Романтика, любовь, ночное купание...
Тем летом в Качирах я любил Ангелину. Мы бесконечно гуляли теплыми вечерами, сидели на лавочке перед соседским домом, слегка соприкасаясь рукавами. Я бледнел, краснел и иногда терял нить разговора. Я был очарован и восхищен.
Летние каникулы на третьем курсе Универа не сулили открытий. Было то сказочное ожидание радости и предвкушения встречи с любимой девушкой и друзьями, которое приходит к тем, кто вырывается на свободу из лагеря внутренней монголии. Павлодар. Жаркое, непитерское лето, днем душно так, что все живое прячется в тень. Лишь по крайней необходимости редкие несчастные прохожие, словно сошедшие с рекламы Туборг, вытирая пот с лица, бредут по пыльным дорожкам. В такое время двигаться днем можно только в сторону пляжа на Иртыше. В надежде скорее окунутся в теплые, чуть охлаждающие воды.
Радость от встречи родителей и друзей омрачало только то, что мою девушку задержали в Омске какие-то неотложные дела. Какая-то институтская отработка, практика. Во времена отсутствия мобильных и интернета поддерживать связь, возможности не было. Письма были отправлены еще из Питера, новых не ожидалось. Я быстро пробежал по друзьям и одноклассникам. Улыбки, радость, приятное общение, но все заняты своими делами. Это я на каникулах, у остальных обычная жизнь. Посидел за любимым письменным столом, поставил свои любимые пластинки, заскучал.
- А не хочешь ли ты съездить к бабушке, в Качиры, отвезти ей пирожков? - спросила меня мама.
- С удовольствием, где моя красная шапочка?
- Бери корзинку и вперед на вокзал.
Пыльный, пахнущий бензином пазик, бескрайняя степь за окном, тянущаяся до горизонта. Время замирает, лишь ровный гул мотора, вот где первосортная медитация. Как заунывная мелодия казахского акына на двух нотах, созвучная этому ощущению и наполняющая его ритмом и смыслом.
Через пару часов путешествия, сжимаю в объятиях бабушку и ощущаю крепкое рукопожатие дедушки. Таким оно оставалась и когда ему перевалило за девяносто. Тарелка борща с огородными свежими травами. Тишина, покой и пылинки, висящие в солнечных лучах.
Вечерняя благодатная прохлада опустилась на Качиры. Жизнь оживилась, на улице появились люди. Пора прогуляться. Вечерний променад и встреча изменившая реальность.
Была ли эта встреча случайной ?
Дорогой читатель, ты наверное уже догадался, так как и сам часто бывал в подобных ситуациях. Каждого из нас, в разные моменты времени, старшее поколение активно пыталось знакомить с представителями противоположного пола с далеко идущими целями. Бабушке отказать было не возможно. С хитрой улыбкой она рассказала как выросла и расцвела соседская девчонка Ангелина, как она бегает к ней и спрашивает про меня.
- Сходи, погуляй с ней.
- Хорошо, мне не трудно.
То что я увидел, было оглушительно. Я помнил соседскую нескладную маленькую девчонку со сбитыми коленками, с которой можно было повозится в песочнице. Между нашими более взрослыми делами с друзьями. Однако, ягодка созрела.
Ангелина превратилась в высокую, стройную, длинноногую красавицу. Огромные карие глаза сияли неудержимым огнем, роскошные черные волосы до попы. И эти глаза смотрели на меня так, как кошка смотрит на сметану. Я тонул и мне это нравилось.
Конечно, мой читатель справедливо спросит : «Володя, а как же Наталья, твоя первая любовь?» Отвечу — Наталья, никуда не исчезла. Ее насмешливый взгляд был рядом, я был кремень. Я не собирался изменять ей или заводить роман. Но это обаяние родившейся, сверхновой звезды было захватывающе. Меня затянуло в ее орбиту. Шестнадцать лет. Это даже не двадцать. Это запах юной, почти детской кожи, не знакомой с косметикой и кремами, чистота и непорочность... Свежее дыхание...
- Пойдем погуляем?
- Давай.
Ну есть у меня слабость, нравится когда рядом со мной красивая женщина. Я тогда чувствую себя целым и полным жизни. И не так важно, моя ли это девушка. Мне нравятся восторженные мужские взгляды, оценивающие женские, неодобрительные и восхищенные, любые. Особенно, если девушка смотрит на меня светящимися, влюбленными глазами. Простите мне эту слабость.
- Ангелина, ты здорово изменилась.
Как честный человек, я рассказал про, то что у меня вообще-то есть девушка и мы просто погуляем. Ангелина, смешно хмурилась при упоминании Натальи и с присущей юности бескомпромиссностью смешно заявила, что отобьет меня. Я улыбался. И мы шли дальше.
Пустынной улицей вдвоем
С тобой куда-то мы идем,
И я курю, а ты конфеты ешь.
И светят фонари давно,
Ты говоришь: “Пойдем в кино”,
А я тебя зову в кабак, конечно.
Ты говоришь, что у тебя по географии трояк,
А мне на это просто наплевать.
Ты говоришь, из-за тебя там кто-то получил синяк,
Многозначительно молчу, и дальше мы идем гулять.
Мамина помада, сапоги старшей сестры.
Мне легко с тобой, а ты гордишься мной,
Ты любишь своих кукол и воздушные шары.
Но в 10 ровно мама ждет тебя домой.
А как приятно рассказывать, не важно о чем, когда на тебя смотрят пара огромных сияющих глаз. Про Питер, его гранитные набережные, про фонари и ночь, про музыкантов и художников, с которыми свела судьба, про концерты Гребенщикова и чай в его компании, про студенческую жизнь. Мне и самому эти рассказы под огромным вечерним небом казались какой-то фантастикой, словно случившимся не со мной. Питер казался таким же нереальным как и полет на Марс. Что уж говорить об Ангелине.
В первый вечер я так и не дошел до своего лучшего друга детства, Витальки. Как и во второй. Я смог найти в себе силы только на третий. Виталик, будущий отец четырех девочек и одного наследника, уже был вынужден выслушать мое восхищение Ангелиной. Он только улыбался. Улыбалась и бабушка, все шло по ее плану.
Жара спадала, и я спешил навстречу юной прелестнице. Ангелина интуитивно почувствовала свою женскую силу, которая так страшит нас, мужчин. Она вздыхала, брала меня за руки, клала голову на плечо. Я таял, но держал дистанцию из последних сил. Мне было непросто. Я полной грудью вдыхал всю свежесть юности, ее земляничный аромат, блеск и притяжение. Я казался сам себе уже таким взрослым и умудренным... Но все это истончалось и сдавалось, уходило под этим натиском женского, глубинного.
Я пытался вести умные разговоры, какие фильмы смотреть, рассказывать какие книги стоит читать. Учить жизни. Мы даже сходили в местный книжный магазинчик. Там был на удивление неплохой выбор. Пара книг, купленных тогда, до сих пор со мной. Надеюсь и у Ангелины тоже остались те, что я подарил ей.
Затаив дыхание, я наблюдал за рождением новой, настоящей Женщины. С ее уверенностью в себе, пониманием своей власти над мужчинами, кокетством и ранимостью. Это было потрясающе, особенно радовало, удивляло и вдохновляло то, что происходящее было отчасти и моей заслугой. Я чувствовал себя, как катализатор этих изменений и объект, разбудивший мощную энергию, направленную теперь на меня.
Все происходило прямо на моих глазах, вчерашняя нескладная девчонка расцветала, простите за банальность, как цветок. Я шел рядом и любовался этим процессом. Понимая, что нам мужчинам, никогда не дано такого. Можно долго учится, быть начитанным и образованным, а потом тебя возьмет за руку деревенская девчонка и все это ничего не будет значить. Женская природа более совершенна. Она, мудростью поколений сожженных красавиц, будет знать как и что тебе сказать. И вся твоя взрослая уверенность замрет с открытым ртом.
Гуляя, мы вели сложную и бесконечно приятную игру в кошки мышки. Вот только кто есть кто - не так очевидно. Я качался в потоке каких-то волн женской красоты, чувственности... при всем крайне платоническом характере происходящего.
Каждое упоминание про мою девушку, которая казалась осталась где-то в другой жизни, ставило Ангелину в стойку. Она смешно хмурилась, словно говорила : «Смотри, я же лучше, я моложе, я стройней и красивее. Я отобью тебя.»
Я улыбался. Сейчас, спустя много лет, я думаю, будь тогда больше времени неизвестно, чем бы закончилась эта история. Тогда же, наше время заканчивалась... Мне пора было возвращаться в город. Ангелина предприняла последнюю попытку. Мы, как уже обычно, прогуливались в вечернем сумраке и дошли до пляжа на берегу Иртыша. Было тепло, от воды веяло свежестью. Берег был безлюден.
- А слабо искупаться?- спросила она. Я смог выдавить из себя что-то невнятное. Сел на песок и замер. Ангелина стянула сарафан и протянула мне. В полутьме забелело юное и стройное тело. На белом выделялись темные горошины сосков, дерзко смотрящие на меня. Я забыл как дышать.
Откуда в девушках столько грации и кокетства? Столько цельности и восторга? Столько осознания своей красоты? Всего того, с чем она зашла в воду и почти моментально, слегка окунувшись, вышла. Мне никогда не понять это сочетание невинности и страсти, красоты движений. И все это ради одного счастливого зрителя.
Возвращались мы почти молча. Ангелина обещала ждать меня, я писать. На следующий день я уехал в город.
Мы переписывались потом и даже встречались. Но этой волшебной недели повторить уже не получилось. Лишь иногда я вспоминаю теплый летний вечер, берег Иртыша, пляж и почти ночное купание, очарование и натянутое в воздухе ощущение тонкости мировой настройки, возможности изменить течение жизни...
Тем летом в Качирах, я любил Ангелину...
Спасибо, что дочитали до конца. Ставьте палец вверх и подписывайтесь на мой творческий канал. Незамутненный взгляд в ближайшее прошлое с иронией и любовью. Любовь и отношения. Истории из жизни.