Мы очень смутно и в общих чертах представляем себе, как работали (и работают) наши разведчики в зарубежных странах. Но на днях я утроил свои знания по этому предмету, просто почитав описания экспонатов на выставке к 100-летию Службы внешней разведки России. Все эти «специальные магнитофоны» и «контейнеры в камуфляже» использовались в реальной полевой работе.
Глаза
Я смотрю на маленький, но всё же не крошечный фотоаппарат «Аякс-12» модели 1952 года (77×41×55 мм) — и не понимаю, как с такой техникой шпионы середины прошлого века избегали провала. Другие характеристики аппарата: плёнка на 15 кадров, пружинный взвод, вес — 180 гр! Для конспиративной съёмки камеру носили за пряжкой ремня на мягком тканевом поясе. Такое накладное пузо хоть как-то скрывало размеры «Аякса» и приглушало издаваемые им при переходе к следующему кадру звуки.
Но как быть, если ты резидент в знойной южной стране? Там, где стандартный наряд серьёзного мужчины — белая рубашка с коротким рукавом?
Ответом на этот вопрос стал разработанный в середине 1970-х гг. фотоаппарат «Зола» с полноразмерным объективом 24×36 мм и электронным управлением затвора. Этот аппарат камуфлировался в популярные в те годы атташе-кейсы (мы в школе называли их «дипломатами») и был настолько удобен, что, как пишут устроители выставки СВР, «активно применялся до 1990-х гг.»
Отдельно хочу отметить такое достижение советской технической мысли, как фотоаппарат «Зачёт» (создатели, дав ему такое имя, будто поставили сами себе оценку). По сути, это переносной фотокопировальный аппарат для пересъёмки «микрофиш» — фотопластин формата А6, на которых в определённой последовательности располагались уменьшенные фотокопии документов (секретных, разумеется).
Уши
Ещё раз повторю: непонятно, как это вообще работало и не ломалось (хотя ломалось, конечно). Вот, например, сконструированный во второй половине 1960-х гг. в подмосковном ЦНИИ спецтехники ОТУ КГБ СССР специальный магнитофон «Лист». Он записывал звук, намагничивая сверхтонкую проволоку! И одна кассета вмещала до пяти часов записи! Да простят мне специалисты эти восклицательные знаки и восторги неофита.
По стандартам советской разведки, оперативный сотрудник должен был скрытно записывать каждую вербовочную беседу или встречу с агентом. «Лист» был хоть и небольшой, но всё же заметный. Следующим прорывом техников спецслужб стал аппарат записи «Мошка» — с размерами как у пачки сигарет, внешним малогабаритным микрофоном и пультом дистанционного управления. Такой комплект уже можно было разместить на теле сложно одетого сотрудника. Правда, пришлось пожертвовать временем записи — в «Мошке» магнитной проволоки было всего на 90 минут.
Реплика от устроителей выставки: «Мошка» стала одним из самых массовых аппаратов записи, используемых резидентурами в период 1970-1990-х гг».
На третьем фото в этой фотокарусели — уже практически наше время (закладка применялась с начала 1980-х гг. до 2000 г.). Но всё равно выглядит это удивительно. Деревянное подслушивающее устройство? Да! Но с импортными батарейками, потому что наша промышленность так и не освоила производство приличных элементов питания.
Шершавым языком спецслужб задача устройства описывалась так: «установка в помещениях для осуществления негласного акустического контроля с передачей информации по радиоканалам». Заскочил в комнату, за пару секунд прикрепил острыми шипами деревяшку к незаметной детали мебели (например, низ или верх шкафа) — хоп, акустический контроль установлен.
Сигнальные системы и укромные места
Жемчужина выставки СВР — подлинный контейнер в виде монеты, в котором хранил и передавал микроплёнки легендарный Вильям Генрихович Фишер. Тот самый Фишер, который руководил советской агентурной сетью в США в 1948-1957 годах.
Когда ФБР арестовало его, Фишер назвался именем своего друга Рудольфа Абеля (уже умершего к тому моменту), с которым он вместе работал в 1930-е годы. Может быть, вы помните его под этим именем. 10 февраля 1962 года на Глиникском мосту между Западным Берлином и Потсдамом Рудольфа Абеля обменяли на американского пилота разведывательного самолёта U-2 Фрэнсиса Пауэрса, сбитого 1 мая 1960 года в районе Свердловска. Вы наверняка видели эту сцену в кинофильме «Мёртвый сезон».
А вот эта «отвёртка» (второе фото в карусели этой главы), или «линия ближней агентурной радиосвязи» — использовалась завербованным источником в конце 1970-х гг. в одной из африканских стран для вызова оперработника на экстренную встречу путём подачи по радиоэфиру условного сигнала.
А в этом «автомобильном огнетушителе» некий оперработник в середине 1980-хх гг скрытно перевозил деньги на автомобиле через границу одной из западноевропейских стран.
Ну и «подставка для ног». В начале 1980-х гг неизвестный агент, ставший сотрудником какого-то важного иностранного учреждения, прямо на рабочем месте копировал секретные документы и прятал плёнки в эту коробку под столом.
Странная, опасная, призрачная жизнью. Детали которой мы узнаём, только если разведчик терпит неудачу.
Если заинтересовал — выставка «Внешняя разведка. Из прошлого в будущее» к 100-летию СВР открыта в Музее современной истории России (Москва) до 31 марта.