История одного пекаря.
Он вылавливал пылинки из солнечного луча и просеивал их сквозь самое мелкое сито, а потом из них пекли хлеб. (Карлик Нос. В.Гауф)
Пекарь с женой переглянулись, и на их лица выползли уставшие улыбки. Пора было закрывать лавку, хлеба осталось несколько буханок, как раз, чтобы поужинать с семьёй. Вечер удался, отбоя от покупателей не было, все уходили довольные, ведь помимо всяких вкусностей пекарь с женой, не скупясь, раздавали улыбки и прочие радости. Люди забегали к ним не только за покупками, но и просто поболтать, спросить совета, рассказать последние новости, или выпить чашечку травяного чая, как это обычно бывает в маленьких рыбацких городах. Их городок особо ничем не отличался, так же как и все благоухал морем, солью, рыбой, специями и едой из маленьких придорожных ресторанов. По утрам и вечерам вместе с пением молитв по городку разливался запах благовоний, но отличие всё же имелось. Был в этом месте какой-то притягательный покой, в который погружалась душа, словно в материнское лоно и уже никогда не хотела выбираться наружу.
Открылась дверь и вместе с дорожной пылью и сумеречным пением сверчков в лавку ввалился незнакомец с рюкзаком за плечами. По капелькам пота, выступившим на лбу и тряпью не первой свежести, было понятно, что путь его был долог, а ноша за плечами не легка. Он стянул с себя рюкзак и бухнулся за ближайший к нему столик.
-Доброго времени суток! Отведай нашего хлеба! – как обычно предложил пекарь новому посетителю, отрезал кусок от буханки и протянул путнику,- Порадовать особо уже не чем, но такого хлеба, ты наверное давно не ел.
Молодой человек небрежно взял хлеб и отправив его в рот стал медленно пожевывать. Затем он оценивающе осмотрел полупустые полки, задумчиво потёр свой подбородок.
-Твой хлеб слишком пресный, да и дорогой к тому же.
Пекарь загадочно улыбнулся и нежно стал нарезать хлеб, затем поставил его на стол, стянул с себя передник и повесив его на спинку стула сел рядом с путником.
- Позволь мне угостить тебя ужином и рассказать одну историю. Если еда и моя история тебе будет не по нраву, ты в любой момент можешь остановить меня. Я вижу ты только в самом начале пути, а каждый путь извилист и сложен, да и частенько заводит в тупик. Чтобы дойти его до конца нужно много сил.
Пекарь повернулся к своей жене и сладко произнёс:
- Любимая, накрой на стол и завари нам чаю.
В течение нескольких мгновений на столе
появились сыр, овощи и похлёбка, от которой так сильно пахло специями, что и сытый человек не смог бы устоять. Жена встала позади пекаря и с нежностью положила руки ему на плечи, чуть склонив голову. В её глазах читалась огромная преданность и любовь, которой могли позавидовать даже боги.
Продолжая улыбаться и пристально глядя в глаза незнакомцу, пекарь начал свой рассказ:
- Я пеку хлеб уже много лет. Нет для меня занятия приятнее, чем это, и если ты умеешь слушать, хлеб многому тебя научит.
Каждый день я встаю в три утра и иду в комнату к моим четырём детям, они так прекрасны когда спят. В этот момент моё сердце наполняется такой благостью, что иногда у меня текут слёзы любви и счастья. Поцеловав моих ангелочков и осторожно притворив дверь, а то не дай бог проснуться, тогда уж точно ни каких разговоров с хлебом не получится, я иду в сад. Цветы, страдающие бессоницей и распускающиеся только ночью, стыдливо прячутся от моего взора. Сова спешит в своё уютное гнездо к своим маленьким пушистым комочкам, а семейка мангустов живущих в норе под кустом, тихо посапывает и видит чудесные сны. Сны о великих сражениях с матерью коброй, о детях пекаря, которые принесут завтра к норе всякие вкусности, в благодарность за их труд.
Каждую ночь под старым баньяном я развешиваю холщовые тряпки, которыми я накрываю тесто. Этот баньян старше нашего города, он видел и знает столько историй, что могут позавидовать многие мудрецы. По ночам баньян нашёптывает истории, как и всякий старец, себе под нос. Мои холщовые тряпки с уважением слушают его, и каждая нитка, пропитана ароматом ночи и древности.
Сначала я пеку самый обычный белый хлеб. Мука для него цвета луны в ясную ночь, а наощупь, как бархатная кожа моей жены.
Я просеиваю муку через самое мелкое сито, чтобы она стала легче шёлковой шали на плечах молодой девушки спешащей тайком на свидание.
Вокруге много мельниц, но я езжу за мукой в соседний город, так как лучше муки не найдёшь и на сотню километров.
Семья мельника давно стала и моей семьёй. Я езжу к нему два раза неделю, много, много лет. Пока наши дети играют во дворе, он заваривает шафрановый чай и мы часами слушаем пение жернова под аккомпанемент ручья, доносящийся через маленькое окошко. Нам уже совсем не нужны слова, чтобы понять друг друга.
Когда я возвращаюсь домой, я чувствую аромат любви сочащийся сквозь мешки. Никто так не любит свою работу и мельницу, как мой старый друг.
Без соли будет мало вкуса, это очень важная составляющая любого блюда. Если ты пройдёшь вниз по улице, то увидишь маленькую хижину из пальмовых листьев. В ней живёт один замечательный человек. Он рано потерял родителей, да и семья его была бедна. Поэтому он не получил должного образования, а отец не успел научить его какому нибудь ремеслу. Он долгие годы жил в горе и печали. За нашим городом есть отмели, где добывают морскую соль, там он и работает. От солнца, ветра и морской воды его кожа натянута, как струны в ситаре. Иногда она трескается и причиняет невероятную боль. Работа на добычи соли невероятно тяжела, а платят там сущие копейки. Люди в основном работают за еду. Мужчины сушат соль, накладывают её в корзины, а женщины относят их на голове и складывают в огромные соляные горы, ярко сверкающие на солнце, словно драгоценные камни. В один день солнце палило нещадно и мой друг обессилев встал на колени, он проклинал свою судьбу и был готов расплакаться от горя. Вдруг он увидел изящную женскую руку протягивающую ему пиалу с водой, он поднял голову и увидел богиню в слепящих лучах солнца. Он не сдержал своих слёз, но плакал он не от горя, а от совершенно других чувств. Он начал целовать её руки и слёзы счастья текли по его щекам, а его богиня присела рядом и застенчиво улыбаясь стала гладить его по голове. Так они и познакомились. Свадьбу сыграли быстро, а так как девушка тоже была из бедной семьи, деньги собирали всем городом. Через год у них родился сын, в котором они души не чают. Я всегда покупал у него соль, но в последнее время она пахнет не только морем и ветрами, а ещё и счастьем. Ты тоже можешь его почувствовать, если подойдёшь к его хижине. Я плачу ему за соль в три раза больше, чем она стоит в лавке, так как знаю её истинную цену.
Мои дети могут часами любоваться на кристаллы соли, они видят в них причудливых животных и рыб, горы и леса.
Сейчас жители нашего города, собирают деньги на дом, для этой замечательной семьи, негоже в наше время жить в хижине из листьев.
Воду для хлеба, я подготавливаю с вечера. Ледяная колодезная вода хлебу ни к чему. Вода всю ночь согревается теплом моего дома и вспоминает как лежала на вершинах гималайских гор, грелась под лучами солнца, бежала со склонов между камней. Как сверкала радугой, летела проливным дождём на землю, поила траву и деревья.
Когда я замешиваю тесто в открытое окно доносится пение брамина из соседнего храма, я начинаю молиться вместе с ним. Я молюсь за рыбаков, что бы все вернулись с моря живыми и полными сетями рыбы, за стариков, за матерей, за счастье всех людей на земле. Некоторые слова и буквы слетают с моих губ и падают в тесто.
Вот белый хлеб и готов. Останется предать его огню, чтобы он наполнил его энергией.
-Извини, что перебиваю тебя, но что это за чудесные булочки, у них такой интересный аромат,- с извиняющимся видом путник прервал рассказ пекаря, он уже давно поменялся в лице, его черты стали гораздо мягче и оно выглядело отдохнувшим.
- Вот видишь, ты уже уже начинаешь чувствовать запах и вкус,- пекарь заулыбался и переглянулся с женой, -с удовольствием тебе расскажу о них, они заслуживают особого внимания.
- Каждую осень меня навещает старый друг, он живёт в Непале. Он привозит мне сыр из молока яка, вот его я и добавляю в эти булочки. Это сыр необычный, он созревает 16 месяцев. Як для непальца, как корова для индийца, член семьи. Он даёт одежду, еду, вспашет землю. У моего друга замечательная дочь, улыбка никогда не сходит с её милого лица. Каждое утро она выводит бабушку на крыльцо,и усаживает на стул и прикрывает пледом из шерсти яка, чтобы холодные горные ветра не простудили её. Заваривает травяной чай, и кормит бабушку горячими лепёшками, которые приготовила сама. Бабушка очень стара и целыми днями молча сидит на крыльце и смотрит вдаль. Никто не знает о чём она думает, может о своей жизни, может разговаривает с богами. Бабушка в своё время научила любимую внучку заваривать чай, готовить лепёшки и как обращаться с яками. Яки очень любят, и дают ей вкуснейшее молоко, из которого потом делают этот сыр. Когда девочка доит яков, в молоке всегда отражаются её улыбки. У этих булочек аромат непальских ветров, звона колокольчиков, шёпота молитвенных флажков и конечно аромат улыбки, одной непальской девочки. Я смотрю и на твоём лице тоже появилась улыбка, после булочки с сыром.
Дверь в лавку приоткрылась и сквозь щель проскочил мальчишка лет двенадцати. Одной руки у него не было, а пальцы второй были чернее ночи.
- Я не опоздал?- переводя дух спросил паренёк, - отец просил купить хлеба.
- Успел, успел,- пекарь встал со стула, завернул хлеб и отрезал кусок морковной халвы, - Отнеси, угости сестёр и про себя не забудь, подожди я перевяжу верёвкой, чтобы удобнее было нести.
Мальчишка схватил свёрток и так же как и появился, быстро исчез.
- А это как раз следующий герой нашей истории. Он вместе с отцом собирает кешью, а я делаю из него вкуснейшую халву в городе. Однажды мальчик забрался на дерево собрать плоды с верхних веток, а в листьях притаилась змея. Она укусила его за руку и отцу пришлось отрубить ему руку, чтобы яд не распространился дальше и не убил сына.
- А почему у него чёрные пальцы?
- В его семье у всех чёрные пальцы. В скорлупе ореха ядовитые масла, которые разъедают кожу, а при обжарке ещё и лёгкие. Слава Богам, что я пеку хлеб. Ну вот и подошёл мой рассказ к концу. Пора домой, дети уже заждались.
Путник молча встал и поклонился пекарю и жене.
- Простите меня, что то я с дороги не понял вкус твоего хлеба, он не может быть пресным. Теперь я чувствую его истинный вкус. А разве может быть у него цена? А сколько надо заплатить за халву из кешью?
Пекарь подошёл к путнику взял его за плечи и крепко прижал к себе, затем на ухо прошептал ему.
- Вот и я думаю, как мой хлеб может быть пресным? Ведь когда утром я несу его в лавку, слёзы благодарности этому миру, за всё, что я имею и что не имею, текут у меня по щекам. Нет нет, да и падают в корзину с хлебом. Ты только ни кому об этом не рассказывай.