, и в текстах оригинальными, и не похожими ни на кого. Это были именно влияния. Никогда Цой ничего прямолинейного ни у кого не «сдирал»». И действительно, сколько не обвиняй «Кино» в «сдирании» музыки, но миллионы людей на территории бывшего Союза сегодня слушают именно «Кино», а не так называемые «первоисточники».
«The Smiths» - это лишь верхняя часть айсберга. Кроме этой группы, модными в музыкальной Ленинградской среде были также «The Cure », «Сocteau Twins » и, - не удивляйтесь, - Мадонна… И вообще, почти всё новое западное, что оказывалось в Союзе, жадно вдыхалось и впитывалось рок-клубовскими музыкантами. При этом, это была вовсе не всеядность. Имело место скорее музыкальное гурманство.
Литейный, 60 – это был в широком смысле клуб, объединяющий людей общих эстетических взглядов и вкусов. Одной из отличительных черт этого «клуба», было единение и взаимное сотрудничество музыкантов и художников. Новиков, Котельников, Медведев, Бугаев, Крисанов, Гурьянов, Цой, Курёхин, Гребенщиков, Сологуб старший… По большому счёту, вся эта тусовка основывалась на "Новых художниках" (условно галерея "АССА") и группах "Кино" и "Странные игры". Вспомним знаменитый концерт в ДК «Первомайский» 1 ноября 1987 года, на котором, к слову, присутствовал и Аркадий Волк. Видео этого концерта сегодня популярно в сети. На сцене вместе с «Кино» - Джоанна Стингрей, Сергей Курёхин и Олег Гаркуша. Оформлением сцены, кто обратит внимание на «задник» с трактором (картина называлась: "Прокатим Джоанну на тракторе"), занимался Олег Котельников. Тогда же выступал и «Аквариум». И это всё один концерт. Музыканты и художники вместе.
Многих из тех, кто был завсегдатаем квартиры Савельевых на Литейном, 60, можно было увидеть затем в составе "Поп-механики". Ещё одна примечательная черта этой художественно-музыкальной тусовки.
Это были люди определённой в самом положительном смысле касты. Рок-клуб не был однороден. Его можно, пожалуй, сравнить с многоэтажным офисным зданием, где все так или иначе друг друга знают, но каждый занимает собственный культурный этаж. Так, вот, вышеназванные группы, музыканты и художники, находились на одном и том же «этаже».
Как известно, людей объединяют общие интересы. В 1980-е годы общего было в избытке: музыка, друзья, молодость, наконец. Да, и ещё одно общее – локация. Все жили в одном городе - Ленинграде. А Ленинград, как говорилось в одном известном фильме, «город маленький». Люди одной в широком смысле компании вполне естественно оказывались в одних и тех же локациях. Это мастерские художников – Виктора Тихомирова, Андрея Медведва, тот же дом Савельева на Литейном, 60...
Это, понятно, рок-клуб, «Сайгон». В этой связи важен ещё один адрес – Южное шоссе, 62. По этому адресу в 1980-е годы проживал герой нашей статьи Аркадий Волк. Не один, а со своей женой, француженкой Катрин Бакка, которая в 1980-е годы приехала в Ленинград изучать русский язык и не просто осталась здесь жить, но вышла замуж и была знакома с большей частью рок-тусовки, упомянутыми художниками и Цоем в том числе. Вообще, стоит сказать, что тогда все друг друга знали через одно–два рукопожатия и в конечном счёте знакомились лично.
Так вот, дом Аркадия Волка в Купчино на Южном шоссе, заслуживает отдельного внимания. В его стенах не раз бывали Цой, Гаркуша, братья Сологубы, Гурьянов, Каспарян и даже Майк Науменко.
Что касается Цоя, то его визиты в дом Аркадия приходятся примерно на конец 1986- начало 1987 года. К тому времени Цой уже пользовался заметной популярностью. Это уже был не «пэтэушник с гитарой», а вполне сложившийся музыкант, которого приглашали на выступления в другие города, который собирал даже один или на пару с Каспаряном большие залы. 1986 год – год кино у «Кино». Цоя и музыкантов группы приглашают участвовать сразу в двух фильмах – «Конец каникул» и «Йя-Хха». Ещё каких-то два года, и прогремят «АССА» и «Игла». Но в 1986-м Цой был звездой Ленинграда, это точно.
Так вот, Катрин и Аркадий устраивали у себя дома так называемые «французские ужины». Катрин готовила «по-французски», на столе неизменно присутствовала бутылочка «Бордо», приглашались близкие друзья, в числе коих и были Виктор Цой и художник Андрей Медведев. Они часто приходили вместе. Здесь стоит сказать пару слов о доме Аркадия. Может показаться, что речь идёт о загородном особняке с видом на океан. Дом действительно отдалённо напоминает особняк, но лишь в силу своей малоэтажности и обособленности. Дом на окраине Купчино, на границе двух районов – Фрунзенского и Невского. На поверку это трёхэтажное здание в 80-е годы было чем-то вроде общежития с коридорной системой и отдельными, небольшими надо полагать, комнатками. Одну такую комнату на третьем этаже с видом на двор соседнего дома и занимали Аркадий с Катрин.
Упомянутые «французские ужины» представляли собой своеобразные светские вечера на фоне серой советской действительности. За окном ещё оставалось много советского. Дружеский ужин под бутылочку хорошего настоящего французского вина. О чём шли разговоры, уже и не вспомнить. Вероятно, обо всём. Аркадий краток: «трещали обо всём подряд». Всё это, вспоминает Аркадий, так или иначе потом появлялось в песнях Цой. Не в буквальном смысле, конечно...
Аркадий вспоминает и про Майка Науменко у себя дома. Как-то, находясь не в самом благодушном расположении духа, Майк целых два дня пребывал в гостях у Аркадия в компании Григория Сологуба. Общение сопровождалось распитием пива. В весьма, надо сказать, большом количестве.
Сегодня дом Аркадия Волка на том же месте. Его окружают высокие стеклянные новостройки. На их фоне дом кажется маленьким и игрушечным. Дом нежилой. В нём располагается некое государственное присутственное учреждение. По его коридорам ходят строгие люди в костюмах. В бывшей комнате Аркадия Волка, наверняка, какой-нибудь кабинет с местным начальником, которому и невдомёк, что когда-то в стенах этого кабинета звучали голоса Майка, Цоя... Дом можно перекрасить, полностью его внутри изменить, но история никуда не денется. Её не закрасить. И мы, надеюсь, бережно её храним.