Сквозь сон он услышал мелодию, нежную, берущую за живое. Валерий Николаевич открыл глаза. Плакала флейта. Плакала где-то совсем рядом. Может быть, за теми валунами? Он глянул на часы: спал недолго, минут двадцать. Пытался хоть на время забыть о необходимости принять решение, давать согласие на перевод в другую часть или нет, и не заметил, как задремал. Жена Лариса мечтала перебраться из отдалённого гарнизона в Сосновск, город детства, а ему не хотелось покидать родной полк. Сюда он приехал лейтенантом прямо из училища. Теперь за плечами майора Павленко был приличный лётный стаж.
Он встал, потянулся и прислушался. Мелодия разливалась, то поднимаясь ввысь, натягиваясь в струну, то обрушиваясь вниз и замирая. Странно. Неизвестный музыкант, как и он, оказался в столь ранний час здесь, на диком пляже, примыкавшем к территории военного санатория. Валерий Николаевич приезжал сюда ежегодно вот уже лет пять. Командир авиаполка воинской части следил за оздоровлением лётного состава. В этот раз Павленко отдыхал без супруги. Отпуск у Ларисы по графику был осенью. Отпустила легко, в шутку пригрозив:
- Смотри у меня, не влюбись там! Впрочем, на всё воля Божья.
Он красноречиво повертел обручальное кольцо на пальце.
- Пустое, - махнула рукой супруга. – На курорте все мужики оказываются неженатыми.
- Ты у меня одна, единственная.
Он не лукавил, он действительно любил свою Ларку, как мальчишка, несмотря на десять лет семейного стажа.
Майор закинул полотенце на плечо и пошёл за зов мелодии.
У самой воды на камне сидела девушка с флейтой. Он видел её в пол- оборота. Длинные пальчики двигались уверенно, вздрагивали худенькие плечики. Бронзовый загар приятно сочетался с белым в синий горошек сарафанчиком. Каштановые волосы рассыпались по плечам и спине. Замерли последние звуки. Девушка продолжала сидеть, глядя на волны, время от времени утирая ладонью слёзы. Майору стало неловко, он повернулся, чтоб незаметно уйти, но она увидела его и вскрикнула от неожиданности:
- Ой! Давно Вы здесь?
- Да, то есть нет… Я хотел сказать, что просто заслушался. Это Моцарт?
- Нет. Это … это неизвестный начинающий композитор.
- Давайте познакомимся. Неудобно разговаривать, не зная имени. Валерий, - он протянул девушке руку.
- Лика, - шагнула она навстречу. – Полное - Анжелика. А где Вы отдыхаете?
- Санаторий Министерства Обороны, проще - военный санаторий. Как раз за Вашей спиной.
Она спрятала флейту в футляр. На крышке было выведено имя – Марк.
- Мне пора, - вдруг сказала Лика.
- Мы увидимся? – ему хотелось продолжить разговор.
-Трудно будет разминуться. Вы же придёте на завтрак? - сказала девушка и направилась к своему корпусу.
- Ты только глянь, какие кадры осчастливили нашу тихую обитель! – сказал капитан Скоробогатов, сидевший за одним столиком с Валерием.
Капитану, как и Валерию, оставалась последняя неделя путёвки. За время пребывания он успел завести две короткие интрижки, а любвеобильная натура искала новый объект. Небольшая группка вновь прибывших отдыхающих выстроилась к столу диетсестры. Лика успела получить талон и глазами искала назначенный столик. Заметив Валерия Николаевича, улыбнулась и кивнула.
- Ну, ты даёшь, майор! Когда успел? – удивился Скоробогатов. – Кто такая?
- Не знаю. Утром у моря столкнулись случайно.
- Не вопрос. Выясним.
- Тут тебе ничего не обломится, - разговор Валерию был неприятен. – Меньше трепи языком.
Пляж оживал, заполнялся людьми. Валерий подставил грудь приятным утренним лучам. Сегодня он займётся сувенирами для Ларисы и сынишек.
- Забьём партейку? – Скоробогатов вывалил на лежак шахматы.
- Можно, - согласился Валерий. Надо было скоротать время до обеда.
- Я разузнал о новенькой, - сказал капитан, делая рокировку в начале партии. – Повезло. Сосед по комнате служит в одном полку с её отцом. Между прочим, командиром части. Любопытная история вышла. Девчонка-то замужем. Ранняя, всего двадцать два, а ребёнку три года. Она музыкантша, в филармонии работает. Муженёк – гитарист бросил. Анжелика травилась, лежала в психушке. Папаша отправил сюда отвлечься.
Валерий вспомнил утро и будто снова услыхал плачущую флейту.
- Ничего. Клин клином вышибают, - разглагольствовал Скоробогатов. – Лекарство от любви - новая любовь. И я готов.
- Тебе мат, - объявил Валерий Николаевич и встал. – А девчонку тронешь – размажу по стенке. Уяснил? – он бросился в воду и поплыл.
Когда майор вернулся к лежаку, капитана уже не было. Лику он заметил сразу. Узнал по волне каштановых волос. Она сидела на махровом полотенце у самой воды, закрыв глаза, подставив лицо солнцу. Он решил не подходить, но против воли наблюдал за девушкой. Ему нравилось, как она поправляла купальник, приоткрывая незагорелые места на бёдрах и опуская лямочки на лифчике. Вот она расчесала волосы, собрала их и, красиво завернув, схватила шпильками. Обнажилась загорелая шея, мочки ушей с бирюзовыми серёжками, чуть выступающие ключицы. Она показалась ему беззащитной и трогательной. Валерий рассердился и уткнулся лицом в лежак.
Майор переходил из магазинчика в магазинчик. Трудно было выбрать, нравилось всё. Наконец он определился. Ларисе купил ожерелье из жемчуга. Сынишкам – кораблик под парусами и большую раковину с шумом моря. Ходить по жаре было утомительно, и он зашёл в кафе выпить кружку холодного пива. За дальним столиком сидела Лика. Она что-то писала, комкала листы, начинала снова.
- Добрый день. Можно присесть? – приветливо улыбнулся он.
- Пожалуйста, - ответила девушка и стала заталкивать в сумочку исписанные листы. Валерию бросилась в глаза строчка: «… тебя нет рядом, всё потеряло…»
- Лика, Вы тоже любитель побродить в жару по магазинам?
Она подняла на него светло-карие глаза, полные безысходной тоски, и вдруг спросила:
- Скажите, Валерий, почему любовь так беззащитна? Почему проходит, как ветрянка у ребёнка? К чему тогда любить?
- Любовь не ветрянка. Она либо есть, либо нет.
Девушка заговорила сначала путано, затем всё увереннее. Валерий узнал историю любви новой приятельницы и амбициозного музыканта Марка. Майор понимал: ей надо высказаться.
- Что же мне делать? – с надеждой спросила она. Почему-то верилось, сейчас этот умный и сильный мужчина подскажет выход.
- Жить, растить дочку, верить, что встретишь настоящую любовь, - сказал Валерий и почувствовал банальность слов.
- Так просто?
- А зачем усложнять? Люди разные, они подобны цветам. Иной, глядишь, вытянет всю влагу, и к утру ваза пуста. А иному её хватает надолго. Надо понимать, с каким цветком имеешь дело. Я думаю, Ваш Марк – нарцисс.
Они спешили на ужин. У ворот санатория столкнулись с капитаном Скоробогатовым.
- Ну, майор! Ну, моралист хренов! Всё с тобой ясно, - процедил капитан.
К вечеру погода резко поменялась. Валерий Николаевич долго не мог уснуть, лежал и слушал, как шумят деревья за окном. К утру ветер стих, но море оставалось беспокойным. Отдыхающие в основном осели в номерах.
Постепенно народ выползал на берег в надежде, что распогодится. Любители экстрима пытались бороться с волнами. Время близилось к обеду. Валерий тоже решил пройтись. Он принял решение отказаться от перевода и надеялся, что здесь, у моря на свежем воздухе, придут умные мысли. Надо было найти веские аргументы, способные успокоить Ларису, но в голову лезла сплошная философия. «Что есть Земля? Забавная игрушка в руках Всемогущей Силы, огромный завод по производству, переработке и утилизации рода человеческого. Конвейер Времени работает размеренно, запуская веретёна людских судеб. С момента пуска, с нулевой точки, веретено наматывает Временные Кольца, и человек живёт заданной жизнью. Достигнув положенной толщины, Кольца начинают убывать и переходят опять в нулевую точку. Веретено сходит с конвейера, и человек покидает этот мир. Значит, и я принял решение, заложенное свыше. К чему сомнения? Ларе просто скажу: «Будет так, а не иначе».
И тут он увидел Лику. Она вошла в воду и поплыла.
- Сумасшедшая! – вырвалось у него.
Волны, одна за одной, услужливо подставляли девушке свои горбатые спины и уносили всё дальше от берега. Медлить нельзя было. Валерий сбросил кроссовки и, как был в одежде, поплыл, стараясь не упустить пловчиху из виду.
Несколько раз он крикнул:
- Возвращайся! Поворачивай назад! – но вряд ли она услышала.
Видимо, Лика устала и вдруг исчезла под водой. Он энергичней заработал руками. Голова девушки вновь появилась на поверхности, и она повернула к берегу. Теперь оба плыли почти рядом.
- Не бойся! Я с тобой! – крикнул он. – Ложись на волну, она тебя понесёт!
- У меня нет сил! Больше не могу! – крикнула Лика в ответ.
- Можешь! Только держись на поверхности! Осталось чуть-чуть!
По рассказам других, он знал, подплывать совсем близко нельзя. Девчонка запаникует и потащит обоих на дно. Если начнёт тонуть, он успеет подхватить.
Девушка немного успокоилась.
- Приготовься! Сейчас самое главное! – орал Валерий Николаевич. – Волна выбросит тебя и тут же потянет назад. Будь готова и без паники!
Её с размаху выбросило на берег. Она ударилась коленом о гальку, хотела встать, но волна накрыла с головой и потянула в море. Второй раз Лика попыталась удержаться на ногах, но упала и поползла вперёд. Вдруг до неё дошло: всё бесполезно, волна сделает с ней всё, что захочет. Неужели конец? Алёнку она больше не увидит. Чьи-то руки подхватили и сильно толкнули на песок. В этот раз волна только лизнула ноги и уползла. Лика убрала волосы, прилипшие к лицу и, пошатываясь, встала. Голова кружилась, водило из стороны в сторону. Валерий тоже выбрался из пены и снимал прилипшие к ногам водоросли.
- О, ужас! – воскликнула Лика, увидев, во что превратился купальник. Лифчик и трусики сползли вниз, открыв маленькие груди и низ живота. Она стала судорожно натягивать всё обратно, руки не слушались.
Валерий укутал девушку полотенцем, подхватил на руки и понёс в корпус. Лика уткнулась в его плечо. Зубы выбивали дробь.
- Горячий душ тебе не помешает. В ванной найдёшь халат.
После чашки чая Лика почувствовала, как приятное тепло растеклось по телу. Валерий, заложив руки в карманы, ходил по комнате. Девушка исподтишка наблюдала за ним. Сейчас она походила на затравленного зверька.
- Зачем ты это сделала? – обратился он на «ты», словно знал её тысячу лет.
- Хотела испытать судьбу. Подумала: выплыву - буду жить, а нет…
- А о дочке подумала? На кого её бросаешь?
Она молчала. Валерий остановился. Щемящее чувство жалости разрывало сердце. Он положил руку на её плечо и сказал:
- Выбрось глупости из головы.
Лика рванулась к нему, обвила руками и поцеловала в шею.
- Солёный, солёный, - шептали губы.
Валерий почувствовал, как тело напряглось, загорелось острым желанием. Он стиснул её в объятиях и припал к полураскрытым губам. Лика стянула лифчик, упругие соски коснулись его груди. Валерий отпрянул от девушки, как будто обжёгся обо что-то горячее, и торопливо вышел из комнаты.
- Куда Вы, Валерий Николаевич? Там дождь, - остановила его дежурная, скучавшая в вестибюле.
Он отрешённо посмотрел на неё. Над столиком висел передвижной календарь. В рамочке стояло число – 18 августа. День рождения мамы! Как он мог забыть!
- Нужно дать срочную телеграмму, - сказал он скорее себе, чем дежурной.
Через час Валерий вернулся. Лики в номере уже не было.
Валерий завтракал и поглядывал на Ликин столик. Девушка не появлялась. Он сходил на массаж и шёл к себе переодеться.
- Вам звонили, но я Вас не нашла, - сказала дежурная. – Вот номер записала. Просили перезвонить.
Майор узнал телефон части. «Что-то случилось дома», - с тревогой подумал он. После длинных гудков из трубки донеслось:
- Дежурный по части капитан Рудой.
- Майор Павленко, - успел сказать Валерий и тут же услышал взволнованный голос замполита:
- Павленко, завязывай с отдыхом и срочно возвращайся.
- Что случилось?
- Политическая обстановка требует. Подробности не по телефону.
- Виктор Сергеевич, к чему такая срочность? Можно подумать, началась война, – пошутил Валерий.
- Похуже. Государственный переворот, - ответил замполит, и трубка заныла короткими гудками.
Новость ошеломила. Майор лихорадочно соображал.
- Как позвонить в аэропорт? – обратился он к дежурной.
Через час Валерий и ещё два офицера из соседних номеров мчались в такси в сторону Симферополя.
***
- Сегодня обед готовлю я. Хотите борщ? - Валерий Николаевич посмотрел на невестку.
В последнее время по выходным он брал кухню на себя, понимая, сейчас Марине надо больше внимания уделять Светочке. Первый класс начался для внучки с травмы. Неудачное падение с качелей, и как результат – перелом.
- Борщ так борщ, - обрадовалась Марина. - Кстати, договорилась с одной студенткой музучилища – мне её сотрудница порекомендовала – походит к Светочке. Будет заниматься. И девчонке заработок.
- Только платить за уроки буду я, - вызвался Валерий Николаевич.
…Всё-таки мечта Ларисы сбылась. Со временем он перевёлся в Сосновский полк. Здесь подросли сыновья. Здесь вышел на дембель. Здесь потерял Ларису. Нет, она не погибла, просто исчезла из его жизни.
Как и предполагал Валерий, работу по специальности она не нашла, а другой не хотела. Её работой стали походы в церковь. Сказалось влияние семьи. Мать Ларисы каждый раз находила повод, чтобы дочка сопровождала её на службу. Вскоре Лара и сама пристрастилась. И как обухом по голове: жена заявила, что уходит в монастырь. Своё решение объяснила так: «Перед смертью мама сказала: «Лариса, будь ближе к Богу. Такой тебе мой материнский наказ». Никакие доводы не смогли её переубедить…
Робкий звонок в дверь оторвал его от газеты. Валерий Николаевич пошёл открывать.
- Елена, - представилась девушка.
- Валерий Николаевич, дедушка Светочки.
- Я догадалась. А где моя ученица?
Чтоб не мешать, он ушёл к себе, прихватив газету. За стеной слышались оживлённые голоса, Знакомство шло полным ходом. И вдруг по квартире разлилась нежная мелодия. Плакала флейта, тосковала по ушедшей любви.
- Не может быть! Это она, та самая мелодия!
Он потихоньку вошёл в гостиную. На стуле лежал футляр.
- Марк, - прочитал Валерий Николаевич.
Девушка доиграла.
- Как Ваше имя-отчество? – переспросил он
- Елена Марковна.
- Всё так, всё так. Алёнка. А мама Анжелика?
- Вы знакомы?
- Да. Встречались, - занервничал Валерий Николаевич. – Как она? Где? Сколько ж мы не виделись? Пожалуй, лет 17.
- У мамы всё хорошо. Завтра концерт в филармонии. Приходите.
- Приду. Только ей ни слова. Договорилась?
Марина и Света смотрели во все глаза, ничего не понимая.
- А Вы – дядя Валера? – сказала Елена и покраснела.
- Лика рассказывала обо мне? – удивился он.
- Да, как Вы её спасали.
- Какие цветы она любит?
- Белые хризантемы.
Валерий Николаевич пытался скрыть волнение. Объявили выход Анжелики и все её звания. Пианистку встретили аплодисментами. Пред ним предстала уверенная в себе красивая женщина. Длинное чёрное концертное платье очень шло ей.
- Я думал, она будет играть на флейте, - обратился Валерий Николаевич к Елене, сидевшей рядом.
- Мама – пианистка, флейта – второй инструмент.
Публика встречала тепло. Анжелика играла и играла, а он видел высокие волны и маленькую испуганную девочку, борющуюся за жизнь, слышал её голос:
- У меня нет сил! Больше не могу!
Анжелика сидела перед зеркалом, разминая уставшие пальцы. Сегодня Алёнка пришла не одна. Рядом с дочкой сидел представительный интересный мужчина. «Забавно, забавно, - подумала она. – Выросла дочурка. Ничего не поделаешь».
Он постучал в гримёрную и приоткрыл дверь
- Здравствуйте, Анжелика! Это Вам, - Валерий Николаевич протянул белые хризантемы.
Она удивлённо посмотрела на него.
- Валерий? – и неожиданно сказала, как тогда: - Давно Вы здесь?
- Давно. Сейчас мне кажется, всю жизнь.
Анжелика подошла к нему, обняла за шею, уткнулась в плечо.
- Как же я мечтала об этом, - прошептали губы.
Сердце молотом стучало в груди теперь уже подполковника.
- Если позволишь, я буду рядом всегда.
Она только крепче прижалась к нему. Слова были ни к чему.
...
Автор Тамара Авраменко
...
официальный сайт автора канала http://lakutin-n.ru/
Почта:Lakutin200@mail.ru
Страница VK https://vk.com/avtor_nikolay_lakutin
Инстаграм https://www.instagram.com/nikolay_lakutin/
Мы совершенно не обидимся, если Вы подпишетесь на наш литературный канал и поставите лайк;)