⠀
Несколько лет назад Рамзан Кадыров призвал воссоединять разведённые пары в Чечне: «Духовенство, главы сёл и районов, начальники полиции должны выяснить, почему люди развелись. Мы должны … вернуть женщин, которые ушли от мужей, помирить их — это наша первая задача».
Что происходит, когда в дела семейные вмешивается государство? Особенно там, где положение женщины и так оставляет желать лучшего, а ее высшим предназначением и счастьем считается стремление угодить мужу.
⠀
Первое, что следует за этим, — эскалация домашнего насилия. Общество буквально склоняет мужчин к особому, патологическому, типу социализации. Для него характерно доминирование, психологическое и иное бытовое насилие.
⠀
Женщине при этом навязывается другой тип социализации. Ее буквально ставят в позицию жертвы. А дальше уже мужчина в меру своего развития распоряжается ее судьбой. Ее роль — обслуживание семьи. Ее статус — собственность мужа. Она отвечает на вопрос о том, можно ли терпеть рукоприкладство так: «Можно. Если женщина этого не заслуживает, он не будет ее избивать».
⠀
Воссоединению людей, принявших решение о разводе, усиливает и без того перманентное состояние насилия низкой и средней интенсивности. В таких семьях будет происходить психосоматическая инвалидизация женщины, которую практически взяли в плен.
⠀
Да, разводы в республике победили, угрожая женщинам наказанием со стороны социума. Как правило, это микросоциум — аул. Но у виктимизированной новой-старой жены в большинстве случаев будет развиваться хроническое травматическое стрессорное расстройство, а оно нередко приводит к биполярному.
⠀
Насилие плодит насилие, дети растут в душной атмосфере, не зная о том, что она ненормальна. Затем они повторяют модель родительской семьи, цепочка абьюза продолжается. И даже отец, решивший прогуляться за руку с дочерью или женой по улицам своей деревни, становится изгоем.
⠀
Общество, где к женщине относятся как к прислуге и вещи, принадлежащей мужчине, больнó. Согласны?
⠀
С любовью, Татьяна Акулич ❤️