Может, и нет ничего такого: предчувствия, интуиции, озарения. Так ведь лучше — не знать, в какую секунду щелкнет боек, как карта ляжет, откуда вылетит вирус и чем сердце успокоится. Блажен неведающий. Каждый поворот встречать с удивлением, радоваться каждой новой любви и не думать, что все закончится. Какой прекрасной могла бы стать жизнь — без вещих, без зловещих снов. Но нет такого счастья.
Может, и нет ничего такого: предчувствия, интуиции, озарения. Так ведь лучше — не знать, в какую секунду щелкнет боек, как карта ляжет, откуда вылетит вирус и чем сердце успокоится. Блажен неведающий. Каждый поворот встречать с удивлением, радоваться каждой новой любви и не думать, что все закончится. Какой прекрасной могла бы стать жизнь — без вещих, без зловещих снов. Но нет такого счастья. И мы принимаем муки предвидения. Мы несем предчувствие, как крест; интуиция подсказывает дежавю; приметы лучше любого навигатора прокладывают маршрут. И мы бредем по этому маршруту к предсказанному финишу, радуясь, что все знаем наперед. Или плача об этом.
