Тем, кто давно не брал в руки Чехова, тем, у кого нет времени на чтение, тем, кто все уже знает, и никак его не удивить ни живым языком, ни живым образом...
Мы продолжаем искать реальные подтверждения того, как произведения замечательных мастеров из разных сфер искусства обнаруживают новое сочетание, новое прочтение и новую интерпретацию.
Не верю, что случайно на выставке Босха в Пушкинском музее изобразительных искусств Вы можете вспомнить о Гоголе или бродя тропинками Липовой аллеи Спасского-Лутовинова услышать Рахманинова или читая Эмиля Золя не вспомнить бытовые сценки Адриана Брауэра. Но если такое произойдет - то все поправимо.
Взгляните, как через символику бронзовых скульптур Арсена Аветисяна мы раскрываем более широкую палитру смыслов в прозе потрясающего Чехова. И уже готовы увидеть не только темы хамства, позерства, трусости и лизоблюдства, но многое, многое другое.
Начинаем!
Рассказ "Маска" (отрывки)
В X—ом общественном клубе с благотворительной целью давали бал-маскарад....
Не танцующие интеллигенты без масок — их было пять душ — сидели в читальне за большим столом и, уткнув носы и бороды в газеты, читали, дремали и, по выражению местного корреспондента столичных газет, очень либерального господина, — «мыслили».
— Валяйте сюда! Сюда, ребята! Дверь отворилась, и в читальню вошел широкий, приземистый мужчина, одетый в кучерской костюм и шляпу с павлиньими перьями, в маске. За ним следом вошли две дамы в масках и лакей с подносом. ...-Садитесь, мамзели! Же ву при а ля тримонтран! А вы, господа, подвиньтесь... нечего тут! Мужчина покачнулся и смахнул рукой со стола несколько журналов.
Мужчина с павлиньими перьями приподнялся и вырвал газету из рук у господина в очках. Тот побледнел, потом покраснел и с удивлением поглядел на прочих интеллигентов, те — на него. — Вы забываетесь, милостивый государь! — вспыхнул он. — Вы обращаете читальню в кабак, вы позволяете себе бесчинствовать, вырывать из рук газеты! Я не позволю! Вы не знаете, с кем имеете дело, милостивый государь! Я директор банка Жестяков!.. — А плевать мне, что ты — Жестяков! А газете твоей вот какая честь... Мужчина поднял газету и изорвал ее в клочки. — Господа, что же это такое? — пробормотал Жестяков, обомлев.
-Господин Белебухин, выходи к свиньям собачьим! Что рыло наморщил? Говорю, выходи, стало быть, и выходи! Живо у меня, а то, гляди, не ровен час, как бы в шею не влетело!
— А вот мы сейчас увидим! — сказал Жестяков, у которого даже очки вспотели от волнения. — Я покажу вам! Эй, позови-ка сюда дежурного старшину! Через минуту вошел маленький рыженький старшина с голубой ленточкой на лацкане, запыхавшийся от танцев. — Прошу вас выйти! — начал он. — Здесь не место пить! Пожалуйте в буфет!
— Очевидно, этот самодур не понимает, что он не в хлеву! — крикнул Жестяков. — Позвать сюда Евстрата Спиридоныча! — Евстрат Спиридоныч! — понеслось по клубу. — Где Евстрат Спиридоныч? Евстрат Спиридоныч, старик в полицейском мундире, не замедлил явиться. — Прошу вас выйти отсюда! — прохрипел он, выпучивая свои страшные глаза и шевеля нафабренными усами.
В читальне поднялся невообразимый шум. Евстрат Спиридоныч, красный как рак, кричал, стуча ногами. Жестяков кричал. Белебухин кричал. ...Евстрат Спиридоныч для внушительности позвал всех полицейских, бывших в клубе, и сел писать протокол.
-Ха-ха! Ну что ж? Готов протокол? Все расписавшись? Ну, теперь глядите!.. Раз... два... три!!..
...В буяне все узнали местного миллионера, фабриканта, потомственного почетного гражданина Пятигорова, известного своими скандалами, благотворительностью и, как не раз говорилось в местном вестнике, — любовью к просвещению.
— Что ж, уйдете или нет? — спросил Пятигоров после минутного молчания. Интеллигенты молча, не говоря ни слова, вышли на цыпочках из читальни, и Пятигоров запер за ними двери.
Танцы прекратились. В два часа из читальни вышел Пятигоров; он был пьян и пошатывался. Войдя в залу, он сел около оркестра и задремал под музыку, потом печально склонил голову и захрапел. — Не играйте! — замахали старшины музыкантам. — Тсс!.. Егор Нилыч спит... — Не прикажете ли вас домой проводить, Егор Нилыч? — спросил Белебухин, нагнувшись к уху миллионера.
— До-домой желаю... Прроводи! Белебухин просиял от удовольствия и начал поднимать Пятигорова. К нему подскочили другие интеллигенты и, приятно улыбаясь, подняли потомственного почетного гражданина и осторожно повели к экипажу.
Проводив Пятигорова, интеллигенты повеселели и успокоились. — Мне руку подал на прощанье, — проговорил Жестяков, очень довольный. — Значит, ничего, не сердится...
#чтение
#классика
#культура
Читайте на канале статьи о Чехове:
Зачем соединять прозу Чехова с живописью Виноградова?
"Как "Педагогика в футляре" породила "Человека в футляре"
"Кстати, не нужно ли Вам цветочной дребедени? - из письма А.П.Чехова"