Однажды я приехала в гости. Потом еще несколько раз. А потом мне сказали, что у меня плохая русская речь, недостойная дочери филолога и внучки переводчика с немецкого, поэтому отказали от дома. Признаюсь - сначала мне захотелось оправдываться, но со временем я обрадовалась, потому что мой собственный словесный мир мне дороже принятия в приличный профессорский дом. И не то, чтоб я горжусь, отнюдь. Действительно дороже, потому что в моем словесном мире "творческий беспорядок", и есть в нем речевые обороты, которые вошли в голову в деревенском детстве и напоминают любимое. Уж не говоря о том, что "эта безграмотность" несет в себе гораздо больше, чем диалект. Я бы сейчас долго подбирала слова, чтобы обозначить, например, особенности дождя. Ну во-первых, "дождь" это красиво написано, но в нем нет правильного звука, если произносить "ж д ь". Правильный дождевой звук - это средний между "ж" и "щ. А если дождь вовремя - он должен звучат ласково "дожжиик". Очень важно не Ы, и именно И после Ж. Теперь нужно найти смешной глагол к нему с ответом на вопрос "что делает?". Льет, сыпет, на худой конец - лупит...
- Ба, какой дождь сильный!
- Да разве ж это дожжиик? Тааак, траву намочил да и утёк.
- А какой надо?
- Дожжиик-то? Ну чтоб НЕ ШИБКО БУЗОВАЛ, а тааак...потихоньку ЦЕДИЛ, оооот тогда хороший для огорода, все попьют, и в бочку наберётся.
Источник дождя - не облака, и даже не тУча. Правильно: тучА. Большая, в пол неба, свинцовая, тяжелая, она медленно надвигалась, разбухая всё больше. Короче - тучА, и всё тут.
Я была самой маленькой из двоюродных сестер. Собираясь у бабушки в деревне, они устраивали мне "тёмную": закатывали в матрас, относили в светлый чулан (потому что там было окно) и заваливали хранившимся там тряпьем. Если до возвращения бабушки с огорода не привести в порядок чулан, то можно было схлопотать "крапивой по ляжкам". Правда, я не помню, чтобы угроза была исполнена. А вот наречение тряпичного погрома осталось и навсегда закрепилось - постЕлю СБОРОБКАЛИ.
- На улице гуляйте, неча в дом ходить, постЕлю боробкать!
Как-то я спросила, почему бабушка называет тропинку "стёжкой", а не дорожкой. Она рассмеялась:
- Разве ж то дорожка?! И не тропинка вовсе - тропинку-то сразу видать. А эту... покааа-то сыщешь в траве! Идёшь, а тебя трава стегаить.
- Ба, а по снегу?
- По снегу может быть дорожка, она ж дорогА. А когда дед Лексей только начинает нахаживать, то стёжка тоже, он идет ногами - и по снегу стегаить. Вона как.
Интересна смысловая разница между "шлюхами" и бл*дями". И те и другие не имели привязки к женскому роду. Шлюхой мог оказаться кто угодно, но суть обязательно была в том, что шлюхе себя ничем занять, так обозначался любой бездельник:
- Вот и шляется, вот и шляется, делать неча.
Со вторым словечком было сложнее: забл*довать можно было с горя любому, и тут уже оттенок полового поведения присутствовал:
- Коли забл*дуешь - жены хорошей не сыщешь.
Почему "чашкой" называлась миска, в которую наливали щи (а кошек кормили из мисок), кружкой - чашка с ручкой, бокалом - чашка без ручки, объяснить по сю пору не могу. И по сю пОру говорю "по сю пору".
Так что думать обо мне плохо - бдажди-бдажди, дорогой слушатель, не торопкай попрекать. Можа воно и не погано вовсе поболтати, как баушка-та.