Эти неровные отношения начались в далеком детстве. В коммуналку в Спасоналивковский приходил человек, от которого пахло очень необычно (потом я узнАю, что это папиросы Житан). Я залезала к нему на колени, он курил, пил кофе и пытался объяснить сложение двухзначных чисел. Тщетно. Я разочаровывала, но не обижалась на него за это.
Мама тоже варила кофе, и я привыкла к тому, как пахнет утро. У нее кофе был другим, чем у того человека с "Житанью". Подростком я растворяла в чашке гранулы появившегося в продаже растворимого нечто, сначала взбив с сахаром и каплей холодной воды - получалась пенка "как у настоящего", впрочем, не имевшая никакого смысла: вместе со страной я вливала в чашку молоко и заедала этот толченый кирпич бутербродом "масло-сыр-булка".
Когда мне было двадцать, ко мне, беременной первым сыном, вернулся человек из детства - папа, Мишель, которого я кокетливо и хитро приучала быть дедом в следующие наши 20 лет. В отместку, делая вид, что не замечает, он поил меня кофе и пытался научить французскому. Я путала "малад" и "маляд", разочаровывала, но не обижалась на него за это. Кофе Мишеля был крепким и густым, чтобы достичь желаемого, он священнодействовал, ритуал сопровождался музыкой речи с перкуссиями его смешка и барабанчиком "bbbon"... Ждать приходилось долго. Голова болела после чашечки ощутимо. Но попросить чаю было в его доме равнозначно выходу из секты посвященных. Друзьям он дарил самодельные джезвы из консервных банок. Подозреваю, что весь секрет был в них.
Хотя я проверяла - кофе получается у каждого свой, даже если следовать рецептуре и посекундной хронологии действий. А природа на мне облегченно выдохнула, лишив не только восприятия географии и математики, но и чувства безвремения, в котором создается кофе. Отчаявшись повторить кофе-трюк, я стала заваривать его в чашке, благо странный помол обманывает меня иллюзией, что кофе все-таки случится. Я портила иллюзию молоком и сахаром. Однажды я испортила ее только молоком, и наступил перелом: кофе надо пить без сахара. Так я стала взрослой.
Несколько лет назад, когда я повисла в августовском арбузном расстройстве кишечника, ко мне явился совет гастроэнтеролога, о том, что восстановиться может помочь кофе с каркаде. Причем не менее 250 мл. Напиток действительно восстановил силенки и тем внедрился в привычку. С тех пор мои знакомые, которых самолёты доставляют в теплые страны, бегают в поисках сушеных лепестков гибискуса мне в подарок. Самый лучший каркаде (а также настоящий шафран и прочие гербарии) - в Марокко и Алжире, проданный грустным бедуином со смеющимися глазами, и это снова привет от отца, который в пустыни вспоминал любимый Алтай... К каркаде прибавился имбирь. Иногда в чашку попадает мед. Иногда каркаде уступает молоку, и возвращается с тмином, куркумой, корицей и бадьяном. Думаю - будет ли перец?
Я понимаю, что я безнадежна. Ингредиенты, объем, метод приготовления, точнее его отсутствие, не дают мне шансов. Я так и вижу папину вскинутую недоумевающую бровь, я помню эту бровь на уроке арифметики и французского. А он помнил такую же бровь - когда его папа обнаруживал на столе сына книжку "Три мушкетера" и в 12, и в 30, и в 40 лет. Он не задавал вопроса "Ты действительно это читаешь?" Всё разочарование в умственных способностях потомка произносила бровь.
Дюма и кофе с каркаде. Я разочаровываю, но не обижаюсь за это.
А кофе я сфотографирую завтра, потому что сегодня он уже выпит, пока я это писала.