Жил-был один старый глиняный кувшин с двумя кружками. Однажды их подарили молодой супружеской паре. Одну кружку пара разбила, но это к счастью. Когда папа с мамой разводились, кружка поехала путешествовать с папой, а кувшин остался с мамой служить вазой для ее любимых тюльпанов. Однажды художник нарисовал их вместо задуманного портрета маленькой девочки, и теперь она хранит рисунок.
Время текло.
Сначала умерла мама. А через два года папа. После этого кувшин с кружкой стали снова жить вместе на заслуженном отдыхе в деревне.
Кружка подрабатывала сборщицей мелочей, а кувшин - как всегда.
Этой зимой кувшин сподобился быть основой новогодней хвойницы и очень радовался, какой он нарядный, несмотря на старинушку. Кружка фыркала на верхней полке шкафа: на праздничный бал ее не взяли, хотя можно было бы еще станцевать с белой свечой.
А потом из кувшина не слили воду, вода замерзла и убила его.
Он столько пережил драм и переездов и выстоял. И такая мелочь его погубила.
Странно уже не быть чьим-то ребенком. Интересно оказаться в авангарде.
Сиротой. Ветрено, временами пурга и дожди с градом. Но с каждым сезоном всё меньше обращаешь на погоду внимание. Мало времени.
Хочется, чтобы кто-то за мной убрал разбросанные вещи, и сделал ироничное замечание. Иногда.
Хочется побыть с мужчиной, с которым не стыдно быть дурой - он всё равно умнее. Пусть сидит и пьет свой кофе, а я - напротив и жмурюсь от счастья. У него ботинки круглый год одни и те же. Две-три рубашки. Брюки вельветовые или военные. Куртка тоже на все сезоны одна. Купит кусок мяса, сварит бульон на неделю, заморозит питу или лаваш, свежий творог обязательно, зелень. Ну и стаканчик вина. Всё. Изысканная и богатая только беседа.
Ты его все время догоняешь и догнать не можешь, потому что он куда-то тропы торит, а тебе все-таки хочется и пищевой набор, и вторые (третьи, десятые, почему нет?) башмаки, и в театр, и на море, и зубы лечить у хорошего частного врача. До конца счастливой быть - никак. Мам, жаль. Любовь не выдавить как крем из тюбика...
"Любить тебя, как ветер в поле
Ловить — вот так же бесполезно"
Мне исполнялось 25. Мы сидели втроем на кухне, пили кофе. Вы пикировались, а я почти мурлыкала, сидя в сторонке. Наверное, когда-то вам хорошо было вместе. Я запомнила тот единственный общий кофе.
Мам, я склею кувшин, но он уже не будет прежним.
Пап, если твоя кружка хочет работать подсвечником - то пусть. Я всё равно не сберегу. Не от меня зависит целостность посуды.