Когда мы понимаем, что дальше так жить нельзя, то начинаем искать способы изменить свою жизнь. В плохом случае мы пускаемся во все тяжкие, а в хорошем – идем к знакомым, друзьям или в гугл с запросом «посоветуйте психолога». Дальше запрос разрастается – а как понять, что психолог хороший? Вузов много, выпускников пруд пруди, в описаниях все прекрасные и волшебные. На какие признаки можно опираться при выборе? У ряда специалистов в рассказе о себе упоминаются «пройдена личная терапия и супервизия». Что это за страшные слова, что это дает, почему это важно и можно ли без этого обойтись?
Начнем с того, что просто закончить институт и получить диплом, в котором написано «психолог» совершенно недостаточно для того, чтобы начать работать с живыми людьми. Потому что психолог с клиентом работает собой. Личность психолога – это основной рабочий инструмент, а инструмент должен быть исправен, наточен, смазан и так далее. Для личности психолога первый шаг к исправности – это пройденная им самим терапия. Психологи такие же люди, как и все остальные, у них тоже есть свои личные травмы, стереотипы мышления, тараканы в голове и прочие особенности. Если психолог не проработал со специалистом эти свои травмы и узкие места, не приручил своих тараканов, то на его работу это все неизбежно будет влиять. Например, клиент видит в психологе строгого родителя, а психолог не разбирается вместе с клиентом в этих отношениях, а реагирует на него так, будто он действительно строгий родитель, воспитывающий непослушного подростка. Этот процесс возникает неосознанно и его очень сложно отследить самому. Психологи не боги и не идеальные люди. И для того, чтобы в процессе работы с клиентом заниматься именно клиентом, а не решать свои собственные проблемы, необходима личная терапия.
Супервизия же – это профессиональная поддержка со стороны более опытного терапевта. Психологи (как и прочие люди помогающих профессий) очень подвержены выгоранию, или могут сталкиваться со сложными случаями в практике. Но большинство людей могут обсудить свои рабочие проблемы и трудности с кем угодно – с друзьями, партнерами или родственниками. Психолог же этого сделать не может, поскольку один из базовых принципов его работы – соблюдение конфиденциальности. Поэтому сложные случаи в практике психолог может обсуждать только со своим супервизором. С одной стороны, в супервизии психолог может получить помощь (рекомендации как надо, а иногда и подтверждение, что он все делает правильно), а с другой стороны – вовремя заметить приближающееся выгорание и принять меры.
А теперь самое сложное. Во многих странах, в том числе и в России, нет единого списка критериев компетентности психолога, гарантий безопасности работы с ним и подтверждения профессионализма. Если психолог прошел личную терапию и супервизию, это не стопроцентная гарантия высокого профессионализма, но в некоторой степени подтверждение того, что специалист стремится к этому.