Ощутить принадлежность к элите разными способами можно. В силу ее многообразия. На причастность к финансовой, творческой или фэшн не претендовала никогда, думаю и не придется уже. Что до интеллектуальной, того ее сегмента, в котором лучшие, подготовленные и понимающие читатели и зрители. Без ложной скромности - случается. Просто умение отделять зерна от плевел, частью врожденное, кажется, оно называется вкусом. Частью развитое годами тренировок. Так или иначе, встречаясь с хорошей литературой, ты видишь отличие сразу, с первых абзацев. Роман Шмараков - всегда хорошая литература.
Определенное мнение о людях пишущих складывается у читающих. Романа Львовича ценят за умение писать смешно. Нет, не уровень петросяна и даже не comedy, не для всех. Но если вам случалось хохотать, читая Марка Твена или Джерома К.Джерома, вам сюда. Тонко, умно, приподнимает над обыденностью и внушает принадлежность к см. выше. «Каллиопу», признаюсь честно, за тем брала, чтобы от души посмеяться. Помню «Овидия в изгнании», и то, как хохотала, неосторожно открыв книгу в маршрутке, под неодобрительное внимание попутчиков. А закрыть, ну никаких человеческих сил не было.
В этом романе много забавных моментов. И нелюбовь к сюжету, отличающая автора, такой себе фирменный знак - в полном объеме. Н-ну, он как-бы есть: двое молодых людей, претендующих на руку прекрасной дочери барона, приглашены к нему на ужин в одно время. Неприятное для обоих открытие наличия соперника (а юноши знакомы с детства без большой взаимной приязни), вскоре сменится рядом других, куда более неприятных. Собственно, приключения незадачливых женихов в баронском доме и есть сюжет. С инфернальной подоплекой, куда ж в нашей жизни без чертовщинки?
Забавно, насколько эмоциональная память глубже ментальной. Даже не так, насколько сильнее память об эмоциях, выразившихся физическим действием: смех, слезы, усилия, предпринимаемые, чтобы скрыть от окружающих. Так вот, это впечатывается намертво. Наслаждение слогом писателя, безупречные его силлогизмы, изящная стилистическая игра, в которой тебе предлагают принять участие - вспоминается не вдруг. Зато с полным ощущением нежданного и оттого более приятного подарка.
Есть еще одно, очаровавшее меня в этой вещи. Как человек, не чуждый астрологии, очень ценю уважительные о ней упоминания. Когда господин Шмараков говорит устами своих персонажей о созвездиях, хотя бы даже иронично, превращаюсь в животинку с хвостом из города Гамельна, для которой некий флейтист устроил последний в ее жизни концерт. Как славно, что водоема поблизости нет.