1. Владимир Абросимов пояснил для всех: "При установке палатки перво-наперво расчищали площадку от снега, далее собирали и укладывали еловый лапник, который накрывали брезентовым пологом, затем уже устанавливали сверху палатку и печь-буржуйку.
Матрасом и защитой от промерзшей земли для нас был лапник. Ни матрасов, ни кроватей не было. Не забывайте, что это были учения, когда полк (дивизия) поднимаются по тревоге! Под броней только боеприпасы, НЗ продуктов, и вещь-мешок.
Учебные сборы это другое дело. На сборах разведчиков у нас был обустроен палаточный лагерь, с палатками на восемь (если не ошибаюсь) человек с установленными в них нарами и матрасами на них. Отапливались буржуйкой на буром угле "Рекорд".
Материал палаток был потоньше чем у брезентовых, только имеют один недостаток, горят быстро. Имели опыт! Сгорела за семь секунд. Спасло нас то, что шел дождь с мокрым снегом, а мы были укрыты с головой под одеялом.
Проснулись когда сверху начало капать. Так как службу проходили почти на юге ГДР, то зимы были не очень суровыми, жить в них было можно и достаточно длительное время…»
2. Вадим Ермаков напомнил нам про тяготы и трудности воинской службы: "Учебка, 1987 г., зима, температура около минус 20 по Цельсию. На плацу 5 учебных взводов, построенных для сдачи ОМП и ЗОМП.
Только единственный проверяющий офицер начинает с 1-ой батареи (11 - 14 взводы), затем, постепенно, переходит ко 2-ой батарее (21-23 взводы).
Состав нашего отделения не чувствует от мороза пальцев рук и поэтому не укладывается в норматив по одеванию ОЗК и противогазов (с хоботом) поверх шинелей. Сержанты взвода получают от проверяющего "по полной".
После, зам. ком. взвода всех строит, одевается химзащита с противогазами поверх шинелей, и бегом вперед, примерно километра три-четыре с "переноской раненых" и "вспышками". Кислорода не хватает, подыхаешь, но бежишь...»
Подписаться или просто поставить лайк – дело сугубо добровольное и благородное…
