Я сейчас прохожу лечение в калужском филиале МНТК "Микрохирургия глаза им. Фёдорова".
День вчерашний я простояла и ночь продержалась (было нелегко, соседки храпели и кашляли так, что мне и аудиокнига в наушниках не помогала). Но мои бабушки-соседки после операций посмирнели, мы даже к ночи подружились.
Они поняли, что включать свет может быть больно.
Но вообще, скажу я вам, насколько же организмы могут по-разному реагировать на одни и те же медицинские манипуляции. Про себя не буду повторяться, у меня была сложная не распространённая операция, расскажу немного о своих наблюдениях за пациентами после удаления катаракты. Здесь таких большинство.
Я, честно говоря, не понимаю зачем для этой манипуляции ехать куда-то далеко. Удаление катаракты поставлено на поток в любом региональном центре (и даже в районных встречается). Если состояние глаза без особенностей, можно оперироваться рядом с домом амбулаторно.
Подавляющее большинство виденных мною пациентов операцию по удалению катаракты и имплантации ИОЛ перенесли спокойно и без особых мучений, и благополучно явились к обеду/ужину, а на следующий день отправились по домам. У части этих людей даже уже сразу присутствовало зрение.
Общалась с людьми, которые по прошествии всего месяца оперировали второй глаз и чувствовали себя прекрасно (хотя многим второй глаз оперируют через полгода).
Одна из моих соседок после операции несколько часов мучалась болью в глазу и общей слабостью, другая же скакала, как конь, ела, как не в себя, и её совершенно ничего не беспокоило (и это женщина 70+).
У многих глаза после операций выглядят обычно, как будто и не делали им ничего, а у некоторых веки отекают, лиловеют, и человек выглядит, как после побоев.
Кто-то борется за крупицы зрения, за светоощущение, а кто-то может рассчитывать на 100% зрение.
Ну и немного про себя. Сегодня 8 день моего пребывания в клинике, операцию по имплантации ИОЛ, пересадке роговицы и пластике радужки мне сделали в первый день. Сутки сильно болел глаз, меня бросало то в жар, то в холод, светобоязнь ужасная даже через повязку, которую впрочем на следующий день сняли и велели привыкать без неё.
Мне неделю кололи внутривенный, внутримышечный и по два подконьюктивальных укола + по 6 разных глазных капель 5 раз в день и пиявку на висок через день.
Через неделю ушла операционная боль, и глаз стал открываться, до этого у меня как будто веко не работало, не открывался глаз. Но открытый глаз доставляет мне пока больше дискомфорта, потому что он не видит, а смотрит как будто из-под толщи мутно-зеленоватой воды, что вызывает головокружение и нарушение координации движений, поэтому стараюсь прикрывать глаз, когда хожу, чтобы за углы не цепляться, никого не сбить и самой не убиться.
Говорить об успехе/неуспехе операции можно не ранее, чем через полгода. Пообщавшись с людьми узнала, что у некоторых уже через два месяца начиналось отторжение, а повторную операцию назначают через год-два.
Обычно заболевания роговицы безболезненны, человек понимает, что что-то не так из-за снижения зрения. Но это не мой случай. Моё заболевание буллёзная кератопатия при высоком внутриглазном давлении очень болезненно. Из-за несостоятельности роговицы, которая была испорчена предыдущими неудачными операциями в связи с катарактой, внутриглазная жидкость проникает на поверхность глаза, образуются буллы (как бы мозоли тс пузырьками жидкости). Веко трёт буллы, это больно. Больно и веку и глазу. А когда буллы лопаются – это непередаваемый словами всплеск боли.
Моё пребывание в клинике продлено до 1 марта.
