Найти в Дзене

В тюрьме кормили лучше, чем дома: чем Крупская Ленина потчевала

Гастрит Ленина сходил на нет только в ссылке и тюрьме: тогда у него было самое регулярное и полноценное питание. У Крупской хорошо получалось только одно блюдо.
Оглавление

Владимир Ильич большую часть жизни страдал от желудочных заболеваний. Они сходили на нет только в ссылке и в тюрьме: тогда у него было самое регулярное и полноценное питание. Супруга его Надежда Константиновна хорошо разбиралась в оружии и взрывчатке, а вот кулинария для нее была землей неизведанной. Впрочем, он с детства не был избалован в гастрономическом плане.

Ленин и Крупская. Фото является общественным достоянием.
Ленин и Крупская. Фото является общественным достоянием.

Мальчика Володю даже жалко: ни конфетки не съел, ни тортика. Мать его, Мария Александровна, искренне считала, что сладкое - только для девочек. Интеллигентной женщине (а в России XIX века это означало полное неумение готовить при хороших навыках домоводства и знании нескольких языков) приходилось кормить шестерых детей и мужа. Вот и нарезала она бутерброды: с маслом или копченой рыбой. Супы готовила редко (считались "вульгарным столом"), мясо жарить почти не умела - отваривала говядину, на кухне старалась приготовить побыстрее, не возясь с разделкой продуктов, а потому из горячих блюд основными были яичница и гренки (тогда они назывались армериттер). Детей обильно поили молоком - его готовить не надо.

Неудивительно, что Владимир Ильич во взрослом возрасте высоко оценивал кулинарные навыки Крупской:

Перепробовал пятьдесят сортов омлетки!

Как Надежде Константиновне научиться готовить, если с юности все её свободное время занимало общение с революционерами? Крайне сложно совместить подпольную и кухонную работу. Ленина она покорила своей приверженностью делу партии и способностями секретаря и организатора. А вы говорите, путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

Как тюрьма гастрит погасила, а жена вернула

К 1895 году Владимира Ильича настолько измучил гастрит, что ему пришлось на месяц уехать лечиться в пансионат в Швейцарию. Месяц "шведского стола" - и он был готов к новым активным действиям во имя торжества социализма. Настолько активным, что попал в тюрьму. Щи да каша, которыми кормили заключенных, а не вечная сухомятка, повлияли на него благостно.

А в ссылке Ленин оказался как у Христа за пазухой. Там он жил на частной квартире, и кормили его по сибирским традициям: обильно, с мясом, рыбой, со щами и пельменями, с соленьями и квашеньями.

Но все хорошее когда-нибудь кончается. Кончилась и ссылка, и уже через месяц дегустации жениной стряпни Ильича скрутило так, что решил пойти к доктору.

Надежда Константиновна знать не знала, что такое лук, чеснок, петрушка и зачем их добавлять в пищу. Кто пробовал её блюда, говорили, что невкусно, примитивно. Зато конспиративные встречи она организовывала виртуозно и от "хвоста" уходить умела. Семейную жизнь нельзя было назвать скучной, адреналин её хорошо скреплял. А быт... Ленин сам за собой мог убрать и съесть, что дают, запив щелочной минералкой, чтобы совсем плохо не стало.

Замаячила разлучница - Крупская встала к плите

Инесса Арманд: этой женщине Ленин писал "О, мне хотелось бы поцеловать тебя тысячу раз!", пока Крупская организовывала его дела и пекла блины. Фото является общественным достоянием.
Инесса Арманд: этой женщине Ленин писал "О, мне хотелось бы поцеловать тебя тысячу раз!", пока Крупская организовывала его дела и пекла блины. Фото является общественным достоянием.

Впрочем, однажды Надежда Константиновна, называвшая кухонные дела "мурой", все-таки задумалась о кулинарном мастерстве: вымачивала селедку, как учила свекровь, пекла блины. Каким образом она умудрялась это делать, ведя переписку по делам партии с тремя тысячами человек - загадка. Но тогда на горизонте появилась красавица Инесса Арманд, очень впечатлившая её мужа (и поговаривают - хотевшая присоединиться третьей в их семью). Мужика как-то надо удерживать, пусть он и вождь мирового пролетариата. Ленин в восторге писал:

Наденька меня уже восьмым видом борща потчует.

Впрочем, неизвестно, что больше повлияло на выбор Ильича остаться с женой: её блюда или все-таки переписка с тремя тысячами соратников. А приглашение на блины было хорошей конспирацией для встреч с единомышленниками.

В эмиграции он познакомился с иностранной кухней, но не то чтобы её оценил. Пресную стряпню Надежды Константиновны и деликатесный редис с сыром ел одинаково равнодушно, чем кровно обидел угостившую его бельгийку. Однако в Германии полюбил темное пиво и мясо-гриль.

Хуже всего было в Англии: не принимал даже привыкший к сухомятке желудок бульон из бычьих хвостов и "фиш энд чипс" - треску в кляре с картошкой, которую ели на каждом углу. Опять яичница и молоко.

Но кулинарный вкус у Ильича все-таки просыпался. Питаясь в кафешках, он узнал, что такое пряности, полюбил горчицу. Но тут грянула Первая мировая, и питаться пришлось в основном картошкой с молоком.

Даже провернув Октябрьскую революцию и став лидером целого государства, Ленин продолжал питаться как истинный подпольщик - сухомяткой. Свое привилегированное положение использовал только, оставшись как-то без чая - декрет о чае стал одним из первых декретов советской власти. Все запасы переходили государству, а Ильич мог спокойно заваривать крепкий напиток, дабы работать ночами.

Вот так один из самых известных политических деятелей ХХ века всю жизнь страдал от плохого питания. Хотя кто знает: возьми он в жены кулинарку, а не Надежду Константиновну - верного помощника, секретаря и организатора, бравшего на себя колоссальный объем черновой работы - смог бы он организовать революцию или нет. Из-за неумения одной женщины готовить история сложилась так, как сложилась.

В подготовке материала использовалась статья Вильяма Похлебкина из журнала "Огонек" №39 от 05.10.1997 г. "Что ел Ленин".